Последний корабль

Летели они долго, около двух часов. Холмы сменяли безжизненные скалы, которые постепенно превращались в высокие горы. Вдруг горная цепь резко оборвалась и перед ними как на ладони возник огромный кратер.
— Приехали! Вон там шахта и рядом обслуживающая станция, — Робин ткнул пальцем в маленькую точку на дне кратера. — Пристегнитесь. Мы спускаемся, будет болтанка.
Шар начал снижение, сильный боковой ветер тряс его. Кэтрин замерла, наблюдая, как снег поднимается с земли, закручиваясь в бегающие по дну кратера конусы.
  
Они вышли. Снег скрипел под подошвами, ветер завывал, пытаясь сбить с ног беззащитные фигурки людей. Кэтрин передвигалась с трудом: тяжелый скафандр сковывал движения, а сильный ветер не давал ступить ни шагу. Эрнесто взял ее за руку и практически тащил за собой.
— Всего двадцать шагов, Кэтрин, давай, ты сможешь! — подбадривал ее отец. — Или ты не моя дочь?
Эти двадцать шагов были самыми трудными в жизни Кэтрин. Наконец, они подошли к двери обслуживающей станции. Робин приложил свой СИС. Сканер считал информацию, дверь открылась, впуская заснеженных путников.
— Тут можно снять шлемы? — спросила Кэтрин.
— Нет, воздух разрежен, — ответил Робин.
— Почему здесь никого нет? — Эрнесто оглядел просторный пустой вестибюль.
— Это одна из первых шахт, которая уже выработала свой ресурс. Она на консервации, но доступ у меня остался. Иногда я летаю сюда, проверяю оборудование. Сейчас спустимся, я вам все покажу.
Из стоящего неподалеку оружейного шкафа Робин взял пару лазерных пулеметов: один для себя, другой дал Эрнесто.
— Это еще для чего? — удивился Эрнесто.
— На всякий случай. Пользоваться умеешь?
— Конечно, я же окончил Колледж Инженеров!
Они подошли к скоростному лифту. Его прозрачная кабина с бешеной скоростью стала спускаться. Желудок Кэтрин подскочил к горлу. Она поблагодарила себя за то, что поехала в шахту до разрекламированной индейки по-бельгрански.
Двери лифта открылись, перед ними простирался большой каменный холл, потолок и стены которого были усеяны огромными дырами. Они имели явно природное происхождение и напоминали большие норы.
— Здесь мы добываем съедобное золото, — Робин наклонился, взял небольшой кусочек камня, похожего на обычное золото, только пористого, совсем легкого. — Вот, Кэтрин, возьми сувенир, подарок тебе на Новый год, продашь его на Земле и купишь новый лётный шар. Это руда, из которого добывается съедобное золото.
— Спасибо, отец, но разве можно? — пробормотала Кэтрин и изумленно уставилась на блестящий камень, соображая, как такой маленький кусочек может сделать ее обладательницей новенького шара.
Робин, заметив ее замешательство, усмехнулся:
— У бельгранцев этого добра много, бери, не стесняйся. Кстати, вы его еще не пробовали?
— Диего предлагал нам, но пока что-то не хочется, — ответила Кэтрин, пряча «сувенир» в нагрудный карман скафандра.
— Зря, это вкусно, оно напоминает… клубнику, только слегка прокисшую.
— Зачем нам прокисшая клубника, — рассмеялся Эрнесто, — Кэтрин будет выращивать на Бельграно свежую!
— Мне кажется, здесь не так холодно, как на поверхности, — предположила Кэтрин. — Стекло скафандра начало потеть.
— Да, здесь теплее, иначе бы эти твари не выжили. — Какие твари? — Эрнесто напрягся.
— Те самые, которые разлучили меня с семьей. Золото-змеи — местная форма жизни. А ты думаешь, чьи это норы? Вкус съедобного золота нравится не только людям.
Кэтрин с опаской посмотрела наверх:
— Почему мы не знали, что на Бельграно есть золото-змеи?
— Бельгранцы не особо распространяются об этом, иначе шахты закроют как чрезмерно опасные. Всё итак к этому идет: на новые месторождения людей уже не пускают, там работают только роботы, черт их побери. Если бельгранцы будут жаловаться, их переселят на соседнюю планету, и они потеряют доступ к продаже съедобного золота. А пока они могут диктовать условия самому Мировому Правительству. Вот такая экономика.
Робин щелкнул языком.
— Из-за этих золото-змеев я попал в такой переплет сорок лет назад! Мы с друзьями полезли в одну из нор, интересно нам стало, что там внутри. Ну и заблудились в лабиринтах. Одного друга почти сразу утащил золото-змей, а другого я спас. И знаете, кого?
— Будущего Президента Бельграно? — спросила Кэтрин.
— Да! Как ты догадалась? — Робин удивленно замигал глазами.
— Слишком вольно ты обходишься со съедобным золотом, несложно сообразить, что доступ к нему тебе «по дружбе» дает кто-то на самом верху. Так что же было дальше?
— Мы неделю скитались по норам, хорошо, вода с собой была, а то бы сдохли на потеху этим тварям. Еле выбрались. Но это было еще до установки вот этой красавицы.
Робин выхватил фонариком огромную лазерную пушку.
— Ух ты! — Эрнесто присвистнул. — Вот это настоящий сувенир этой шахты!
— Ага, — подтвердил Робин, — только в карман его не положишь.
— Этим уже можно воевать! — Эрнесто обошел вокруг пушки несколько раз. — И сколько их у вас?
— По одной в каждой шахте, а их сто сорок три на планете.
— Робин, это хорошо, очень хорошо! Твои «красавицы» расстреляют весь Земной флот еще на орбите! Десант на Бельграно даже высадиться не успеет.
— Отец, а для чего пушки здесь, в шахтах? — спросила Кэтрин.
— Перед добычей съедобного золота обязательно прохаживаемся ими по всем лабиринтам. Вы бы видели, сколько там этой нечисти!
— Да-а-а, — протянул Эрнесто, — не просто так вам здесь кредитки платят.
— Ну всё, уходим, — сказал Робин, ловко вскидывая пулемет на плечо.
Они повернулись и направились к лифту. Вдруг в полумраке подземелья в одной из нор мелькнула большая золотистая голова. Она издала высокий пронзительный звук. Робин мгновенно обернулся, сорвал с плеча лазерный пулемет и выстрелил. Но золото-змей уже успел укусить Кэтрин в ногу и бездыханно лежал на земле. Кэтрин упала, воздух с шумом стал вырываться из ее скафандра, а затем из раны фонтаном хлынула кровь.
Робин кинулся к Кэтрин:
— Давай ее скорее сюда, надо затащить ее в лифт. Твари не выползают поодиночке, сейчас будут еще!
Дверцы кабины захлопнулись. Робин нажал на кнопку, лифт стремительно поднимался. Эрнесто посмотрел вниз и увидел, как несколько огромных золотых тел извивались внизу. Теперь они уже не представляли для них опасности. Он перевел взгляд на Кэтрин, она, словно мертвая, лежала на полу кабины.
— Кэти, милая! — тряс ее Эрнесто. — Робин, она не отвечает!
— Так со всеми, кого укусили золото-змеи, она не сможет тебе пока ничего сказать, их укус парализует. Что трясешь ее, дубина, лучше зажми рану рукой, пока из нее вся кровь не вытекла.
— Но она меня слышит?
— Пока слышит. Укус не самое страшное сейчас. У нее запаса воздуха на минуту, может быть две, от организма зависит! Давай уже быстрее, колымага ты старая, поднимайся, — Робин стукнул по обшивке лифта. — Наверху есть аптечка с антидотом и запасные скафандры, нам нужно как можно скорее переодеть ее.
Они поднялись наверх. Пока Эрнесто стягивал с Кэтрин поврежденный скафандр, Робин воткнул ей укол с антидотом в плечо и перетянул ногу жгутом. Кровь остановилась. У них ушло еще полминуты, чтобы надеть на нее новый скафандр.
— Главное, дыши, девочка, дыши! — кричал Робин. — Ну вот, запотел шлем, легкие работают. Эрнесто, давай ее скорее в шар, нужно срочно лететь в госпиталь. Одного антидота мало, нужна реанимационная капсула, и быстро, иначе ногу не спасти!
 Гл а в а 2 1 
 МАЛЫШ 
Они забрались в лётный шар, посадили Кэтрин в кресло.
  
— Пристегни ее, живо! — скомандовал Робин. — Сейчас болтанка будет еще сильнее!
Его руки тряслись, когда он впопыхах нажимал на кнопки, запуская шар.
— Госпиталь! Скорость три тысячи в час, — приказал Робин компьютеру-автопилоту, — доложи расчетное время приземления.