Шепот о тебе (ЛП)
Лоусон отдал Эйбелу честь:
— Продолжай держать корабль на плаву. А я пойду покопаюсь в бумагах.
Эйбел фыркнул, а Лоусон только шире улыбнулся и направился в кабинет.
— Ну что, рассказывай обстановку.
— Сегодня тихо, — ответила я.
Дневные смены либо проходили тихо, как мышь, либо превращались в ад. С наплывом туристов все шло ко второму варианту: подростки, творящие глупости; подвыпившие лодочники, уверенные, что ДПС касается только машин; заблудившиеся туристы.
Эйбел опустился на стул рядом:
— Я прикрою тебя, когда уйдешь на обед.
— Спасибо. Мне еще рано.
Мимо прошли двое офицеров. Клинт Андерсон кивнул:
— Ты на покер в эти выходные, Уильямс?
— Только если готов проиграть все подчистую.
Он покачал головой, глянув на напарницу:
— Она безжалостна. Ни капли пощады.
Эмбер Рэймонд улыбнулась мне, но натянуто и так будет всегда. Я ее не виню. В ту ночь, когда мы все увидели лицо зла, ее младший брат погиб, а я выжила. Мои ранения должны были бы уложить меня в могилу… но что-то заставило держаться.
Не что-то. Холт.
Невидимые когти впились в грудь, переплетаясь из боли и ярости. Но я научилась не показывать этого. Могла гореть внутри, и никто бы не заметил.
— Привет, Эмбер, — улыбнулась я, хоть и натянуто. Не хотела становиться напоминанием о ее утрате. Но и отворачиваться от ее боли не собиралась.
— Привет, Рен.
Зазвонил телефон. Я тут же развернулась к мониторам и надела гарнитуру:
— Полиция, пожарная и скорая помощь Сидар-Ридж. В чем ваша чрезвычайная ситуация?
— Т-тут кто-то есть. Думаю, пытаются взломать дверь.
У меня похолодело в животе, но дыхание я держала ровным, глядя на данные на экране:
— Это Мэрион Симпсон, улица Хаклберри-Корт, дом пять-два-два?
— Это я, Рен. Они царапают дверь, будто пытаются взломать замок. Пожалуйста, пришлите кого-нибудь.
— Не вешайте трубку. Я уже отправляю к вам наряд. — Я переключилась на радиосвязь: — Сообщение о возможном взломе, адрес Хаклберри-Корт, 522. Запрос патрульных.
В ответ раздался знакомый голос:
— Офицеры Хартли и Вера выезжают. Дайте ориентировку по ситуации.
Я снова вернулась на линию:
— Мисс Симпсон, вы дома одна?
— Д-да.
— Видите, кто у вашей двери?
— Нет. Я в спальне. Не хочу туда спускаться.
По линии раздался громкий стук, и у меня скрутило живот.
— Оставайтесь там, где ты есть. Я уже отправила к тебе двух офицеров. Они будут с минуты на минуту. Если за рулем Нэш, то меньше, чем через две. Но в этот раз я не возражала бы против его привычки гнать на всю катушку.
— Спасибо, Рен.
В ее голосе все еще слышалась легкая дрожь, но не такая сильная, как раньше.
— Конечно. У вас в доме есть оружие?
— Только ружье, но оно в сейфе внизу.
— Хорошо. Не вешайте трубку. Я сейчас передам офицерам дополнительные сведения.
Я потянулась к рации:
— Мэрион Симпсон — единственный человек в доме. Единственное зарегистрированное оружие — ружье в сейфе на первом этаже. Она находится в спальне наверху.
— Принято, Малышка Уильямс. Мы меньше чем в минуте езды. Оставайся с ней на линии.
— Поняла.
Я снова переключилась на телефон:
— Мисс Симпсон, офицеры будут у вас меньше чем через минуту.
— Я же говорила, Рен, зови меня Мэрион.
— Ладно, Мэрион. Что ты сейчас слышишь?
— Не уверена… вроде шорохи. Он пытается проникнуть внутрь?
Господи, надеюсь, что нет.
— Офицеры уже почти у дома.
— Слышу сирены, — сказала Мэрион, и в трубке зашуршало. — Они приехали.
— Отлично. Оставайся на линии.
Издалека донеслись крики. Я сосредоточилась на дыхании: вдох на два счета, выдох на два.
— О, Боже, — пробормотала Мэрион.
— Что случилось?
— Мне надо идти.
— Мэрион, не… — но линия уже оборвалась. Я попробовала перезвонить — без ответа. Тогда я сделала громче рацию.
— Малышка Уильямс, тебе лучше позвонить моему брату.
— Ло?
— Роану.
Я уже набирала его номер:
— Что происходит?
— Я только что усыпил медведя. Оказывается, мисс Симпсон подкармливала их.
Сидевший рядом Эйбел выругался:
— Она что, с ума сошла?
— О, нет! — запричитала Мэрион. — Вы убили Йоги?
— Мне пора, — пробурчал Нэш.
Моя тревога улетучилась, и вместе с облегчением вырвался смешок:
— Продолжай их кормить и они сильно рассердятся, когда ты перестанешь.
Эйбел взял у меня телефон:
— Я свяжусь с Роаном и передам дело в охрану дикой природы. А ты иди на обед.
Я взглянула на часы — всего на пять минут опоздала. Встала, чмокнула Эйбела в щеку:
— Спасибо.
Он отмахнулся ворчанием, а я вышла к парадным дверям и на солнечный свет. Глубоко вдохнула горный воздух и запах, который навсегда будет означать для меня дом.
— Привет, подруга, — улыбнулась Гретчен. Моя бывшая одноклассница несла на плече холщовую сумку, набитую овощами.
Я ответила ей улыбкой:
— С фермерского рынка?
— Ага. Пообещала маме приготовить ее любимую пасту примавера.
— Как она себя чувствует?
Улыбка Гретчен чуть померкла:
— Держится, но сердце все еще шалит. Мы просто стараемся ценить каждый день, что у нас есть.
Господи, через что ей пришлось пройти… В ту же ночь, что и со мной, на нее напали, и она живет с этими кошмарами до сих пор. Но она никогда не позволяла им отравить свой взгляд на жизнь.
— Давай я на следующей неделе принесу вам ужин? Заодно и нормально поболтаем.
Лицо Гретчен озарилось:
— Будет здорово, маме очень приятно будет тебя увидеть.
— Рен! — крикнула с другой стороны улицы Грей, размахивая пакетом с едой из деликатесов.
— Ладно, я побегу, — сказала я Гретчен. — Мы встречаемся на обед. — Кивнула в сторону Грей.
— Хорошо проведите время.
Я махнула рукой, посмотрела по сторонам и перебежала дорогу. Обняла свою лучшую подругу:
— Я думала, мы идем в Wildfire.
По ее лицу скользнула тень, которую я бы не заметила, не зная ее всю жизнь.
— Грей…
Она зашагала быстрее:
— Я решила, что можем перекусить сэндвичами в парке.
Я поспешила за ней:
— Что случилось?
— Ничего. Просто хочу есть.
Я схватила ее за локоть, притормозив:
— Грей Хартли, я знаю тебя всю свою жизнь и знаю, когда ты мне врешь.
Она переминалась с ноги на ногу, пока я вглядывалась в ее лицо.
— Нам надо поговорить о Холте.
Я отдернула руку, словно обожглась.
— Мы не произносим его имени. Это правило, помнишь?
Сначала она пыталась, хотела во что бы то ни стало починить то, что было сломано окончательно. Потом я начала избегать лучшую подругу: не отвечала на звонки, находила отговорки, чтобы не встречаться. В итоге мы выработали перемирие и это было его условие.
Для меня Холта не существовало. Я знала, что его семья с ним общается. Видит его. Но при мне имени не произносили. До сегодняшнего дня.
Грей закусила губу:
— Запрашиваю срочное исключение.
В животе повис свинцовый груз:
— Что-то с ним случилось? — спросила я почти шепотом. Я знала, чем он занялся, когда уехал из Сидар-Ридж: армия, потом частная охрана. Одно рискованное дело за другим, и все как можно дальше от дома.
Сердце гулко билось в груди, кровь шумела в ушах. Даже спустя девять лет и семь месяцев я знала, что он здесь. На этой Земле. Жив. Я бы почувствовала, если бы это было не так. Где-то в глубине души что-то оборвалось бы.
Грей побледнела:
— Господи, нет. Прости, дело не в этом.
Облегчение накрыло меня, как ледяная ванна после ожога третьей степени.
— Тогда что? — В голосе звякнула раздраженная нотка. Злость взметнулась от того, что, сколько бы времени ни прошло, мне все еще не все равно.
Грей встретила мой взгляд, в ее глазах мелькнула неуверенность:
— Он вернулся.