Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Джек достал свой телефон и понес его в руке. Он слишком много болтал, а это обычно означало, что он нервничает. Два работника почты катили по тротуару тележку, направляясь в грузовую зону банка. Они прошли туда, не предъявляя никаких документов, просто кивнув копам.
– Есть! – воскликнул Джек.
Я покачал головой:
– Их тут знают в лицо. Затея слишком сложная. К тому же как ты попадешь внутрь, доставив тележку в приемник?
– За углом есть бар. Я в нем бывал. Туалеты там на глубине третьего этажа. Если мы выйдем оттуда в какие-нибудь туннели, а после каким-то образом попадем в подвалы банка…
Я увидел идущую навстречу женщину и узнал ее: Тара Поллард из Мюррей-Хилла, одного из районов Манхэттена, работает офисным менеджером в отделе торговых операций. Я в свое время собрал фотографии штатных работников офиса президента банка, его пресс-центра и отдела торговых операций. Все они были наиболее вероятными кандидатами в список тех, кто имел доступ к директиве до ее публичного оглашения.
Скорее всего, она вышла за обедом, потому что держала пенопластовую коробку, в которую упаковывают еду навынос. Я проверил ее беджик. Очень удобно, что банк оказал мне любезность и пометил всех своих сотрудников.
– Оставайся здесь, – велел я Джеку.
Я пошел ей навстречу, опустив взгляд – дождь ведь. Сунув левую руку в карман, я нашарил и зажал флешку. Сумочка Тары была застегнута на молнию, но боковой карман оказался приоткрыт.
Протиснувшись мимо нее, я уронил флешку ей в сумочку. Если ты карманник, то подбросить что-то намного легче, чем вытащить.
– Что это было? – спросил Джек, когда я вернулся.
– Потом расскажу.
– Где помещение, куда нам надо попасть? В башне? Я бы выбрал именно ее.
Башня выступала из восточного фасада банка. Разглядывая ее амбразуры, я подумал, что архитекторы слишком буквально восприняли идею крепости. Создавалось впечатление, что башню обороняют лучники.
– Президент на десятом. Отдел на девятом.
– Так вот, о туннелях, – продолжил Джек. – Я нашел в Сети кое-какие старые карты. Еще тех времен, когда это здание строили.
– Заткнись!
Обиженный Джек сердито пялился на меня, пока не заметил идущего навстречу копа. Я подождал, пока тот не пройдет мимо.
– Хранилище находится на глубине восемьдесят футов, Джек, под линиями метро. Ниже – скальная порода. Это три этажа сплошной стали весом двести тридцать тонн, окруженной железобетоном. Его опустили на самое дно фундамента, а вокруг построили само здание. Над ним располагается вся инфраструктура Нью-Йорка. При любом нарушении целостности хранилища достаточно нажать кнопку, и оно будет герметично заблокировано в течение двадцати пяти секунд. Так что, наверное, пробивать туда туннель из туалета забегаловки – не лучшая идея.
Проникновение в здания – моя специальность. А сила Джека – в умении усыплять подозрения.
– Ну и как ты войдешь? – спросил он, слегка задетый.
– Всему свое время, – ответил я и взял телефон.
Снаружи мы уже выяснили все, что могли, и все, кого я хотел проверить на предмет выхода во время обеденного перерыва, уже вернулись на службу. Наискосок от банка располагалась безумно дорогая бутербродная, изображавшая из себя кондитерскую.
Я вошел, велел Джеку что-нибудь заказать и направился в туалет. Это заведение я присмотрел заранее. Оно находилось достаточно близко к банку и предлагало бесплатный Wi-Fi. И то и другое было для моего замысла чрезвычайно важно. Я встал на унитаз и приподнял кусочек подвесного потолка.
Из сумки я достал черную коробочку с антенной на боку и положил ее на потолочную плитку. Затем подключил к ней питание, подсоединившись к распределительной коробке потолочного вентилятора в туалете. Коробочка была беспроводным ретранслятором. Она будет принимать радиосигнал от камеры внутри банка и передавать его дальше через Интернет. И я, подключившись к Сети из любого места, смогу видеть всю картинку.
Далее мы зашли в контору службы доставки. Я уже упаковал бейсбольный мяч, а утром забрал у отца подставку для него. Выточил он ее, как всегда, безупречно, хотя его мастерская «Форд стил уоркс» была закрыта без малого тридцать лет. В подставке отец сделал полость для камеры и запасной батарейки, совершенно незаметную снаружи. Объектив камеры тоже был невидим и скрывался за высверленной точкой в букве «i» в слове «Series».
В коробку с мячом я положил сертификат о дарении, который датировал двумя неделями раньше, а также любезную записку от профессора Хэллорана из Университета Чикаго. Профессор был ведущим автором нескольких статей, написанных старшим вице-президентом во время учебы в аспирантуре, и таким же фанатом бейсбола. Он запросто мог подарить моего троянского коня в облике бейсбольного мяча, который вскоре займет нужное место, а его подставка будет нацелена на компьютер старшего вице-президента и станет передавать мне все данные с монитора.
– А как быть с благодарственной запиской? – поинтересовался Джек. – Или вдруг он позвонит тому профессору?
– Хэллоран умер на прошлой неделе.
Я два дня корпел над биографией вице-президента и некрологами, отыскивая подходящего кандидата. А если у того появятся другие вопросы, то телефон и адрес электронной почты приведут его в никуда.
– Умно, – признал Джек. – Но ты все равно не знаешь, как попасть внутрь. Или ты собираешься проделать все дистанционно?
Хорошо бы, но в какой-то момент мне придется по-настоящему рискнуть своей задницей. И это время настало.
Глава 23
Я вручил Джеку распечатку и бумажник, набитый фальшивыми документами. Он взглянул на лист – это был электронный билет на экскурсию по банку. Мы направились к банковским полицейским, охранявшим вход на Мейден-лейн. Ребята там стояли внушительные: дважды в год от них требовали подтверждать в банковском тире квалификацию по стрельбе из пистолета, винтовки и дробовика. Многие числились специалистами.
Они сперва взглянули на наши билеты, затем на подложные документы. Охранник сравнил мое лицо с фотографией на водительских правах, затем проделал это еще раз.
И пропустил меня.
Мои глаза заметались по вестибюлю, рассчитывая вероятности обхода службы безопасности в день кражи. Сотрудники проходили внутрь через кабинки, открываемые РЧИД, [387] запечатанными в пропуска. Да, здесь было еще хреновее, чем я опасался. Кабинки выглядели как футуристические телефонные будки с двумя дверями на противоположных концах, исполняя роль турникета с повышенной степенью надежности. Входили в них по одному, и человек оказывался в изоляции, пока проверялись его документы. В иных моделях фиксировался даже вес, чтобы не прошли сразу двое, а некоторые автоматически запирались, если пропуск вдруг не сканировался.
Мы с Джеком пошли направо. Посетители проходили через металлодетектор, а их сумки просвечивались рентгеном, после чего направлялись в такие же кабинки. Совершенно стандартная система безопасности, типичная для зданий суда, хотя местные охранники были лучше вооружены.
Джек раньше меня прошел проверку, затем и я миновал металлодетектор. Брат вошел в лифт вместе с остальными экскурсантами как раз перед закрытием дверей. Охранник указал мне на кабинку, а второй просканировал мою карточку и разрешил пройти.
– Идите с ними, – велел он.
Я пошел к лифту следом за тремя женщинами и взглянул на их пропуска. Те находились либо в пластиковых держателях, закрепленных на поясе, либо висели на шее.
Технология РЧИД значительно ускоряла проверку. Большинство работников банка предъявляли пропуска со смарт-картами, коды в которых шифровались по алгоритмам Агентства национальной безопасности, что делало их практически неуязвимыми для взлома или копирования. РЧИД хакнуть намного проще, но мне, наверное, даже не придется заходить настолько далеко. У меня были задуманы другие трюки. Я держал телефон, и, когда мы вошли в лифт, я сделал парочку снимков пропусков крупным планом.