Когда-то я была злодейкой (СИ)

- Если обещаешь вести себя прилично, не скандалить и не строить из себя царицу Савскую, поедешь с нами за город, пока тут идут судебные заседания. Кое-чему по дому я тебя научу, заодно поразмышляешь, как жить дальше. Согласна? Тогда иди, займись делом. И думай, сестричка, думай!
Эмма внимательно посмотрела на сводную сестру, кивнула и ушла, а Хмырова в изнеможении опустилась на диванчик. Устала она от этих разговоров.
  
 Глава 17 
Камердинер советника (и дворецкий в одном флаконе) Саймон нашел им небольшую виллу в нескольких часах езды от Кейпсити на север. Елизавета помнила эти места, но в здешней топонимике они назывались иначе. Не суть, главное, место было отдаленным, с выходом к океану, удобным, с садом, несколькими слугами и охраной, нанятой советником.
Все девушки Мортен с радостью покинули городской дом и устроились на вилле с комфортом. Молли поехала с ними, а довольная переменами Флоренс (теперь гордая экономка) осталась управляться с домом и строить новых горничных.
Елизавета на вилле установила режим: утром все рано поднимались, завтракали и шли к океану, где она учила девушек плавать, играть в пионербол на песке, принимать солнечные ванны, объясняя их полезность.
Пока девушки барахтались в прибрежных водах в местных купальных костюмах (о, просто боль, с точки зрения попаданки – нечто из семейных трусов и блузки с короткими рукавами плюс юбочка), охранники на заимствованной лодке рыбачили чуть поодаль, заодно приглядывая за акулами, стараясь не допустить возможной трагедии.
К счастью, ничего не случилось, зато рыба была на столе каждый день, а девочки познакомились и с прелестными дельфинами, и с котиками, видели даже фонтаны китов и плавники касаток – издали, со скалистых берегов, куда их таскала на променад старшая мисс Мортен.
Послеобеденный сон был обязательным пунктом распорядка дня и не вызывал ни малейшего возражения у утомленных «физкультурой» девушек. Спать заваливались не позднее девяти вечера, время до которого проводили за рисованием, рукоделием, чтением вслух и Лисиными рассказами о том, о сём.
Да, как-то так сложилось, что Хмырова устраивала сольные выступления, пересказывая девушкам фильмы, мультики, забавные сказки и истории из своего прошлого, попутно объясняя прописные истины о людях, природе, экономике и политике.
Выяснилось, что близнецы и Кэтрин хорошо рисуют, но плохо читают и пишут с ошибками, а вот счет знают лучше. География, история, биология – у всех на уровне ... Да вообще никакая! Хорошо, что хоть название метрополии и имя короля им известно.
Зато Кэтрин и Эмма хороши в моде, косметике и этикете, а близняшки – в рукоделии, хозяйстве и кулинарии.
Пришлось исправлять недочеты совместными усилиями. Хмырова вспоминала все игры, развлечения, которыми убивали время ее соотечественницы с детьми, пока вливались в жизнь новой родины: «морской бой», «крокодил», «путаница», «города» (заменяли цветами, тканями, фруктами), даже строили замки из песка. Короче, попаданка заставляла девочек раскрепоститься, забыть о бедах и обидах.
Эмма не сразу приняла такой образ жизни, но после двух визитов советника с молодыми людьми (смотрины), расслабилась и начала «пытать» Лиззи на предмет правил ведения дома и счетов, приемов стирки, уборки и прочего, чтобы не ударить в грязь лицом перед будущим мужем.
Попаданке пришлось и у плиты постоять! Нет, совсем уж никудышней домохозяйкой госпожа Хобякофф не была: умела и суп сварить, и второе сообразить, и печенье испечь, и иголку в руках держала… Просто редко этим занималась – слуги же есть!
Особенно Елизавета любила готовить барбекю и шашлык жарить (умела несколькими способами мариновать разное мясо плюс соусы к нему подавать особые), салаты разные овощные и фруктовые крошить… Так что, по очереди с Молли (самовыдвиженкой), они вполне справлялись с двумя приемами пищи: в остальное время все мисс жевали фрукты, доставляемые фермером-соседом через день.
Сэр Николас посещал их каждую неделю, рассказывал о ходе разбирательств, бракоразводном процессе, настроениях в городе, делах в пансионе. Привозил и гостей – своих подчиненных, и Джеймса Боулза с Эдвардом Ноксом, пожелавших пообщаться с Лиззи. Визиты молодых мужчин вносили пикантное разнообразие и суету в сонный мирок отдыхающих, стимулируя их на занятия и уход за собой.
Комплименты посвежевшим сестрам были приятны всем, рисунки мисс оценивались высоко, кухня Лиззи – еще выше. Отец девочек не требовал строгого соблюдения этикета, поэтому посиделки были пристойны, но с долей расслабленности. Присоединялись к гостям и охранники – пожилые крепкие мужчины, давно знакомые советнику и Ноксу.
Разговоры, смех, игры… Вечера проходили в теплой непринужденной атмосфере. Елизавета чувствовала себя матроной во главе большого семейства: она была старше всех в компании. Пусть никто об этом не догадывался, но она-то знала!
Иномирянка оказалась в своей стихии – хозяйки светских вечеров. Да уж, сколько она их провела за прошлую жизнь! Умело направляя ход беседы, уводила разговоры в сторону от опасных или фривольных тем, красиво подавала еду, напитки, обговаривала с сестрами манеры, внешний вид, аккуратно льстила мужчинам, выведывала маленькие тайны службы и политики, вызывала на откровения о прошлом и замечала зарождающуюся симпатию.
Да, да, внезапно оказалось, что поиск женихов для Эммы превратился в свадебный марафон и для близнецов!
Эмма остановилась на подчиненном Боулза, 27-летнем Фрэнке Брэкстоне, местном буре (по определению Хмыровой, хотя фамилия не соответствовала, по ее понятиям), хорошо показавшем себя в расследовании экономических преступлений матери Изабель и мадам Гризельды, держательницы сети борделей – главных фигурантов дела о продаже послушниц.
Фрэнк был довольно приятным внешне шатеном с несколько сутуловатой фигурой, который носил очки, говорил мало, больше по делу, смущался при взгляде на высокую хмурую Эмму, но явно был в ней заинтересован.
Ему губернатором было предложено отправится на Дикий Запад, где также ожидалось расследование аналогичных случаев, с повышением и дальнейшей постоянной службой. Единственным условием назначения была женитьба – корона благоволила чиновникам, состоявшим в браке. Брэкстон же не блистал на этой арене: местный, из небогатых фермеров, не красавец, до недавнего времени не имевший перспектив в карьере.
Хмырова аккуратно присматривалась к парню и через некоторое время задала Эмме вопрос о кандидате в мужья. Дочь Темперанс помялась и ответила вопросом на вопрос:
-А ты что скажешь, Лиззи?
«Вот же зараза мелкая!» – выругалась про себя попаданка, но высказалась:
- Если он не противен тебе внешне, тебя не смущают его руки, запах, манера говорить, сами высказывания, точка зрения – думаю, стоит остановиться на нём. Лично мне он кажется подходящим женихом. Самая сексуальная часть мужчины – ум, а Фрэнк им наделен. Да не красней ты так, наверняка Темперанс просвещала тебя в вопросах секса! Ложиться в постель с противным мужем – мука мученическая, от этого леди болеют, у них портится характер, они страдают сами и заставляют страдать других. Твоя мать тому пример. Я права?
Эмма потупилась и кивнула.
-Но уехать за океан? Одной? Справлюсь ли я?
Елизавета чуть не ляпнула: «Ну, я же справилась!».
- С мужем, Эмма, не одной. Поверь, везде люди живут, и часто–вполне благополучно. А Аме..Дикий Запад – перспективная территория. Ты деятельная, амбициозная, неужели не сможешь устроиться, если приложишь силы и смекалку? Твой муж займет неплохой пост в тамошней администрации, вам предоставят жилье. Природа там богатая, не так засушливо и жарко, как здесь, есть смена сезонов, леса, реки…Тебе понравится, я уверена.
  
-Откуда ты знаешь?
-Эмма, я много читала, пока вы с мачехой занимались интригами и сплетнями. Тебе тоже советую – мужу будет интереснее с начитанной и неглупой женой, нежели со сплетницей и тряпичницей, проматывающей его с трудом заработанные деньги. Учти.