Предатель. Точка невозврата (СИ)

И я смотрела. Смотрела, как на последнюю надежду. Как на мессию, абсолютно уверенного в правдивости своих слов.
— Вдох… Выдох… — поймав мой взгляд, Эдуард уже не отпускал его.
При каждом вдохе мощная грудь Эда расширялась до невероятных размеров, и я, заворожённая этим зрелищем, послушно словно под гипнозом, повторяла за ним. Вдох… Выдох…
Чувствовала, как наполняются кислородом мои лёгкие. До головокружения и мушек перед глазами.
  
— Всё будет хорошо, Рита. Обещаю. Я всё решу.
Я считала себя сильной и независимой, думала, что мне всё по плечу, что справлюсь с любой ситуацией, но это сакральное мужское "я всё решу" подействовало на меня, как и на миллионы других женщин во всех уголках земного шара — можно расслабиться, всё будет хорошо.
— Спасибо тебе. — со слезами на глазах прошептала я.
Телефон Эдуарда завибрировал, и он приложил трубку к уху. Я замерла, пытаясь услышать, что ему говорили на том конце, но Эд встал и отошёл в другой конец палаты.
Сунул руку в карман брюк и отвернулся к окну. Я смотрела на мужскую спину и видела, как облегчённо расслабляются широкие плечи и мощная шея.
— Отлично. Молодцы. — скупо похвалил Эдуард звонивших ему. — Видео перешлите мне.
И ждите полицию.
Эд повернулся ко мне и ободряюще улыбнулся.
— Дашу везут сюда. Она в сознании и чувствует себя лучше. Скорее всего, это была просто реакция на крепкое спиртное. — Эдуард снова сел на стул и взял меня за руку. — У неё возьмут анализы и проверят кровь на содержание алкоголя или наркотиков. И пускай эта мерзота, твой пасынок, молится, чтобы их не было в её крови.
Я облегчённо прикрыла глаза. Дочь в безопасности, а с остальным справимся. Теперь уже точно я не отпущу её ни на шаг от себя. Киру доверия больше нет.
— Мои парни очень интересное видео сняли. — недобро ухмыльнулся Эдуард. — Пасынок твой с дружком там обдолбанные в хлам. Думаю, полиции очень понравится его признание на камеру.
  
Глава 43
 
Эдуард
— Что вы подсыпали девчонке? Что вы собирались с ней сделать?
Голос моего начбеза Олега Кравцова за кадром был холодным и угрожающе тихим. Два, сидящих на диване, подонка отводили расфокусированные взгляды от камеры и мерзко ухмылялись.
— Да ничего. Прикололись над ней немного. — второй парень выглядел немного лучше. Речь у него была осознаннее, а вот пасынок Риты плыл.
Я внимательно рассматривал его на видео и с каждой секундой всё отчётливее понимал, что парень был под кайфом.
— Что вы ей дали? — давил на отморозков Олег. — Вы в курсе, что девочка несовершеннолетняя? Вам за неё срок светит. А если ещё выяснится, что вы её тронули, то срок будет большим.
— Да не трогал её никто. — второй парень пытался держаться уверенно, но глаза бегали, а плечи и затылок были напряжены. — Сеструха же Сергея.
При этих словах друга пасынок Риты презрительно фыркнул.
— Сеструха мля… В гробу я видел её и её мамашу.
— Газ в квартире ты открыл? — бульдогом вцепился в его слова Кравцов.
— Не докажешь. — паскудно ухмыльнулся недоносок и развалился на диване, откинувшись на его спинку.
— Тебя сняла камера. — хмыкнул начбез, беря парня на понт.
Над парадной дома, где ночевала в ту злополучную ночь Рита, действительно висела камера наблюдения. На её кадры попал некий парень, заходящий в парадную, и выходящей из неё через двадцать минут. Но он тщательно прятал своё лицо под медицинской маской и козырьком кепки, надвинутой на глаза. Рассмотреть его было невозможно.
Полиция изъяла записи с камеры, и сейчас их тщательно изучали эксперты. Мне пришлось приложить усилия, чтобы заставить полицию рассмотреть версию покушения на убийство. Первая их реакция была списать произошедшее на попытку суицида.
— Не получится. — ухмылялся недоносок. — Баба сама решила себя прикончить. Я здесь ни при чём.
— Решил и жену отца грохнуть и сестру? — напирал начбез. — У тебя был мотив избавиться от конкурентов.
— Да какая она мне сестра? Соплячка прилипчивая. Достала. — уже с трудом ворочал языком пасынок Риты, поймавший приход. — Живучие твари, ни газ, ни наркота их не берёт. Как тараканы. Бегают, под ногами мешаются.
— Значит, всё-таки ты газ открыл, урод? И девчонку решил на дурь подсадить? — колол уже плохо соображающего парня Кравцов.
— Я наследник. — промямлил уходящий в нирвану отморозок. — Я. А эти…
Я отключил запись и скрипнул зубами. Вот мразь!
Из палаты Ритиной дочери вышел врач, нашёл меня, стоящего у окна в коридоре, Глазами и двинулся в мою сторону.
— Как она? — шагнул я навстречу врачу.
— Стабильна. Сейчас прокапаем, снимем токсикацию, к утру должна прийти в себя окончательно.
— Они… — запнулся я, подбирая слова, от смысла которых у меня шерсть на загривке дыбом вставала. — Её не тронули?
— Девочка цела. — успокоил меня врач. — Пойду сообщу её матери, что дочь под наблюдением и в целом здорова. Анализ крови на химико-токсикологическое исследование уже отправили в лабораторию, утром будем знать результат.
— Я сам сообщу. — остановил я врача. — Лучше побудьте с Дашей. Наблюдайте за ней.
Врач кивнул и пошёл обратно в палату девочки, а я снова развернулся к окну, за которым была глубокая ночь.
Потёр ладонью колючий подбородок. Дерьмовый день, дерьмовая ночь. Я крепко понервничал, пока девочку не привезли в клинику. Людям своим я доверял, в собственной службе безопасности у меня каждый человек был отобран с особенной тщательностью.
Левых и тупых не имелось, у всех был опыт работы в этой сфере. Все обучены и постоянно проходили подготовку. Начбезу я своему доверял как себе, но именно сегодня мне хотелось лично контролировать ситуацию с Ритиной дочерью.
А уж как хотелось лично сломать нос ублюдку! Руки чесались до сих пор. И хоть я противник физического насилия, драк и прочего беспредела, сегодня готов был переступить через свои принципы. За Риту, за девочку её.
Пиликнул пришедшим сообщением телефон, я посмотрел на экран и нахмурился. Начбез прислал очередной видеофайл и сопроводил его текстом: "Скачал с телефона ублюдка. Эдуард Борисович, это срок! Допрыгались подонки".
  
Глава 44
 
— Всё хорошо с твоей дочерью, Рит. Не волнуйся. — громадой возвышался надо мной Эд. — Врачи осмотрели её.
Эдуард замялся, а я чуть не взвыла от отчаяния и страха.
— Да цела она, цела, Рит. Не насиловали, не били, только дрянью какой-то накачали. — сел на стул рядом с кроватью Эд. — Она под присмотром врачей.
— Я к дочери хочу. — плакала я и рвалась встать, но Эдуард вдруг положил свою огромную ладонь мне на голову, и я испуганно притихла под его рукой.
— Она спит. Ей капельницу поставили. С ней сейчас рядом врач. — неожиданно погладил меня по волосам, как маленького ребёнка. — Я должен показать тебе одно важное, но очень неприятное видео, Рит.
Я проглотила тугой ком в горле и молча кивнула, подозревая, что кино будет ужасным. Но если Эд считает, что я должна это увидеть, то, значит, это важно для меня.
— Только давай сразу договоримся — без истерик. — хмуро покачал головой Эдуард. — Кадры не самые приятные, и некоторые моменты могут тебе показаться страшными и тяжёлыми, но мы знаем, что всё хорошо закончилось. Да, Рит? Если начнёшь реветь, я позову медперсонал и попрошу сделать тебе успокоительное, предупреждаю.
— Обещаю, что не буду. — я всхлипнула в последний раз и вытерла дрожащими ладонями мокрые щёки.
— Рит, всё хорошо, ты помнишь? — ещё раз то ли спросил, то ли предупредил Эд.
  
— Показывай уже. — сделала глубокий вдох.
Эдуард включил видео на своём телефоне и отдал его мне.
Я несколько раз моргнула и закусила губу, увидев на экране дочь. Растерянную, с пылающими щеками и жалобно смотрящую на снимающих её.
— Жарко очень. — пролепетала Дашка, хлопая ресницами.
— Так ты худик сними. — смеялся и подстрекал её за кадром незнакомый мужской голос.