Слепое Сердце, или Облачная Академия

Горгорон взял себя в руки и продолжал уже ровным голосом:
- Тебя не пугает неопределенность моего будущего? Неопределенность будущего всего этого мира?
- Пугает немного…
- Немного? – казалось, Гора развеселил ее ответ.
- Почему нельзя покинуть гибнущий мир, уйти через один из порталов? – глаза Ланы уже очень хорошо видели в темноте, и она осторожно пододвинулась к собеседнику. Он сидел, опершись на одну руку и склонив голову к плечу.
- Я не брошу свой родной мир. Это мир моих предков, мир Истрос – земля драконов. Облачная Академия стоит на самой высокой вершине Драконьего Хребта там, где когда-то был первый королевский дворец.
- От этих слов веет беспросветной тоской и безысходностью. Как ты живешь с этим внутри? – Лане очень хотелось протянуть руку и погладить седую прядь волос Горгорона, но она сдержалась.
- Я живу во мраке. Так почему ты удивляешься, что душа моя черна?
- После того, как я помогла тебе запечатать выход в свой родной мир, мое будущее теперь тоже неопределенно. И тоже связано с миром Истрос, - Лана старательно проговорила незнакомое слово, - и с тобой.
Девушка взяла руку дракона-чародея, в которой он держал свою повязку, и поднесла к губам, собираясь поцеловать, но он не дал ей сделать этого. Вместо этого он мягко сжал ее пальцы своей широкой ладонью. Посчитав это хорошим знаком, Лана продолжала:
- Я ведь нашла спрятанный Осколок. Это значит, что у меня есть истинная пара?
- Возможно, - Горгорон осторожно гладил пальцы Ланы, и она с замиранием сердца следила за его движениями. – Но в подземелье ты Осколка не нашла, хотя он там был.
- И метки у меня нет, - девушка вздохнула, а Гор принялся ласкать ее ладонь, ту самую, на которой не было метки.
- Правильно, ведь ты человек.
- Но как же?.. – У Ланы было так много слов в голове, что она не знала, с каких лучше начать. – Тогда, в библиотеке разве ты не почувствовал? И потом, в тренировочном зале, и в подземном мире, когда я тебя лечила. И сейчас, когда Ирлин…
Лана задохнулась от обилия эмоций – своих и Горгорона при упоминании о поединке с аристократом.
- Это было удивительное чувство, невероятное, волнующее, трепетное…
- Как много определений, - Горгорон поднес руку Ланы к своему лицу, и она ощутила на коже его дыхание, почувствовала, как трепещут крылья его точеного носа.
- Я чувствовала себя целой, - Лана продолжала, хотя формулировать мысли становилось все сложнее, ее вновь баюкал теплый ветерок, даря чувство покоя и одновременно волнительного ощущения чего-то необыкновенного. – Будто всю жизнь до этого жила лишь половинка меня, а тут вдруг нашлась вторая, и я стала вся цельная.
Девушка выдохнула после столь эмоциональной тирады. Горгорон молча целовал ее руку, очень нежно, едва касаясь губами кожи. Светлана продолжала говорить, для нее молчание в этот момент казалось невозможным:
- Жаль только, что я никогда не смогу летать с тобой, ведь у меня нет крыльев.
Горгорон усмехнулся:
- Я буду носить тебя на спине, у нас будут мои крылья – одни на двоих. Меня больше печалит то, что я никогда тебя не увижу.
Лана чувствовала, как по щекам бегут слезы. Торопливо вытерла их свободной рукой:
- У нас будут мои глаза – одни на двоих, я буду смотреть за нас обоих…
И тут она не выдержала и расплакалась. Горгорон прижал Лану к себе и принялся гладить по волосам, зарывшись носом в непослушные пряди:
- Твои волосы пахнут горной розой.
Светлана вывернулась из его рук и посмотрела в лицо. В темноте лишенные зрачков глаза Гора смотрелись не так пугающе:
- Это можно исправить? – она протянула руку и провела пальцами по его бровям.
Мужчина в ответ лишь покачал головой:
- Поверь мне, я пытался.
- Как это случилось?
Дракон вздохнул и нахмурился от болезненных воспоминаний:
- Я хотел достать частицу Негасимого Пламени, чтобы с ее помощью утихомирить Пустоту, но… Моего Потока не хватило, чтобы справиться с этой мощью. Я был самоуверен, и теперь я наказан за это, - Горгорон сокрушенно вздохнул. – В нашей семье это распространенный недостаток.
- Я уверена, способ есть, - Лана проговорила с такой уверенностью, что удивилась сама себе.
Ректор лишь пожал плечами в темноте:
- Надежда – лукавая советчица.
- Я говорю не про надежду, а про веру. Я уверена.
С этими словами Лана подвинулась еще ближе к мужчине, пытаясь отыскать в темноте его губы. Провела ладонью по его груди, почувствовав железную крепость мышц под пальцами, скользнула рукой ниже, но он остановил ее пальцы на пряжке своего ремня:
- Не надо. Мне очень трудно будет остановиться.
- Так, не нужно останавливаться, - Лана уткнулась лицом в шею мужчины, почувствовав свежий легкий запах его волос – так пахнет от мокрых листьев после грозы.
- Не здесь, не сейчас, - Гор мягко отстранил Лану от себя, но в тот же миг, словно не имея больше сил терпеть, припал губами к ее щеке. Он принялся целовать ее с такой жадностью, будто это был первый поцелуй в его жизни. Горгорон покрывал поцелуями все ее лицо: щеки, лоб, подбородок – губы слепого были чутки и нежны – и Лана боялась вздохнуть, лишь бы только это продлилось дольше.
Но всему приходит конец. С явным усилием ректор Облачной Академии оторвался от своей ученицы:
- Нам лучше вернуться наверх. Сейчас глубокая ночь, и студенты должны быть в своих комнатах.
Девушка кивнула, с сожалением отстраняясь от мужчины:
- Да.
- А у меня еще есть дела в горах.
- Мы еще встретимся… так? – Лана спросила неуверенно, и затянувшееся молчание пугало не меньше отказа.
Вместо ответа Горгорон протянул руку и потрепал Лану по волосам.
    
Глава 16. Я буду твоими крыльями
На следующий день первым уроком, как обычно, была теория магии. Лана ужасно боялась встречи с Розендаром – Хранитель был свидетелем ее сердечных откровений. Он, разумеется, был достаточно тактичен, чтобы не напоминать Лане о ее душевных слабостях, но видеть его все равно не хотелось.
Девушка нарочито медленно шла по коридору, надеясь хоть немного оттянуть момент встречи с преподавателем. И с Ирлином, хотя аристократ, наверняка, вновь не собирался являться на урок.
Навстречу Лане шел историк Тео. Заметив девушку, он сразу сменил направление движения и пошел с нею рядом в обратную сторону.
- Опаздываешь? – в его голосе было не столько участия, сколько кокетства.
- Вроде, еще нет, - Лана пожала плечами, сделав полшага в сторону.