Тьма. Том 6 (СИ)

Первыми вышли бойцы из машины сопровождения. Два тяжёлых ратника с заднего сиденья, два бойца в броне полегче — с передних. Один из них подошёл к ослопу и, широко раскрыв дверь, помог вылезти очень-очень старому человеку…
Я не знал точно, сколько сейчас брату погибшей, но его возраст явно улетел за полторы сотни лет. Примерно так в мире Андрея выглядели старики, отметившие столетний юбилей.
  
И да, судя по увиденным в сети фото — это был бывший глава рода Дашковских. А ныне почётный патриарх. Приехал лично, чтобы из первых рук узнать судьбу покойной сестры.
Мы с Авелиной шагнули ближе, и когда старик распрямился, учтиво поклонились.
— Приветствую вас, ваше сиятельство! — поздоровался я.
— К несчастью, повод не слишком приятный, но мы польщены, что вы почтили нас своим присутствием, ваше сиятельство, — добавила Авелина. — Мой муж — Фёдор, а меня зовут Авелина.
— Доброго вечера вам, молодые люди! — проскрежетал старик. — Зовите меня просто Виктором Андреевичем. Я уж устал от всех этих обращений и условностей…
— Всенепременно, Виктор Андреевич! — кивнул я.
— Мы хотели бы предложить вам чаю с дороги, но к сожалению, у нас здесь… Временные сложности! — Авелина покосилась на дом, а старик понимающе усмехнулся.
— Решето у вас здесь, а не дом… — покивал он. — Но я приехал только лишь узнать судьбу сестры, задерживаться не буду… Какой здесь у вас путь покороче?
— Проходите за мной, прошу, — учтиво предложила Авелина, а я подал знак десятнику открыть дверь в гараж.
Это, конечно, вызвало возмущение следователей, которые там сейчас возились, но плевать мне на него было с высокой колокольни. Померзнут две минуты, не переломятся. Андрею, вон, в пришлой жизни и при минус пятидесяти работать приходилось. И ничего — помер не от холода, а из-за любви к блинам.
Когда я повернулся к Дашковскому, старик протянул мне руку. В ответ я предоставил ему сгиб локтя, на который и опёрся патриарх рода. Правой рукой он держался за палку, левой — за меня, и так и шёл, с трудом двигая ногами, в то время как позади следовала по пятам охрана.
Насколько я понимал местный этикет аристократов, таким образом старый патриарх высказал мне свою благосклонность и доверие. А это дорогого стоило. Если бы Дашковский не считал меня достойным доверия, воспользовался бы помощью одного из своих бойцов.
— Вы её обнаружили, Фёдор? — спросил он, пока мы шли через двор. — Расскажете мне, как оно вообще так получилось?
— Да, Виктор Андреевич, обнаружил я. Мы стали разгребать завал из хлама в трёх комнатах в подвале… — а дальше я, как мог, подробно и в то же время сжато, описал случившееся.
— Значит, паршивец Лампа за этим стоял… — тяжело вздохнул Дашковский. — Мы подозревали… Мы искали её тогда ещё пять лет… Пять лет!.. А всё это время она была здесь, внизу…
Мы вошли в подвал, и я уже собирался указать, где лежат перенесённые останки Дашковской… Но, оказалось, старику были не нужны советы.
Он её нашёл.
Хватило нескольких лоскутков платья и почти сгнившей бальной «лодочки».
Старик потянул меня к носилкам, где лежали останки, и неожиданно заплакал, без сил опускаясь вниз. Я помог ему встать на колени рядом с погибшей сестрой. А патриарх, не стесняясь никого, рыдал, поглаживая кости кончиками сухих морщинистых пальцев.
— Прости, родная наша… Не уберегли, — шептал он, сотрясаясь в рыданиях. — Не нашли… Ну хоть теперь ты вернулась…
Так продолжалось ещё минуты две, пока старый князь не успокоился. Он глубоко вздохнул и начал подниматься, опираясь на палку, а я, как мог, помогал ему. Стоило Дашковскому утвердиться на ногах, как тут же подошёл следователь:
— Ваши сиятельство! Вещи вашей сестры, согласно описи.
— Благодарю! — кивнул старик, принимая сложенные в пакет украшения. — Останки моей сестры ждём сегодня в усадьбе. Всё, что найдёте. Я поговорю с вашим руководством и поблагодарю их.
— Рад служить, ваше сиятельство!
А дальше мы в полном молчании двинулись в обратный путь к машине. Старый князь шёл с ещё большим трудом, чем раньше, но явно не разрешал себе показывать усталость.
— Когда сестра пропала, отец приказал дать мне кнута, — неожиданно поделился он на полпути. — Я после этого ни стоять, ни лежать, ни сидеть не мог, окромя как на животе. Но это была меньшая боль по сравнению с тем, что я испытал, когда не нашёл сестру… Мы были с ней очень близки. Год разницы, всё детство и юность вместе… Я так и не смог себе простить, что за ней не уследил…
За время его рассказа мы дошли до машины, и старый князь вновь оглянулся на дом.
— Сто сорок пять лет вины — это очень много… — признался он.
Достав из кармана перстень, завёрнутый в чистый платок, я протянул его патриарху.
— Спасибо! — с мягкой улыбкой кивнул Дашковский. — Теперь хоть умирать буду спокойно. Это неоценимая услуга, молодые люди. Пусть и случайно, но вы сняли с меня груз вины. И мы вам должны. А скажите-ка, это раменье — не ваше, что ли?
— Нет, Виктор Андреевич. Оно принадлежит городу.
— Да чёрта с два оно ему принадлежит… Этот особняк и этот сад строились вместе. Да и земля вам нужна… Поговорю с родичами, пусть надавят, чтобы город землю вам передал. Сжечь бы это ваше решето к лешему… Да вроде как историческое здание, да? Зато сможете себе ещё что-то построить на месте этого проклятого раменья…
Старик вздохнул.
— Всего вам хорошего, молодые люди! Берегите своих близких. Сложно потом, если не уберегли… Сложно, да…
Я помог Дашковскому сесть обратно в ослоп и отошёл, давая охране закрыть двери. Вскоре гости расселись по машинам и покинули земли особняка.
— Жуткая история… — поёжившись, заметила Авелина.
— Да не то слово! — согласился я. — Хорошо, что закончилась.
И да, когда перстень вернулся к патриарху Дашковских, здесь стало будто легче дышать. Может, этот дом и правда был проклят из-за случившегося?..
  
Глава 8
 
«Ишимский Вестник», 24 ноября 2034 года
«КЛАД! ЗОЛОТО! ДРАГОЦЕННОСТИ!»
Недавно в средоточии внимания городских властей оказался небезызвестный особняк купца Евлампия Полотно. Сколько легенд ходило про этом место! Сколько искателей кладов пытались пробраться внутрь, чтобы проверить, нет ли там сокровищ!
А на днях особняк был передан во владение роду Седовых-Покровских — вы, кстати, слышали о таком? Вот и мы не слышали. И в первый же день пребывания там Седовых-Покровских клад был найден. Об этом наши осведомители узнали от источника в городской власти Ишима.
К сожалению, глава рода Седовых-Покровских, ранее известный как Фёдор Седов, мелькавший в мутной истории с якобы убийцей двусердых, отказался предоставить найденные ценности и предметы искусства в распоряжение общественности.
Однако городские власти собираются оспорить это решение в суде. Как заявил нам заместитель городского головы по вопросам культурного наследия, Матвей Соломонович Перемыков, слишком уж много вопросов возникло к этой истории с обнаружением клада:
'Как так получилось, что клад был обнаружен в первый же день? Не знали ли представители рода заранее о том, где спрятаны ценности? И самый главный вопрос, наводящий на неприятные выводы: откуда они это знали?
В любом случае, найденные предметы искусства представляют часть исторического наследия Ишима. А значит, просто обязаны пополнить городскую коллекцию ценностей'.
Подробнее читайте на странице 2
На нашей странице в сети можно увидеть документальный фильм про древние рода, участвовавшие в основании города Ишим.
  
Читайте также:
Нужны ли добровольцам деньги? Как повлияет рост вознаграждения на число участников похода в Серые Земли, а также на их воодушевление? Читайте на стр. 5
Сегодня ночью род Дашковских, младшая ветвь правящего рода сиятельных князей Дашковых, провёл похоронную церемонию. С чем связана такая срочность, и почему похороны проходили на родовом кладбище, хотя никто из семейства Дашковских не умер? Читайте на стр. 7