Стеклянный лес
Руби кивнула, потому что Шепард был прав.
– Руби, я поражен, – тихо произнес он. – Поражен тем, на что ты оказалась способна. Ты сама добыла вех пятнистый? Сама сделала отвар из его корня? Где ты этому научилась?
– Из книг. Я читала о нем с тех пор, как услышала от вас его название.
– Понятно. Хочешь провожу тебя до дома?
Руби покачала головой.
– Тебе есть кому позвонить? В полицию само собой, но есть ли кто-то еще, у кого ты могла бы остаться на ночь?
Руби сразу подумала о мисс Уэллс и сказала, что позвонит своей учительнице английского языка.
Шепард тронул ее за плечо.
– Я не знаю, что теперь делать, – прошептал он, и его глаза наполнились слезами.
У Руби разрывалось сердце. Она обняла Шепарда и, положив голову ему на грудь, сказала:
– Теперь уже ничего не сделаешь. Осталось только тосковать по ней.
Глава 68
Энджи
Доктор Шепард крепко сжал губы и отвернулся, глядя на толпу пассажиров.
– Значит, Руби вам все рассказала?
Я кивнула.
– Кроме одного. И я до сих пор над этим раздумываю. Почему полицейские начали подозревать Силью?
– Не знаю. Возможно, объявился какой-то пассажир, который сказал, что якобы видел Силью отъезжающей от Стоункилла вечером после работы. А может, кто-то видел Руби, выходившую из машины Сильи, и принял за мать. Руби сказала, что на парковке никого не было, но… – Он пожал плечами. – Есть еще одно возможное объяснение. Руби могла сама позвонить в полицию и анонимно подкинуть им идею.
Я удивленно посмотрела на доктора.
– Но зачем так рисковать?
– Да, это действительно рискованно, но ей очень хотелось уехать. А для этого надо было напугать Пола так, чтобы он уверовал в необходимость забрать ее с собой.
– Она хотела уехать с Полом. – Я закусила губу. – Она хотела быть с моим мужем.
Шепард покачал головой.
– Нет, не совсем так. Ей было необходимо исчезнуть отсюда. Убраться как можно дальше. И только у Пола есть возможность осуществить это. У него ее паспорт. И много денег. Руби рассказала, что вчера он опустошил счет ее отца. Она знала, что я не возьму ее к себе: у меня есть другие обязательства, мой отец, – и не мог допустить, чтобы ее посадили в тюрьму.
Я задумалась.
– Доктор Шепард, но ведь вы соучастник преступления. Я могу сдать вас полиции.
Вскинув брови, он посмотрел на меня.
– Можете, но не думаю, что сделаете это.
– Что заставляет вас так думать?
Он улыбнулся.
– Вы, дорогая моя, понимаете, что такое любовь. Увидев вас вместе с этим ребенком, я сразу сказал себе: вы понимаете, что любовь выше правосудия.
Я не ответила и крепче прижала к себе сына, – своего красивого, чудесного сына.
Доктор Шепард поднялся.
– Думаю, мы обо всем поговорили. Всего вам хорошего, миссис Гласс.
– Подождите. – Я принялась шарить рукой в своей сумке и наконец нащупала фотоальбом. – Вот. Это должно остаться у вас.
Он взял альбом и тихо произнес:
– Спасибо. Руби дала его вам?
Я кивнула.
– Она проследила, чтобы он оказался у меня в сумке, а не в багаже.
Доктор Шепард громко рассмеялся.
– Я буду ужасно скучать по этой девочке.
Благополучно приземлившись в Милуоки, я вышла из самолета и огляделась. Дул сильный ветер, доносивший запах воды, и я почувствовала, что оказалась дома. Атмосфера здесь была чище, хотя я и прилетела в людный столичный аэропорт Висконсина из покрытого густым лесом района Нью-Йорка.
Было ощущение, что здесь нечего скрывать.
Я крепче прижала Пи Джея к себе и начала спускаться по ступеням.
– Осторожнее, мэм, – предупредил стюард, когда я оказалась на нижней ступени, а потом указал на дверь, ведущую в здание аэропорта.
За ней я найду своих родителей, отправлюсь домой и начну свою жизнь с чистого листа.
И если бы не ребенок у меня в руках, то вся эта история с замужеством и жизнью с Полом Глассом могла бы показаться вымышленной. Но мой сын был настоящим и только моим.
Глава 69
Руби
Руби и Пол вернули арендованный автомобиль и сели на автобус, следовавший из аэропорта Ла-Гуардиа в аэропорт Айдлуайлд, отправлялось большинство международных рейсов. У Пола были их паспорта и много наличных. Ему не составило труда представиться отцом Руби и закрыть счет брата в банке Оссининга. [25]
У Пола было даже удостоверение личности, подтверждающее, кто он такой. С фотографии в паспорте смотрел Генри Гласс. Все ясно как день.
Однажды Шепард спросил у Руби: «Если бы ты могла поехать в любое место на земле, куда бы ты отправилась?»
И она ответила, что всегда мечтала побывать на греческих островах.
Ужасно жаль, что ей пришлось оставить Шепарда. Руби будет по нему скучать, а он будет скучать по ней. Но другого выхода не было.
– Я до сих пор считаю, что мы совершили ошибку, позволив ей просто так уехать, – сказал Пол, когда автобус тронулся с места.
– Все будет в порядке. Тетя Энджи не собирается ничего рассказывать. – Руби посмотрела в окно на проплывавшие мимо офисные здания, правительственные организации, закусочные и бензоколонки, расположенные вдоль Центрального железнодорожного вокзала. – Она просто хочет продолжать жить как жила и забыть обо всем, что здесь случилось.
– И все же, – упорствовал Пол, – я предпочел бы иметь гарантию, что она никогда больше не заговорит.
– Не заговорит. Но в любом случае это уже не будет иметь никакого значения. Нас никто не найдет.
– Будем надеяться. – Пол нахмурился и заметил: – А этот доктор… Откуда нам знать, что он не захочет открыть рот?
– Он ничего не знает, – солгала Руби. – Это просто мой знакомый. Человек, который рассказывал мне о растениях. И это натолкнуло меня на идею, что нужно делать. – Она погладила пальцами сапфировый кулон матери и обхватила себя руками, чувствуя, как ей уютно в свитере Шепарда. – Он никто, Пол. Поверь мне.
Пол что-то пробормотал себе под нос, а потом сменил тему разговора.
– Жаль, что у тебя нет своего чемодана с вещами. Самое необходимое мы можем купить в аэропорту, а остальное – на месте.
Руби кивнула, похлопав рукой по сумке, в которой лежала книга «Убить пересмешника», бабушкин медальон и фотография мамы и Шепарда, сделанная на лодке. Руби забрала ее из альбома, прежде чем передать его тете Энджи.
Она также взяла несколько фотографий из обувной коробки: снимки мамы и бабушки, когда те были молодыми, и собственную детскую фотографию.
В тот день, когда посвятил Руби в свой план, Пол предположил, что река будет самым надежным местом для сокрытия тела.
– Но если тебе не нравится эта идея, в той глубокой могиле в лесу еще достаточно места.
Его улыбка была бесчувственной, почти зловещей, и Руби знала, что в тот момент видит его истинное лицо.
Но он был прав – в убежище еще много места. И никто никогда о нем не узнает. А если и узнают, то к тому времени Пол и Руби будут уже далеко.
Руби пыталась его отговорить, хотя и знала, что сделать это будет непросто. Когда этим утром он пытался зазвать тетю Энджи в дом, Руби знала зачем. Слава богу, тетя не поддалась на уговоры.
И тем не менее все это помогло ей лучше понять Пола: понять, на что он способен.
Руби лишь надеялась, что он не узнает раньше времени, на что способна она.
– Ну и куда? – спросил Пол, когда они подошли к стойке компании «Пан-Американ». – Куда захочешь, туда и полетим, Руби.
Руби погрузилась в раздумья. Ей, конечно, очень хотелось в Грецию, но это можно отложить на потом. Посмотрев на список ближайших рейсов, она произнесла:
– Я слышала, в это время года очень красиво в Испании.
Эпилог
Энджи
1962 год