"Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)

— А тебе важна? — спросила Полина. Заглянула мне в глаза. — Тебе я важна?
Я постарался быть максимально искренним. Кивнул. Я действительно не хотел, чтобы Полина пострадала. Но поймать Пикового туза хотел не меньше.
— Очень важна. Больше жизни.
Сапифрова подумала и прошептала номер телефона. Я запомнил. Улыбнулся знакомой Полины.
— Приятно было увидеться, — сказал я девушке. — Ну, прощай. Увидимся, если что.
  
Сапфирова кивнула. А я направился прочь из кафе.
Вышел, осмотрелся. Вдоль тротуара стояли машины. Не так много, как в двадцать первом веке. Когда место для парковки не найти.
Нет, всего с десяток вдоль обочины. На обеих сторонах улицы. И только в одной, в неприметном бежевом «Жигуленке», сидели двое мужчин. Один закрылся газетой. Другой смотрел в сторону. Ага, как же.
Я подошел к ним.
— Как дела, парни? Они там будут еще минут сорок, не меньше. Купите себе пирожки с капустой. Перекусите.
Тот, что с газетой, промолчал. Зато второй, за рулем, посмотрел на меня. Типа недоуменно.
— Ты о чем это?
Я улыбнулся.
— Ладно. Как хотите. Можете сидеть голодными. Кстати, передайте Рокотову, что мне надо переговорить с ним. Срочно. Я знаю, как поймать того, кого вы ждете.
Я похлопал того, что за рулем, по плечу. И отправился дальше. В контору, к Белокрыловой. Наверняка уже с ума сходит, разыскивая меня.
Таксист оказался разговорчивый малый. Всю дорогу до УВД потчевал меня байками. Из своей, шоферской жизни. Я сидел, рассеянно кивал.
Смотрел на улицы, по которым мы проезжали. Думал о своем. Таксист болтал без умолку.
Когда мы приехали, план был готов. Мне надо выявить, кто в следственной группе помогает Пиковому тузу. И я уже знаю, как это сделать.
Но сначала пришлось заняться любителями антиквариата. В кабинете сидели Терехов и Наварская.
Терехов висел на проводе. Обзванивал свидетелей. А Наварская печатала на машинке с бешеной скоростью. На мое приветствие едва ответили. Что это здесь приключилось?
— А где остальные? — спросил я.
Наварская не останавливалась.
— Уехали на осмотр, — крикнула она, стараясь перекричать стрекот машинки. — Тебя тоже искали. Но не нашли.
Да, в эпоху, когда нет сотовых телефонов, трудно поймать нужного человека. Не то, что потом.
— Какой осмотр? — спросил я. — Опять убили, что ли? Что за время такое пошло. Каждый день новый труп.
Наварская кивнула. Застучала по клавишам еще быстрее. Терехов закончил разговор и освободился.
— Скрипачи снова ограбили, — сказал он, положив трубку. — Выставку Кандинского в Доме культуры. Убили сторожа. Ты знаешь Кандинского?
Ну вот, новое преступление. Как же невовремя. Теперь Белокрылова не слезет с меня с живого. Пока не поймаем этих любителей старины.
— Ну, не сказать, что лично, — ответил я и пожал плечами. — Но с его работами знаком. Очень, очень впечатляет. И они сейчас там? Много украли?
Терехов кивнул.
— Пять известных картин. За границей за них дадут сумасшедшие деньги. Их надо ловить, Ян. Как можно скорее. Только я не знаю, как ты это хочешь сделать. Зачем тебе пионеры? Да еще и с трубачами. С горнами.
Эх, если бы все так просто.
— Что тут непонятно, Витя? — спросил я в ответ. — Что делают пионеры? С барабаном и трубой? Играют, конечно же. Вот и мне нужно, чтобы они играли.
Ответ, конечно, частичный. Но я хотел как можно дольше насладиться недоумением. В глазах коллег. Особенно, когда мы поймаем грабителей. По моему плану.
— Но зачем? — спросил Терехов.
Наварская прекратила печатать.
— Да, зачем? Я уже нашла одну пионерскую дружину с ближайшей школы. Они смогут участвовать. При условии, что детям ничего не грозит. Но я не могла объяснить. Что они будут делать. Но милиции всегда рады помочь.
Я кивнул. Улыбнулся. Но объяснять не стал. Пусть еще бултыхаются. В подвешенном состоянии.
— Ты золотце, Лидочка. Терехов будет большой дурак, если упустит тебя.
Молодые люди посмотрели друг на друга. Чуток смущенно. Как будто я подсмотрел их мысли.
— А, так вы уже спелись, — заметил я. Сразу увидел, что Терехов уже звал девушку на свидание. — Какие же молодцы. Желаю счастья. Надеюсь, сегодня вечером вы ничего не планировали? У нас операция. Вступаем в соприкосновение. С противником.
Терехов выпучил глаза.
— Это как? А шефиня знает?
Нет, конечно. Белокрылова совсем не в курсе. Если я буду уведомлять ее о всех планах, то ничего не добьюсь. Лучше ставить ее перед фактом. Пока что я могу поспать на диванчике.
— Конечно, знает, — радостно соврал я. — И уже дала согласие. Вы вместе с Рэмом приготовьте одежду попроще. Старую, поношенную. Никаких костюмов. Чтобы походили на обычных работяг. Мы пойдем знакомиться с этими ребятами.
Теперь можно заняться подготовкой. Я оставил молодых людей в кабинете. Не ответив на их расспросы. Временами очень настойчивые.
Отправился в отдел Новоселова. Тут тоже никого не было. Кроме лейтенанта Дронова. Само собой. Они все сейчас во Дворце культуры.
Я поговорил с Дроновым. Его сведения вполне меня удовлетворили. Они уже выяснили, кое-что. Тип по кличке Блин постоянно ошивается в чебуречной на Майорова.
— Мы пробовали за ним следить, — сказал Дронов. — Но он тертый малый. Быстро стряхивал наблюдение. И уходил.
Хорошо. Мой план учитывает осторожность грабителей. Их бдительность. Я договорился, что вечером мы проведем совместную операцию. Силами двух отделов.
— А что Белокрылова, ничего не сказала? — спросил Дронов. Он с любопытством разглядывал меня. Наверное, думал, что я его гипнотизирую. Прямо сейчас. Заставлю опять стать ребенком. И гулять по кабинету с соской во рту. — Она знает?
Конечно, пришлось ответить также, как Терехову. Я солгал с самым невинным видом. Ну конечно. Разве я могу действовать без согласия шефини. Таким образом, Белокрылова оказалась втянута в мою операцию.
Договорившись на вечер, я отправился спать. Терехов и Наварская пытались выудить из меня дополнительные сведения. Но я спросил в ответ, удалось ли Аксакову отправить объявление в газету?
— Не знаю, — Терехов пожал плечами. — Вроде, да.
Я выпил чаю с бубликом и улегся на диванчик.
— Разбудите, когда он придет.
И заснул. Мне снилось, будто я иду в Лувре. Рассматриваю картины. Я там как-то был пару раз в прошлой жизни. Иду под руку с красивой девушкой.
Вроде бы, с Сапфировой. А потом гляжу, а это Джоконда. Улыбается загадочно. Будто держит за пазухой тест на беременность. С двумя полосками. Я пытался провалиться от нее под землю. Но Джоконда спросила голосом Белокрыловой:
— Какого дьявола ты тут дрыхнешь? Вставай быстро.
Джоконда пихнула меня в плечо. Я открыл глаза. Ах да, я же заснул на диванчике. А рядом стояли Белокрылова и Аксаков. Оба смотрели на меня сверху вниз.
— Кто тебе разрешил договариваться с Новоселовым о совместной операции? — начальница сходу бросилась в бой. — Ты совсем спятил? Что мы там потеряли в чебуречной?
Я поднялся, протер глаза. Погрозил пальцем Терехову.
— Я же сказал, разбудите меня, когда они придут, — потом указал на шефиню. — Ты сама дала такие указания. Забыла, что ли?
Это было так неожиданно, что Белокрылова растерялась. Но только на мгновение.
— Я? Когда это? Да я сама только сейчас узнала об этом.
Я пожал плечами и выпил воды из стакана.
— Ты издеваешься, Аня? Сама же сказала, что мы должны поймать эту банду как можно скорее. Вот я и придумал. А ты теперь ругаешься. Я же не могу ждать, пока вы там где-то шляетесь.
Белокрылова пришла в ярость. Но сдержалась. Дело превыше всего.
Тогда я развил бурную деятельность. Время уже вечернее. Как раз, чтобы выходить на охоту. И мы поехали в чебуречную на Майорова.
  
Днем здесь полно народу. Большое, просторное помещение. Здесь продаются люля-кебабы, чебуреки, харчо и шашлыки по-карски. Все вкусное, пальчики оближешь. Огромные очереди.