Леди и некромант – 2. Тени прошлого

…он был отличным наставником, этот треклятый дух. Пожалуй, лучшим из тех, что были у Ричарда, хотя бы потому, что, несмотря на все насмешки, он не считал эту учебу бессмысленной тратой времени.
Низший?
Пусть так. Альер никогда не забывал упомянуть о том, и Ричард даже попривык, насколько к подобному вообще можно привыкнуть. Однако требовал дух от него как от равного и… проклятье, это было приятно.
…сосредоточиться.
А ведь с каждым разом все легче…
…он видел силу, что разлилась темною водой… он видел ее и прежде, но отчего же никогда и в голову Ричарду не приходило воспользоваться ею?
Запрет.
И школьный печальный опыт, когда им, самоуверенным подросткам, мнящим себя великими некромантами, позволили собрать вот эту силу, кто сколько сумеет. А после добрейший наставник, сидя у постели Ричарда, отирал пот и тихим голосом рассказывал, как опасна она, дармовая энергия смерти…
…разве Ричард забыл, каково ему было?
Это ощущение сытости, как после хорошего ужина. Обманчивый покой. И желание закрыть глаза.
…многие отключились прямо там, на кладбище.
…были и другие, кто носился среди могил, распевая непотребные песни. А один дурачок и на памятник залез, уселся, вцепившись в медный шпиль руками и ногами, так и висел до самой ночи.
…наутро его забрали в скорбный дом.
…плохо стало далеко не сразу. Ричард еще успел порадоваться, что собственной сдержанности, что уму, благодаря которому не стал брать больше, чем сумел поглотить. Он сам дошел до школы.
И доложил учителю, что задание выполнено.
…тот ведь не слишком-то обрадовался. А ближе к ночи накатило. Сперва тошнота. И озноб. Холодный пот. И ощущение, что руки и ноги отказываются.
Страх.
Этот страх и погнал вниз, в лазарет. По стеночке. По краю. Держась чужими руками. На упрямстве одном…
…той ночью лазарет был переполнен. А учитель… он говорил и говорил… о том, как легко забыться, вообразив себя если не Богом, то равным Ему…
Ричард сглотнул.
– Я… – он вышел из лазарета через десять дней, последним. И учитель видел в том особый знак. – Я не думаю, что это хорошая идея… я уже пробовал.
Дармовая сила стекала в руки.
Нити.
Пряди.
Ручейки… а ведь ее здесь много разлилось. Место удачное, и не первая засада была здесь устроена. Стоит копнуть песок, и многое откроется…
– Что, дурно было? – осведомился Альер.
Ричард кивнул.
…в песке этом костей лежит изрядно, не на одно кладбище. И он с удовольствием примет новые.
– И тебе сказали, что это потому, что человеческое тело не способно выдержать прямой контакт с некротикой?
…те, кто был слабее, болели всего пару часов. А прочие… был еще мальчишка, который три дня метался в бреду, спасаясь от призраков. Ричард слышал его крики. И стоны других.
И еще собственный скулеж, который доносился будто бы со стороны.
Ломота в костях.
Вялые мышцы.
Постоянная жажда, и вода, которую он не способен был проглотить.
– А разве…
– Все зависит от умения, – Альер встал за плечом. – Раскрой ладони. Пусти силу по ним. Представь, что она – вода, которая течет по твоим рукам. Не пытайся ее поглотить… позволь ей самой.
Вода?
Почему бы и нет, черная, что деготь, густая и тяжелая вода. И она ластится, она обнимает ладони… она тянется к собственной Ричарда силе.
Подобное к подобному.
…она шепчет о мертвецах…
…о строителях этой дороги, которых согнали со всех окрестностей. Они работали, покорные Слову Императора и силе смотрящего, а тот не думал жалеть скот. И мертвецы появлялись каждый день. Их тела укладывали в сыпучий грунт, скрепляя дорогу.
…о грозной армии, что шла по этой дороге, не думая ни о чем, кроме славы…
…о вереницах рабов.
…повозках с ранеными, многих просто оставляли, поскольку не было в Империи привычки возиться со слабыми…
…о городке работорговцев, что возник здесь же…
…о капищах.
…играх.
…и охоте на человека.
Ричард сипло выдохнул.
– Не спеши, – Альер не позволил ему утратить контроль над потоком. – И не принимай все близко к сердцу, иначе надолго тебя не хватит.
 
– Я слышу их.
– Конечно, слышишь. Скажу тебе больше, при желании ты сможешь прочесть историю каждого, кого угораздило расстаться с жизнью, но подумай, надо ли тебе?
Не надо.
Голова Ричарда и так гудит.
…крики.
…мольбы и проклятья.
Спокойно.
Это было так давно… столетия тому и сила почти развеялась, а вот…
…смута.
…и война… и местные поля видели многое из того, о чем не пишут в учебниках. Если Ричард желает…
…он не желает.
Он позволил потоку соскользнуть с ладоней и уйти в землю.
– Неплохо для низшего, – Альер вступил в черную лужу, и та исчезла. А призрак зажмурился. – Они вечно жалуются… редко кто способен умереть с достоинством. Как самочувствие?
– Пока не знаю.
– С каждым разом будет все легче. Физически, – уточнил дух. – А вот твой разум – исключительно твоя забота…
…будут его еще поучать!
Гнев вспыхнул и погас.
…потом, позже, он оплачет тех, о ком вряд ли лили слезы. И оставит памятью о них хлеб и молоко, как это делали в Старой Империи. Пусть будет Вдова милосердна к потерянным душам.
А он позаботится о телах.
Поднять мертвеца оказалось не так и сложно. Две руны всего – на лбу и напротив сердца, два клейма на ладонях. И сила, наполнившая неподатливое тело. Ричард чувствовал его этаким сосудом, трещину в котором наспех заделали руны.
Ненадежно.
Да и разложение началось.
Разум утрачен, но разум и не нужен. Мертвец поднялся, подчиняясь молчаливому приказу. Он был медлителен и неповоротлив, и похож на всех иных восставших.
– Вот так… – Альер стоял рядом. – Материал, конечно, не самый лучший, но для наших целей сойдет.
Мертвец поднял мага за ноги и потянул в кусты. Двигался он медленно, рывками. И подумалось, что между ним и гончей, которая по сути была тоже всецело искусственным созданием, нет ничего общего.
– Аррванты – это высокое искусство, – заметил Альер. – И требует от некроманта не только силы…
…о да, о потерянных знаниях имперцев легенды ходили.
– … но и небрезгливости. А уж совесть как таковая и вовсе лишней будет…
…мертвец, послушный воле воззвавшего, улегся рядом с телами.
Совесть?
С ней Ричард потом разберется. А сейчас…
…серый тлен походил на пепел, горсть которого швырнули на мертвецов. И кожа их бледная потемнела, а потом вспыхнула. Тела горели бездымно, медленно, источая весьма характерную вонь, которая, как Ричард надеялся, не долетала до октоколесера.
Он наблюдал за тем, как заклятье уничтожает не только мертвецов, но и одежду их, обувь. Оно разъедало и металл, оставляя нетронутым лишь благородные золото и серебро. Да еще, пожалуй, драгоценные камни оставались неподвластны его силе.
…золото Ричард не тронул, хотя в кучке беловатого пепла обнаружилась его изрядно.
Пускай себе…
Он порывом ветра развеял останки. И только тогда направился к октоколесеру.
Лосось, значит… с грибной подливой.
Тихон сидел на траве, глядя на темнеющее небо. Сумерки летом были прозрачны, пусть и исполнены в желто-багряных тонах. Впрочем, глаза Тихона были закрыты. Следовательно, не закатом он любовался.
– Ты затеял опасную игру, – сказал он, не открывая глаз.
– Я знаю.
– Я не о твоей… идее. Ее я одобряю. Я о твоей сделке с этим… духом, – Тихон поморщился. – Не всякое знание на пользу идет.
…ночью Ричарду снилась дорога. Он махал кайлом, раскалывая серый камень, а потом, изможденный, но еще живой, ложился под этот камень. А сверху, будто не хватало ему тяжести, кружилась Оливия в наряде весьма откровенном…
Наверное, лосось не свежим был.
 
Глава 4. Некромант и девица в беде
 
Городок Большие Выти лежал в низине, зажатой между широководной медлительной Шарой и древним лесом. От леса жители, может, и рады были бы избавиться, да только охранялся он особой грамотой, а с Императорским словом шутить опасались.