Хозяйка заброшенной сыроварни (СИ)

Я же пока отозвала нечисть в сторону, чтобы завершить ритуал – мало ли, Отто решит подшутить и снова стащит хлеб. 
К счастью, для завершения клятвы никаких дополнительных сложностей не требовалось. Я присела на корточки возле нечисти, и разломила принесённую буханку на три части. Стоило мне откусить кусочек от своего хлеба, как послышалось мерное гудение, и воздух словно пришёл в движение. И вот, вроде бы, никаких искорок. Однако… 
  
— Клятва завершена, — выдохнул бородач. — Ты уж не обмани, хозяюшка. Сыр нам очень нужен. 
— Точно! Сыр же! 
Я себя чуть по лбу не хлопнула. Как же я не сообразила-то – молоко же надо было обработать как можно скорее, пока оно ещё свежее. Да, с сычугом не удалось – значит, придётся сквашивать уксусом. А для этого молоко следовало нагреть почти до кипения. 
— Мне бы костёр, — попросила я. — И… котелок какой-нибудь. Или кастрюльку. Сейчас быстро сыр сварю, а потом уже поем нормально. 
Тем более, хлеб слегка притупил голод. 
— Сейчас разведём, хозяюшка, — пропищала тонкая нечисть. — Мы ж только что кашу готовили у крыльца готовили, там ещё и угли остались. 
Я кивнула и поспешила за горшком молока, оставленным у входа. Как раз там, где я читала Марику лекцию о пользе чистых рук. 
Взяла в руки горшок, подняла крышку… и разочарованно застонала. В нос ударил кислый запах. 
Молоко безнадёжно испортилось.
  
16-3
 
Похоже, нечисть смогла всё понять по моему лицу. 
— Это что же, — ахнула тонкая, — выходит, мы без сыра останемся? Как же так, хозяюшка? 
Кажется, ещё секунда – и начались бы причитания… И вот этого хотелось избежать. 
— Спокойно, — оборвала я подкрадывающуюся истерику. — Ещё ничего не потеряно. Всё будет хорошо… 
Нечисть с недоверием уставилась на меня. Я же лихорадочно соображала. 
Молоко скисло, это факт. Из кислого молока сыр не сделать – тоже факт. Зато можно было сделать творог. Творог я делать умела. А он, строго говоря, тоже сыр. Просто… недообработанный. 
— Творог подойдёт? — коротко уточнила я. Нечисть скривилась. — Понятно… 
— Технически, подойдёт, начал было бородач, но… 
— Погоди, — оборвала я. 
В голове уже закрутились шестерёнки. Вспомнилось, как я нашла в интернете рецепт приготовления сыра из творога. Готовить можно было в микроволновке или на плите. Открытый огонь, наверняка, тоже подойдёт, если брать не пылающий костёр, а угли. В творог иногда добавляли молоко, но можно было работать и без него. Единственное – требовалось яйцо и сода. И ведь всё это у меня было! Яйца остались ещё те, что привозил управляющий, а соды отсыпала Берта буквально пару часов назад. Если постараться, должно было получиться! 
Помню, наткнувшись на этот рецепт, я прибежала с ним бабушке – надо, же, какая радость! Самый настоящий сыр, да ещё без долгого вымешивания сырного зерна. Сказка! 
Бабушка тогда приняла рецепт… мягко говоря, без энтузиазма. Долго ругала всяких «доморощенных сыроваров», потом втолковывала мне, что с яйцами – это не сыр, а сырный продукт. И вообще баловство. А настоящий сыр – он из молока, с использованием ферментов и заквасок. И никак иначе. 
Разумеется, позже я всё равно опробовала тот рецепт. На вкус получилось неплохо. Да и в целом – выглядело как сыр. А значит, и сейчас могло бы подойти. 
— Будет вам сыр, — решила я. — Но сначала надо сделать творог. 
— Ты чего это удумала? — подозрительно уточнил Отто, выглядывая из стены. Нечисть с опаской покосилась на него (надо же, видят?), но промолчала. — Ты мне давай, это, без экспериментов. 
Я лишь отмахнулась. Не в том положении был призрак, чтобы мне указывать. Да и вообще, какая уж теперь разница, как варить, если сычуга нормального всё равно не нашлось. 
— Надо найти прохладное место для горшка, — подытожила я. — Как молоко загустеет – будем варить. Правда, боюсь, уже завтра: молоку нужно время. 
Место нашлось на полке в кладовой. Зайдя в помещение, я с удивлением обнаружила, что котелок, тот самый, чугунный, валяется на боку. Даже глаза протёрла – ни за что бы не подумала, что его вообще можно опрокинуть. Он же широкий. И тяжёлый – кошмар. 
Смутно вспомнился ночной грохот, но с чем он был связан, я понять не могла. В конце концов, в доме не было никого, способного свернуть такую посудину. Да и не приснилось ли мне? 
— Скажите, а котелок вы сегодня не трогали? — уточнила я у нечисти. И выругалась про себя. Надо бы им имена придумать, что ли. А то так и будут у меня «простите-извините». 
— Что ты, хозяйка, мы к нему и прикоснуться не можем, — возразил бородач. — Силёнок не хватит. 
— Мы когда пришли, — согласилась тощая, — он уже вот так валялся. 
— Вот как, — хмыкнула я. 
Пожав плечами, я с горем пополам вернула несчастный котелок в вертикальное положение. Выпрямилась и пошатнулась. В глазах на миг потемнело. 
Справившись с внезапным головокружением, я развернулась – и наткнулась на ехидный взгляд Отто. Призрак висел напротив входа в кладовую и очень уж злорадно ухмылялся. 
— Будешь пакостничать, позову экзорцистов, — пригрозила я. 
— Ты хотела сказать, некромантов? 
— Ну, или так, — не стала спорить я. — Зачем котелок опрокинул? 
— Ты правда считаешь, что я на это способен? — притворно удивился Отто. — Позволь напомнить ещё раз: я нематериален. 
— Ну конечно, — проворчала я себе под нос, — как устроить аварию и перенести меня в другой мир, так он сильный маг. А как перевернуть котелок – так это не он. 
— Тебе подсказать, кто? — Улыбка Отто стала шире. 
— Обойдусь, — буркнула я. И, гордо задрав подбородок, прошла мимо призрака к столу. 
А там буквально упала на скамейку и принялась за обе щеки уплетать остывшую кашу. За время разборок чувство голода не только никуда не делось, но и заметно усилилось. И вот чем я это заслужила? 
Я задумчиво потёрла место татуировки и попыталась припомнить, как она выглядела с утра. По всему выходило, что пока одевалась, я на неё не смотрела. А сейчас разглядывать свою грудь при Отто, нечисти и Марике было как-то неловко. Да и зачем? Почему я вообще о ней, интересно, подумала? 
— Лисса, Лисса, а ты с кем разговаривала? — шёпотом поинтересовался Марик. Этот уже успел умять половину горшка, и теперь наблюдал, как я ем. — А нечисть – она теперь тоже здесь жить будет? А ты не боишься, что они тебя во сне сожрут? 
— Не сожрут, — успокоила я. — Они мне клятву дали. Так что ни мне, ни мои гостям ничего не угрожает, не переживай. 
Паренёк вздохнул с облегчением. И ещё раз с интересом огляделся. Хотя, за сутки, что он здесь не был, сыроварня ничуть не изменилась. Ну, кроме того, что теперь у нас была еда. И последнее, честно говоря, было ну очень приятно. У меня так готовить не получалось. И очень хотелось верить, что этот вопрос теперь можно будет оставить на новых помощников. 
Кстати о нечисти. Пока я ела, они переминались на пороге и бросали на меня робкие взгляды. И если сначала я их не замечала, то со временем игнорировать их стало ну попросту невозможно. 
— Спасибо за кашу, — поблагодарила я, откладывая ложку. — Посуду я помою. 
— Да что ж вы будете ручки-то марать?! — всполошилась тощая. — Давайте уж мы помоем. Вам ещё мальчика селить… 
Мальчика селить было надо, это да. Однако выглядело рвение нечисти как-то ну очень подозрительно. 
— И что здесь происходит? — вздохнула я. — Вы тоже не хотите работать в саду? 
В целом, я их понимала, очень даже. Этого желания не было ни у меня, ни у Марика. Но договаривались мы прежде всего на сад. Не на кашу (хотя это было здорово), не на посуду (как бы мне ни хотелось избежать мытья посуды руками), а на сорняки, будь они неладны. С ними я сама справиться, увы, не могла никак. Пыталась уже. 
  
— Хотим! — горячо запротестовала тощая нечисть. — Очень хотим! 
— Но не можем, — подытожил бородач. — Вообще из дома выйти не можем.