Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Анджело чувствовал себя почетным гостем: ему отвели комнату на верхнем этаже, постелили самый лучший матрас, а под кровать специально поставили a vaso da notte – ночную вазу, чтобы не нужно было спускаться в уборную.
Соседи взирали на Анджело с благоговейным страхом, точно на пришельца из иного мира, ощупывали его костюм и пальто, разевали рты в беззубых улыбках.
На стол подали суп – zuppa, пасту, сыр, домашнее вино, оливковое масло и великолепный castagnaccio – хлеб из каштановой муки. Еда источала прекрасный аромат свежести, рожденный солнцем и плодородной землей, и разительно отличалась от пищи из жестяных консервных банок, которые несколько месяцев ехали через океан.
Анджело растрогался, увидев, что все его письма и открытки прикреплены к стене, в уголке над алтарем, – драгоценные письма, явно перечитанные по многу раз. Он почувствовал укол совести – надо было писать чаще.
Он столько всего должен рассказать, объяснить. Его считают богатым городским франтом, а вовсе не больным, безработным неудачником, который сумел выбраться сюда только благодаря выплате из социального фонда. Эти люди не желают слышать ничего подобного. Они хотят получить подтверждение, что, отпуская своих сыновей в далекие края, поступают во благо и жертва оправданна. Анджело не станет их разочаровывать.
Он уже успел забыть, в какой нищете жила семья и почему ферма не могла прокормить так много ртов. Теперь, сидя у жарко натопленной угольной печки, Анджело многое замечал. Младший брат Джанни, высоченный парень, которого он в последний раз видел мальчуганом в коротких штанишках, с тревогой поглядывал на него, опасаясь, что Анджело приехал насовсем и потребует свою долю в наследстве.
– Садись, ешь. – Отец подтолкнул его к столу первым.
– Только если все будут есть вместе со мной, – ответил Анджело, зная, что ему полагается самая большая порция. – Доктор сказал, я слишком много ем, это вредно для здоровья, – улыбнулся он и похлопал себя по животу. – Так что простите, если не слопаю все. Вы и так меня балуете.
На лицах кое-кого из детей отразилось явное облегчение; они тут же принялись уписывать угощение. Разве может он отнять у них кусок хлеба? Анджело откинулся на спинку стула, жалея, что его собственной семьи нет рядом. Они сейчас так далеко…
Сердцем он чувствовал, что встреча с домом пойдет ему на пользу, как и новые таблетки, которые нужно принимать каждый день. Однако, прежде чем предаваться радости и веселью, следует выполнить еще одну обязанность. Он должен пойти к родственникам Марии и отдать дань уважения ее памяти. Ему просто необходимо кое-что выяснить… Пальцы Анджело погладили в кармане крохотную пинетку – она пролежала там всю дорогу. Узнает ли он в конце концов правду об этом кружеве?
Глава 92
Акрон
Родди задержался в гараже – нужно убедиться, что отправки уйдут вовремя, ведь федеральные дороги уже сковало зимним холодом. Несмотря на пасмурную декабрьскую погоду, все пребывают в приподнятом настроении. Над головой Родди висят бумажные цепочки, хотя от этого унылый офис едва ли выглядит более празднично.
Автотранспортный бизнес приносит неплохие деньги, главное – обеспечить груз на обратный рейс. Они даже заключили договор со страховой компанией, застраховали риски при перевозках между штатами. В каждом штате свои законы, свои требования к лицензиям. Уилл опять в рейсе, поскольку Джимми Малоун в очередной раз сказался больным.
Джимми – самый ненадежный из водителей. Если не держать его в узде, он будет приходить на работу, когда вздумается. Двум молодым боссам нелегко управляться с опытными «зубрами», которые провели за рулем всю свою жизнь; отдавать распоряжения шоферам, готовым спать на земле и гнать по многу часов без перерыва ради экономии времени и денег. Джимми не стесняется прибегать к самым разным ухищрениям, лишь бы отлынить от работы. Однако, если нужно, Родди и Уилл умеют проявить жесткость: им уже приходилось увольнять тех, кто пытался надуть контору.
«Фрахт экспресс» почти на равных конкурирует с крупными компаниями вроде «Роудвей» и «Карго», хотя заказов хватает на всех. Родди с самого начала знал, что этот бизнес обречен на процветание. Правда, чтобы купить новый грузовик и помещение под автобазу, ему пришлось воспользоваться деньгами, которые оставил в наследство дедушка Паркс.
Родди старался не забывать о бабушке, регулярно появлялся в церкви. Они обедали в загородном клубе в Портидже или в ресторане какого-нибудь акронского отеля, и за едой она посвящала его в дела отца.
– Он уже не такой надменный, как раньше. В «Даймонд раббер» вовсю затягивают пояса, так что о продвижении по службе речи не идет. Гровер потерял кучу денег на неразумных вложениях, продал Оук-корт и переехал в Талмедж. Я не намерена жить вместе с ним, для меня это слишком далеко. Я переберусь к Эффи Морган. Она вдова, и лишние деньги ей не помешают. Дом у нее большой, для двоих места более чем достаточно, да и тебя там ждет постель в любое время. – Хэрриет посмотрела на внука без особой надежды.
– Второй этаж гаража меня вполне устраивает. Удобно жить и работать в одном месте, – пожал плечами Родди.
За прошедшее время он сблизился с бабушкой Хэрриет, а ее характер с возрастом стал мягче. На этих встречах вдали от Гровера она раскрепощалась и была самой собой. Хэрриет рассказывала Родди о жизни в Акроне, когда она была еще девочкой, с гордостью показывала ему свои фотографии из альбома. Долгие годы под пятой у сына подошли к концу.
– Мы, Парксы, всегда держали голову высоко, так что не нарушай традицию, когда добьешься успеха, но и не заносись. Ты все работаешь и работаешь, неужели до сих пор не завел подружку? – Этот вопрос страшно интересовал Хэрриет, и она постоянно пыталась познакомить внука с «приличными барышнями».
– Бабуля, ну разве у меня есть время ухаживать за девушками? – вздыхал Родди.
– Умей делать дело, умей и позабавиться, юноша, – улыбалась Хэрриет.
Приятно, что бабушка о нем беспокоится, однако пока ему не до подружек. Во всяком случае, его не привлекают набожные девицы из церкви с тошнотворно-сладенькими улыбочками. Он не собирается повторять родительских ошибок.
Родди полностью устраивает нынешняя жизнь: поездки на Восточное побережье, через горы в Виргинию, на север и юг – в любую точку страны, куда можно доставить один груз и вернуться назад с другим. Резиновые шины – не проблема, главная опасность – крутые дороги и усталость, но под сиденьем у него всегда есть фляга с кофе. Обедая в придорожных кафе, он завел знакомства с другими дальнобойщиками и уже знает, с кем можно состязаться в скорости.
После той роковой ночи, когда он пришел в дом Уилла и попросился переночевать, Родди перестал оглядываться на прошлое и задумываться, как иначе могла бы сложиться судьба. Сейчас он сам себе хозяин, король дорог, и сам способен выполнить любую работу, которую поручает своим подчиненным. Он живет полной жизнью, даже «через край», как говорит встревоженная бабушка. Родди расстался с манерами ученика дорогой частной школы. В бизнесе выживает тот, кто сильней. Бог с ним, с Рождеством. У Эффи Морган или родителей Уилла для него всегда найдется кусок жареного мяса. Конечно же, он отправил подарки в Личфилд, даже ухитрился раздобыть две пары перчаток на меху для Эллы и миссис Аллен.
Родди сидел в закусочной, когда до его слуха донеслись протяжные голоса хора, исполняющего рождественский гимн по радио. На мгновение сердце защемило от тоски: вспомнились Личфилдский собор, озаренный свечами, праздничный стол в гостиной, украшенный плющом и остролистом, сливовый пудинг Мэй, в котором он всегда старался найти серебряную монетку, хлопушки со смешными колпаками внутри, шарады, песни у рояля и бодрые прогулки по стаффордширским полям на второй день Рождества.
Теперь все это далеко-далеко, в другом мире, а он, Родди, – мужчина, занятый мужским делом. Даже если он одинок, если труд тяжел, а результат непредсказуем, это его собственный выбор, и пути назад нет. Рождество – лишь дата в календаре, еще один рабочий день. И все-таки в глубине души ему хочется побывать дома. Дома? Прошло ведь уже столько лет…