Газлайтер. Том 35 (СИ)
Гюрза грустно улыбнулась. Она знала Даню достаточно хорошо, ибо шла с ним бок о бок в Первозданной Тьме. Даня — мастер в том, чтобы подмечать слабости противников, улавливать незаметные детали и пользоваться именно теми «фишками», что ускользают от остальных. Это его манера — не ломать лбом стену, а находить щель и вбивать туда гвоздь.
Между тем её внимание привлекла сбоку беседа принцессы Чилики с Ольгой Валерьевной. С последней Гюрза познакомилась ещё в Херувимии.
— А всё же что здесь произошло? — с любопытством спросила бронзовая чилийка.
Блондинка Ольга Валерьевна спокойно пожала плечами:
— Без понятия, Ваше Высочество. Но если жёны Данилы Степановича ведут себя спокойно, значит, всё под контролем. Праздник продолжается.
Гюрза перевела взгляд на королев Вещих-Филиновых и признала правоту великой княжны: действительно, жёны короля держались так, словно вокруг ничего необычного не происходило. Они общались с гостями, танцевали, будто праздник не прерывался. Хотя у дверей и у окон уже стояли альвы-гвардейцы, оценивающе сканируя зал. Но именно это непринуждённое спокойствие жён Данилы только усиливало тревогу Гюрзы. Ведь сам Даня ушёл.
И тут перед леди-дроу возникает Мария — новая жена короля Данилы. Гюрза посмотрела на девушку, и внутри у неё будто что-то скребануло когтями. Странное чувство — зависть? ревность? раздражение? Она сама не могла до конца объяснить, почему испытывала гамму чувств к этой милой и красивой девушке. Особенно бесило Гюрзу белое платье невесты.
Маша же, радостно улыбнувшись, произнесла:
— Леди, я слышала, вы были с моим мужем в Первозданной Тьме. Я бы хотела услышать эту историю.
Гюрза запнулась:
— Да… мы с Даней были…
Маша мгновенно заинтересовалась. Её глаза загорелись, и в улыбке появилось что-то лукавое.
— С Даней, значит? — уточнила она весело. — Не с королём Данило, а с Даней?
И Гюрза подумала: «Упс…»
* * *Я спускаюсь на задний двор. Зела сработала чётко: маги воздуха оградили воздушной стеной весь двор, чтобы не смущать гостей рычанием твари да прочими звуками. По периметру выстроились гвардейцы, выставили силовые поля, артефакты развернули наружу — защита держит внешнюю линию, а сам двор огорожен как зона боя. Резервные силы вынесены на второй круг, стрелки и целители стоят на дежурстве, готовые среагировать по первому сигналу. Связь через мыслеречь держится открытой.
Прохожу мимо Финрода, хлопаю его по плечу, киваю на построение:
— Молодец. Только меня впустите.
Альв передаёт приказ через ушную гарнитуру. И я прохожу сквозь на краткий миг разошедшееся силовое поле в центр двора. Там уже «веселятся» Хоттабыч и Багровый Властелин, я тут же сканирую обоих. Хоттабыч — это мощнейший Высший Грандмастер телепатии, а такие маги стоят особняком. Они почти не стареют, и это лишь одно из десятка их отличий. Другое важное — поразительная устойчивость к любому телепатическому воздействию. Контролировать их невероятно сложно, даже если у них нет щитов. Именно поэтому я не стал добавлять Лорда Тени в Легион: вместо этого разобрал его на ментальные запчасти, чтобы не рисковать. Но даже на фоне Хоттабыча Багровый Властелин сильно выделяется, хотя, казалось бы, куда дальше-то. Багровый — это уже совершенно иной уровень. И мне даже интересно: если бы вдруг бог Гора умудрился протиснуть свою жирную задницу в реальный мир, смог бы он одолеть Багрового? Вопрос крайне любопытный.
Багровый презрительно зыркает на железку и хмыкает с насмешкой:
— Какая нелепость…
Он ведёт рукой по воздуху, и живую железяку корёжит во все стороны: то сжимает её, то растягивает, выворачивая наизнанку. Пару раз он и вовсе поднимает её в воздух и со всей силы швыряет оземь, обрушивая на мощёные булыжники.
Железка рычит и шипит, но не разваливается. Упрямо держится, подтягивает каркас, собирается обратно, компенсирует нагрузку, перестраивает геометрию, подстраивается под каждую деформацию, как будто внутри стоит автомат с обратной сборкой. Повторяет цикл, не сдаётся.
Хоттабыч, не сводя глаз, замечает задумчиво:
— Откуда же в ней столько энергии?
— В неё засунули мага ранга Грандмастер, — отвечаю. — Броня высосала его досуха.
Старик переводит взгляд на меня, бровь приподнимает:
— Как вы это поняли, король Данила?
— Мои сканеры подсказали, — отвечаю ровно. И даже почти не соврал, просто не уточнил, что это легионеры-сканеры.
Хоттабыч хмыкает, смотрит на гвардейские построения у стен:
— Координация гвардии у вас неплохая. Быстрый анализ провели. Бедняга внутри брони уже был трупом, когда она ворвалась в твой замок, а когда Багровый сжал её в сферу, то даже трупа не осталось.
Железяка едва собирается, снова и снова играет одну и ту же шарманку:
— Твоя расплата пришла, Багровый. Твоя расплата пришла, Багровый.
Багровый Властелин рявкает:
— Цыц! Достала!
Я же не тупо прохлаждаюсь, а внимательно анализирую его техники. Сейчас он формирует синий шар притяжения, и в этот шар буквально вминается железная тварь. Доспех корёжит, выворачивает в уродливые формы, будто его скручивает в жерновах. Камни брусчатки с треском срываются и летят в шар, целыми пластами отрываются от мостовой. Даже флюгер с ближайшей крыши сорвало вместе с черепицей — и обломки со скрипом влетают в центр притяжения и крутятся по его орбите.
— Вы бы поосторожнее, Ваше Багровейшество, — сухо замечает Хоттабыч, — а то испортите замок короля Данилы.
Я не отрываю взгляда от зрелища и бросаю:
— Да ничего страшного, — двор жалко, но мне сейчас намного важнее анализ Багрового.
Стоит только Багровому развеять синий шар, как сразу становится видно: железяка ещё держится. Прямо как версия Грандбомжа номер два. Чем сильнее давишь — тем упрямее он собирается обратно.
Сейчас меня гложет подозрение: сила Багрового вовсе не ограничивается одной лишь гравитацией. Скорее, это техника контроля над самим пространством, которую в Организации называют «Бездна». Коснуться Багрового, если он того не пожелает, почти невозможно — любая атака вязнет и гаснет в барьере Бездны. Поэтому эта железная тварь может сколько угодно ломиться вперёд, рычать и скрежетать, но толку от этого не будет никакого.
По мыслеречи Лакомка волнуется:
— Мелиндо, у тебя всё хорошо?
Я усмехаюсь:
— Да, тут большие мальчики развлекаются.
— Понятно. Ты ещё не выяснил, почему Древний Кузнец послал это чудовище в наше королевство? Неужели его цель была просто разозлить Багрового? В чём смысл? — удивляется альва.
— Цель Кузнеца вовсе не разозлить Багрового, — отвечаю, — а испугать его.
— Испугать Багрового Властелина? — Лакомка поражается. — Но разве это возможно? Он же неуязвим!
— Как раз напугать неуязвимого проще простого, — объясняю. — Достаточно показать, что он не такой уж и неуязвимый. Прямо сейчас Багровый боится. Хоть и делает вид, что равнодушен.
Я показываю жене пойманную мной картинку: если следить за глазами Багрового, в глубине нет-нет, да мелькает тень тревоги. Все же на миг, но телепата не обмануть.
— Поразительно, мелиндо! Как только ты углядел! — восторгает альва.
— Не только я. Хоттабыч тоже это замечает, разумеется, хоть виду не подает.
Больше ничего интересного не происходит, новых техник в исполнении Багрового нет, да и железка выдыхается. Я обращаюсь к Багровому:
— Ваше Багровейшество, думаю, пора заканчивать.
— Верно, — коротко откликается он.
Багровый просто идёт прямо на железный доспех. Вокруг Властелина возникает невидимая стена, а сам он бросает брезгливо:
— Раздавись.
Багровый вливает прорву энергии в свою Бездну, и она создаёт огромное давление на железяку. Доспех под гнётом хрустит, трещит, ломается и, наконец, снова распадается в крошево посреди раздробленной в такую же крошку мостовой. Но теперь всё иначе: вся энергия Грандмастера, что накопилась в железяке, окончательно выжата из-за бесконечных восстановлений. На новую регенерацию уже не осталось маны.