Золотое перо первой любви (СИ)

Мы недолго говорили об Аббадоне. Я не стала вдаваться в подробности истории, это не моя тайна, но все же поделилась тревогами о том, что вмешательство в решение суда может вызвать конфликт. Геральд заверил, что проблемой это не станет.
— Ты не говорила, что вы виделись с Винчесто в школе.
Он притянул меня крепче к себе. Я чувствовала, что это не обида или недовольство, ему просто интересно, почему я умолчала.
— Это случилось непосредственно перед знакомством с Асурой. Голова была занята совершенно другим, а потом я, если честно, просто забыла.
Он поцеловал меня в висок, глубоко вдохнул запах волос. Нам предстояло идти на суд, но так хотелось остаться здесь подольше. Время поджимало, но я прижалась к нему поближе, обняв за крепкую шею и впилась поцелуем в мягкие губы. Геральд прорычал мне в рот, стискивая талию в горячих ладонях и аккуратно отстранился. Дыхание успело сбиться за считанные секунды. Глаза потемнели от поднявшего голову желания.
Выдохнув, я чуть тряхнула головой, стараясь избавиться от наваждения и поднялась с его колен. Мы вышли в коридор и направились во двор, где уже должны были собираться бессмертные, ожидающие шоу.
Посередине дворика кто-то успел соорудить небольшое возвышение, наподобие сцены. На ней уже стояли Серафимы во главе с Эрагоном, и Сатана с Рондентом. В отдалении я заметила Люцифера и Мамона, в сопровождении дочерей последнего. Не раздумывая, мы направились к ним. Толпа зевак всё увеличивалась, они делились строго по своим сущностям, стараясь не пересекаться. Непризнанные кучкой стояли в отдалении. Шум голосов напрягал, тут и там слышались недовольные возгласы. Все ждали решения.
Наконец на сцену вывели главных героев этой драмы. Винчесто и Ребекка шли с гордо поднятыми головами. Мой взгляд встретился с взглядом Адмирона, на что он по доброму мне подмигнул и сразу отвернулся.
Дальше события закрутились стремительно и волнительно. Обвинения, допрос, возмущения и споры. Оба обвиняемых отрицали свою вину, хотя она была очевидной. Сомнений в том, что произошло в злосчастной беседке не было ни у кого. Воспоминания Кроули всё подтвердили. Настало время вынесения приговора. Вперёд вышел Эрагон. Мы затаили дыхание.
— Сегодня мы рассматриваем вопиющее дело о нарушении закона Неприкосновения. Эти двое бессмертных совершили чудовищное преступление и должны быть наказаны. Их вина неоспорима. Приговор таков: демон Винчесто примет на себя высшую кару — смерть. Серафим Ребекка, как приближенная к Шепфа, будет заключена под стражу и не покинет ангельской тюрьмы на протяжении ста земных лет.
После этих слов начался балаган. Демоны кричали и возмущались. Ангелы удивлённо перешептывались, не понимая происходящего. Все видели, что решение не справедливо. Я быстро выискивала взглядом Аббадона, нашла его в отдалении, за спинами других. Сейчас зелени его глаз не видно было совсем, все застилал бушующий огонь. Он дрожал.
Вырвавшись из рук Геральда, я бегом направилась к нему. Пусть Сатана сам решает ситуацию, моё слово тут ничего не значит, но если Аббадон сорвётся, исправлять будет нечего. За спиной слышался голос владыки Ада, требующий справедливости. Я же, врезавшись в грудь демона хаоса, взяла в руки его лицо и заставила посмотреть мне в глаза. Он горел огнём ярости, обжигая мою кожу, но отпускать я была не намерена.
Я окружила его своей энергией в плотный кокон, не позволяя его силе вырваться наружу, остужая пыл и приводя в чувство. Бессмертные, что стояли поблизости, стремились отойти подальше, чувствуя эту борьбу. Многие с опаской смотрели в нашу сторону.
— Не сейчас. Аббадон, клянусь, твоё правосудие свершиться. Позже обязательно свершится. Дай им время. Пожалуйста.
Я говорила и говорила, стараясь отвлечь его от той бури, что бушевала сейчас в его душе. В глаза вернулась изумрудная зелень, мышцы медленно стали расслабляться. Он втянул в себя часть моей энергии, сам. Прикрыл глаза, выдохнул.
— Я убью её.
— Я знаю. И помогу тебе с этим, если потребуется. Обещаю.
 
Он кивнул, тряхнул крыльями, окончательно беря себя в руки и посмотрел на импровизированную сцену. Я тоже оглянулась, стремясь понять, что успела пропустить.
Сатана сменил облик на демонический. Выглядело жутковато. Он требовал справедливого решения, в то время как Эрагон заявлял, что убийство серафима — это плевок в решения Шепфа. Ребекка — одна из его приближённых, а потому не может быть казнена. Винчесто же он оправдывать не собирался, ввергая в шок даже ангелов.
— Если вы воплотите этот гнусный приговор в жизнь, будет война.
Сатана взревел, широко распахивая крылья. Все демоны вторили своему Владыке. Начался хаос.
========== Часть 39 ==========
Комментарий к Часть 39
Ну что, дорогие читатели. Это предпоследняя глава, дальше только финал🤯
Искренне извиняюсь за задержку, писать становится все сложнее. Мысль о том, что история заканчивается, терзает сердечко. Не хочется прощаться с героями. И с вами тоже не хочется ❤️
Тапками только не бейте 🙈
Приятного чтения)
Глава 39
Равновесие. Что это такое? Условия для беспечной жизни? Законы и порядки, требующие неоспоримого соблюдения? Кто решил, что равновесие — это именно то, чего мы пытаемся добиться? Почему в погоне за равновесием кто-то жертвует своими жизнями? Почему одни следуют правилам, а другие идут им наперекор осознанно и целенаправленно?
Представшая перед глазами картина пугала и завораживала одновременно. Стоящий на коленях Винчесто и занесённый над его головой меч, застывший в руках архангела, коих налетело несчитанное множество. Вспомнилось, как точно в таком же положении был советник Рондент. Тогда я могла вмешаться, ведь искренне верила в его невиновность. Сейчас всё доказывало обратное. Помешать казни я не могу. В моих силах лишь требовать справедливости и второй казни, которую обещал осуществить стоящий рядом демон.
Лезвие сверкнуло в закатном солнце, дыхание замерло, зрачки расширились от страха и ужаса. Время застыло. Я видела, как Винчесто прикрыл глаза. Спокойный и уверенный, не терзаемый внутренними переживаниями, он принял свою участь и, казалось, наслаждался последними мгновениями. Ветер трепал его длинные волосы, которые скрыли лицо за чёрной пеленой. Взмах…
— Стойте!
Громкий уверенный голос прорезал пространство, заставляя всех собравшихся посмотреть на говорившую. Всех, кроме меня. Я знала обладательницу этого голоса, но была удивлена тому, что она вмешалась, да ещё и так храбро и отчаянно. В то время как её окружают множество высших представителей обеих сторон. Асура.
Эрагон с сомнением посмотрел на юную демоницу. Коротким жестом позволил палачу опустить меч. Я, следившая всё это время за Адмироном, заметила, как он недовольно покачал головой. Обернулась к Асуре. Она смело и гордо поднималась на сцену, и остановилась лишь в нескольких шагах от Серафима.
— Этот демон не нарушал закон. Если быть точнее, не по своей воле.
— О чем вы говорите?
Эрагон растеряно хлопал глазами. Он уже готов был отсечь голову Винчесто, а теперь выяснялось, что тот якобы не виновен. Но пока доказательств нет, отпускать никого он, конечно, не собирался. Я поравнялась с Геральдом, наблюдая за происходящим. Демон крепко сжал мою талию, одарив быстрым взглядом, и сразу же отвернулся. Что это было? Я четко видела недовольство в его глазах. Ревность? Ладно, обсудить ещё будет время. Надеюсь.
— Мой дар — внушение. Это я взяла под контроль демона и заставила его нарушить закон. Его вины в совершённом нет.
Среди собравшихся пробежался шёпоток. Винчесто как-то обречённо закрыл глаза и опустил голову, будто сожалея о том, что демоница вмешалась. Это странно, ведь фактически, сейчас она спасает его жизнь.
— Это невозможно! Таких сил не появлялось у бессмертных уже много столетий. Да и зачем бы тебе это потребовалось?
Эрагон злился, но старался держать себя в руках, несмотря на то, что все выходило из-под его контроля. Он оглянулся на Ребекку, что стояла в стороне, будто ждал от неё решения проблемы. Мысль о том, что всё произошедшее было если не её личной идеей, то как минимум идеальным для неё стечением обстоятельств, всё больше утверждалась в моей голове.