"Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)

Я хмыкнул. Это мило. И в принципе соответствует.
— В общем, я пересылаю вам приглашение, — Марго потянулась к своему комбраслету. — И вы тогда решите. Можете связаться с ними после Нового года, думаю, что Вальтон никогда не спит.
— Да кто он такой?
— Вы должны были его видеть на испытаниях кристаллов. Он…
— Аааа, понял, такой крокодилообразный чувак в жилетке.
Марго хмыкнула
  
— Да, тот самый. И жилеткой он пишет эмоциональный спектр собеседника.
— Точно. Вспомнил. Да, знаю про такую возможность, мне друг рассказывал. Всё, я понял.
В голове моей, наконец, проявились четыре нормальных землекопа с лопатами и боевито встали в ряд. Нельзя сказать, что мне не хватало развлечений, но перспектива поглядеть на команду Вальтона не выглядела особо страшной. Ну сгоняю к ним, посмотрю. А если я увижу, что они гораздо лучше и круче нас и достигли большего? Хм, нет, скорее всего, если у них получилось что-то серьезное, мне даже не покажут.
* * *
Макс, который заблаговременно заказал билеты на «Зимнюю феерию» на четвертое января, пришел в ужас от вращающихся кабинок.
— Не бери в голову, вы же в большой поедете, они только слегка покачиваются, — успокоил его Баклан.
— Да мои с ума сойдут, если у них перед носом будет что-то такое вертеться. Дочь просто стошнит. А если оно слетит с траектории и врежется в соседние санки? Мы же все вместе в пропасть улетим.
— Вот же ты осторожный какой!
— Заведешь семью, тоже будешь осторожным.
— Макс, если хотя бы четверть из тестово опрошенных, будут думать как ты, то к четвертому числу ничего уже вращаться не будет. Хорошо, если останется покачивание. И мы, друзья, будем теми немногими, кому удалось испытать функционал в полном объеме, — заявил Дима.
— Ну если только так!
— Так обычно и бывает. Вот когда испытывали подобный аттракцион на Красном море, тоже сначала всем разрешили качаться и крутиться, и все что угодно. А потом взяли и вытащили его на землю и построили обычный аквапарк. И рыбы там симулированные, а настоящие как были в море, так и остались.
— Жалко! — расстроился Макс. — А я про это даже не слышал.
— На тебя не угодишь, — засмеялся Дима. — То тебе страшно, то жалко, что не участвовал.
Макс пожал плечами. Такая вот человеческая натура. То ему безопасность, а то жалеет, что на Красное море не попал. А еще он расстроился, что ящик для магического снега уже уехал к бабушке, и нигде, кроме «Зимней феерии», купить его было нельзя. И, значит, из него не получится подарка на Новый год.
— Да ну тебя, Макс, нельзя же все на свете подарить на Новый год! — засмеялся Баклан. — Что-то можно подарить и после!
— Тоже верно, — согласился Макс.
К среде Макс сдал все экзамены, и тут мы с ним сравнялись. У меня один экзамен был сдан экстерном, а со вторым я расправился в понедельник. В четверг Макс собирался отбыть к семье, а у Димы с Бакланом в четверг был последний экзамен, и поэтому торжественного прощания у нас не вышло. Вместо этого Макс убрал нашу комнату до идеального, на мой взгляд, состояния, причем в процессе опять успел поссориться с Центурионом. А все потому, что того посетили новые идеи.
Центурион добыл у администрации пылеуловитель с датчиком типа тех, что стояли у нас в инкубаторе, и попытался использовать его не по назначению. Смысл датчика был в том, чтобы пылеуловитель включался сам после достижения выставленных параметров. А Центурион приспособил его в качестве метода карательной гигиены: заявлялся в комнату без предупреждения, замерял состояние пыли по датчику, требовал все убрать заново и сваливал, не включая сам пылеуловитель. С Максом этот номер не прошел, потому что Макс отлично знал, что это за прибор. Он немедленно выловил Центуриона обратно и принудил его пылеуловитель включить, чтобы привести параметры к норме. Раз уж он вообще пришел. Центурион попробовал отказаться, утверждая, что его дело только мерить, но Макс прочел ему наизусть инструкцию по использованию данного прибора и заставил остаться. Потому что необходимо было проверить, сможет ли пылеуловитель в принципе справиться с обычной комнатой, которую никто и никогда не обрабатывал лабораторным пылеуловителем. В общем, Максова манера душнить пришлась весьма кстати.
И когда мы пришли в комнату вечером, мы застали там довольного Макса, недовольного Центуриона и обожравшийся пылью агрегат. Эта компания там сидела уже пару часов, потому что пылеуловители — ребята небыстрые. Они должны стоять стационарно и усасывать в себя пыль по мере поступления, а не всю сразу. Для серьезных уборок существуют другие устройства.
В конце концов нашу комнату дочистили, пылеуловитель удовлетворенно пискнул и отключился. Центурион отметил, что комната предварительно принята, но в субботу он придет снова, а потом, заметив открытую дверь, к нам явился Оба и устроил скандал, почему в их собственной комнате такая чистка не проведена — его воображаемый друг страдает от аллергии. В чужом глазу соринку видим, а в своем бревна не замечаем, зовите Ленина, бревно само себя не вынесет, мой руки перед едой, а комнату перед переделом собственности.
Когда Оба впадал в желание поделиться своими трактовками впитанного культурного фона, управы на него никакой не было. Центурион скис и потерял остатки боевого задора. Если с нами и нашими соседями у него бесконечно шли какие-то стычки, то Обу с его воображаемым другом он пытался то ли усыновить, то ли максимально изолировать. Подозреваю, что всему виной была инициатива администрации, которые проинструктировали его беречь гостя территории и репутацию университета не ронять. А блюсти репутацию для Центуриона было любимым занятием. Честно говоря, при всем моем отношении к Обе, я был рад, что он живет не в нашей комнате. А то, мне кажется, я бы уже начал видеть его воображаемого друга.
Оба, уходя, обернулся и подмигнул нам, и это значило, что по крайней мере на сегодня и завтра мы от Центуриона избавлены. Быстро он не оправится. Вот же неугомонная сволочь.
Оказалось, что последнюю фразу я подумал вслух.
— Ага, — согласился Макс. — В нем самозарождается страсть к порядку, ничем ее не унять. Ее бы прикрутить градусов на двадцать, и можно было бы терпеть, а если еще на двадцать — то он был бы даже полезен.
— Угу, я заметил, — подтвердил я. — Я раньше думал, что он просто должен быть занят делом, но подозреваю, что такого объема дела просто не существует.
— На длинном забеге — точно нет. А вот сегодня мы его нормально загрузили.
— Честь тебе, Макс, и хвала.
— И еще Обе.
— Да, Обе тоже.
* * *
В среду все наши сдали экзамен по созданию элементов, который я сдал в октябре экстерном, и можно было сидеть в инкубаторе сколько влезет. Однако все разбежались, собирая новогодние подарки родне, а оставшаяся часть доставала меня требованиями рассказать про «Зимнюю феерию». И каждый раз разговор сводился к магическому снегу. Я уже сожалел, что отправил бабушке снежный ящик курьером, потому что проще было показать, чем объяснить. В обеденный перерыв мы попробовали создать что-то подобное своими руками, но выяснилось, что тут без химиков никак, и мы можем создать только самостоятельно галопирующий снежок, если вложим в него биокристалл. Вообще-то мы должны были проводить с биокристаллами какие-то другие эксперименты, но никто так и не сказал, какие, поэтому мы влезли в ящик и приспособили их к делу. А то чего они? С обычными кристаллами такой номер не проходил, в снежном окружении кристалл куксился и хотел какой-то оболочки, а, получив минимальный обвес, мог максимум оторвать снежок от земли и так висеть. Что было уже не так неинтересно.
  
К вечеру четверга я успел два раза сбегать в основную лабу инкубатора и вернуться. Без особого, впрочем, результата. В основной лабе туда-сюда разгуливал Красин и рассказывал всем, как ударно работает его группа первокурсников, состоящая из нашей старосты и ее подруги, и как они скоро всех поразят. Антон бурчал что-то вроде «знаем мы, кого вы там поразите». При всей моей нелюбви к Антону я был с ним совершенно согласен. Со старостой, после того как она попыталась меня прогнуть за конспекты, я вежливо здоровался, но не разговаривал и ничего больше не просил. Придется что ли хорошо учиться, меня тошнило от мысли, что с ней придется еще какие-то дела вести. Надеюсь, что она как ответственный человек не пойдет на новогоднюю вечеринку, и мне не придется на нее там натыкаться. Додумавшись до этой мысли, я рассмеялся. Еще не хватало, обращать внимание на старосту, в школе что ли? И на этом забил.