Под прицелом
— Мы собираемся сыграть в словесную ассоциативную игру, джентльмены. Нашу стюардессу зовут Адара Шерман. Я хочу, чтобы вы думали о ней как о генерале Шермане, а о себе - как об Атланте. Понятно?
— Веди себя по-деловому, - сказал Сэм с легкой улыбкой.
— Ты понял.
Карузо послушно кивнул, но заговорил Джек: — Ты же знаешь меня, Джерри.
— Знаю, и ты хороший человек. Я также знаю, каково это - быть двадцатишестилетним. Я просто скажу это вслухф, хорошо?
— Я понимаю. Стюардесса - это бесполетная зона.
Все мужчины рассмеялись, как раз в тот момент, когда Адара отстегнулась и вернулась, чтобы предложить пассажирам кофе. Дом, Сэм и Джек-младший немедленно отвернулись от нее, опустив глаза, несколько нервничая. Кларк, Чавез и Хендли только усмехнулись.
Адара не поняла шутки, но довольно быстро разобралась в ней. Одиноким мужчинам сказали, что она под запретом, и так было лучше для всех. Минуту спустя она перегнулась через стол, чтобы взять полотенце, и ее куртка приподнялась, когда она вытянула руки. Джек и Дом обменялись быстрыми взглядами — в конце концов, это было закодировано в их ДНК — и оба мужчины увидели маленький, но серьезный на вид "Смит-и-вессон" с затвором из нержавеющей стали и запасным магазином, засунутый в кобуру, которая скрывалась под юбкой у нее на пояснице.
— Она пакует вещи, - одобрительно сказал Карузо, когда она вернулась на носовой камбуз.
Хендли просто кивнул.
— Она обеспечивает безопасность самолета. У нее есть пара стволов, которые помогут ей в этом.
Джек снова улыбнулся, подумав о Шерман и ее оружии. Он посмотрел на часы и увидел, что на Восточном побережье было 10:30 вечера. Он схватил телефон и позвонил матери на мобильный.
— Я надеялась получить от тебя весточку сегодня, - сказала она, отвечая.
— Привет, мам. Извини, что так поздно.
Кэти Райан рассмеялась.
— У меня завтра не утренний обход. Я с папой в Кливленде.
— Это значит, что тебе все равно придется встать, собраться и пройти через закусочную, пожимая друг другу руки в утренний час пик, верно?
Теперь она громко рассмеялась.
— Что-то очень близкое к тому. Мы собираемся на фабрику по производству конвейерных лент, но сначала позавтракаем с представителями прессы здесь, в отеле.
— Весело.
— Я не возражаю. И не говори ему, что я рассказала тебе, но я думаю, что твоему отцу это нравится больше, чем он признается. Ну, во всяком случае, частично.
— Думаю, ты права. Как дела у Кэти и Кайла?
— Со всеми все в порядке. Они вернулись домой; Салли присматривает за ними пару дней. Тебе стоит подняться наверх, если сможешь оторваться от работы. Жаль, что я не могу передать телефон твоему отцу, чтобы ты мог поздороваться, но у него встреча с Арни в конференц-зале внизу. Ты можешь подождать несколько минут?
-Э-э-э, нет. Мне придется встретиться с ним позже.
— Где ты?
Джек медленно выдохнул, затем сказал:
— Вообще-то, я сейчас в самолете. Лечу над Атлантикой.
На это последовал быстрый ответ:
— Куда направляетесь?
— Ничего интересного. Просто работа.
— Ты знаешь, сколько раз твой отец давал мне именно такой ответ?
— Вероятно, потому, что большую часть времени это было правдой. Тебе не о чем беспокоиться.
— Ты уверен?
Джек-младший хотел сказать “Я обещаю”, но сдержался. Он сказал себе, что не будет лгать своей матери. Говорить ей, что ей не о чем беспокоиться, было чертовски близко к откровенной лжи, но он точно не собирался склонять чашу весов в сторону обмана, обещая что-либо. Он понятия не имел, во что ему предстоит ввязаться, кроме того факта, что он будет в команде из пяти вооруженных людей, которые планировали убить трех других вооруженных людей и захватить в плен еще одного.
— Я волнуюсь, Джек, - сказала Кэти. — Я мать, беспокоиться - моя работа.
— Я в порядке.
Он быстро сменил тему. — Итак, папа готов к дебатам завтра вечером?
Он не сомневался, что его мать зналет, что он делает. Отец говорил ему, что она за милю может увидеть любые “трюки”, которые он попытается с ней проделать, и до сих пор на этот счет не ошибался.
Тем не менее, она пропустила это мимо ушей.
— Я думаю, да. У него точные факты и цифры. Я просто надеюсь, что он сможет держать свои руки при себе и не влепить пощечину Эдуарду Килти. Это дебаты, на которых два кандидата сидят рядом друг с другом за столом. Предполагается, что это будет менее формально, больше похоже на дружескую беседу .
— Я помню, папа рассказывал об этом. Сначала не хотел использовать этот формат, но, поскольку он проигрывает в опросах, то передумал.
— Верно. Арни считает, что это лучший шанс для твоего отца показать себя с теплой и пушистой стороны.
Они оба рассмеялись над этим.
Адара Шерман появилась над Джеком с маленьким кувшином воды. Джек с вежливой улыбкой покачал головой, но постарался не смотреть в глаза слишком долго, чтобы Джерри каким-то образом не узнал об этом позже. Она повернулась, чтобы вернуться на носовой камбуз, и ему захотелось посмотреть, как она уходит, но он знал, что в этой каюте полно отражающих поверхностей, и он не хотел, чтобы его застукали за разглядыванием ее, поэтому просто уткнулся в свой ноутбук.
— Ладно, мам. Я лучше пойду. Хорошенько выспись утром, чтобы сделать укладку.
— Я так и сделаю. И ты, пожалуйста, будь осторожен, ладно?
— Я обещаю.
Он чувствовал, что сможет сдержать это обещание. Он был полон решимости сделать все возможное, чтобы не попасть под пулю утром.
Мать и сын отключились, и Джек-младший вернулся к своей работе. Он мчался навстречу рассвету, который сам мчался навстречу ему, и это оставляло ему так мало времени.
12
Капитан Хелен Рид сделала вираж для окончательного захода на посадку в аэропорту Парижа Ле Бурже сразу после пяти утра, направив нос "Гольфстрима" к взлетно-посадочной полосе 25, сразу за другим реактивным самолетом представительского класса Фалькон 900EX. Фалькон коснулся земли, а затем выбрался на рулежную дорожку, и G550 последовал его примеру девяносто секунд спустя.
Капитан Рид подвел самолет к большой желтой будке на пандусе, которая была обозначена как таможенная зона. Оказавшись там, самолет остановился на холостом ходу с опечатанной дверью, в соответствии с требованиями таможни, и Джек-младший разложил свой багаж на сиденьях, чтобы таможенный инспектор мог его осмотреть. Адара договорилась, чтобы сотрудник таможни ждал рейса, чтобы их можно было немедленно оформить, и через несколько минут раздался стук в дверь. Адара открыла дверь и поприветствовала чрезвычайно заспанного мужчину. Он поднялся на борт, пожал руки Джеку и команде и небрежно заглянул в одну из сумок Райана. В целом, он провел на борту в общей сложности две минуты, занимаясь этим, а также проставляя штампы в паспортах и просматривая регистрационную информацию самолета, прежде чем сказать капитану, что теперь она может припарковать самолет на ближайшей стоянке ОФБ.
Усталый таможенник пожелал всем находящимся на борту «bienvenu», «bonjour» и «adieu», а затем спустился по ступенькам и исчез в темноте, окутывающей трап.
Пять минут спустя капитан Рид и Кантри остановили самолет в аэропорту ОФБ, и Адара снова открыла дверь кабины. Доминик Карузо, сам недавно прибывший во Францию, приветствовал мисс Шерман по другую сторону двери, а затем они с Джеком выгрузили из самолета четыре рюкзака со снаряжением и положили их на заднее сиденье "Форд Гэлакси".
Экипаж "Гольфстрима" направился в зал ожидания ОФБ, чтобы договориться о заправке самолета и пополнении запасов кислорода. Затем они ждали в самолете, пока не придет время покидать Францию, независимо от того, наступит ли этот момент через три часа или через три дня.
Доминик и Джек выехали с территории аэропорта на"Гэлакси" без какой-либо проверки снаряжения или документов.