Послушная одноклассница

А изверг отреагировал намного эмоциональнее, чем я. Так саданул по стене, к которой прижималась я, что я чуть не взвизгнула от неожиданности и страха.
В последний момент с силой зажала себе рот перчаткой, чтобы не выдать себя.
— Паскуда. Гребанный скинхед! — Выругались за стеной.
Послышались ещё шаги. И выстрел.
— Тварь, ***, ***! — Проорал изверг новые ругательства.
Я не понимала, что происходит, но в следующий миг, судья по радиосвязи передает, что Амир признан «нейтральным».
Боже мой! Значит кто-то выстрелил в изверга!
А потом в мою коморку врываются двое. Я не сразу узнаю своих, шестеренке в стрессе не могут по щелчку вспомнить, простительно.
— Нужно уходить, живо! — И меня хватают за руку.
По голосу узнаю Эндшпиля. Черт! Он же и есть тот самый Президент, которого нужно охранять. И он вот рядом.
Это теперь я главный телохранитель? Точнее мы?
Ну, не-ет!
— Прикройте меня! — Командует Дэн, и в его напарнике я узнаю Машу.
Мы с ней тоже очутились в одной команде.
Вообще надо сказать, команда телохранителей по численности больше команды киллеров. Но нас и отстреливают, как селезней, быстро и беспощадно. Одним словом, никто не хороводится, даже с новичками.
Пока мы с Машей охраняли вход в комнату, Дэн на задней стене нащупал какое-то отверстие, сильнее надавил и открылась потайная дверь.
— Пошлите, так быстрее доберемся до цели. Срежем коридора три-четыре!
Дэн пролез первым, за ним я, последней Маша. Она поопытнее меня будет, не первый раз играет.
И как раз, когда за подругой закрылась секретная дверь, судья объявил, что Амир всё-таки «в игре», это значило только одно: он не выбит, выстрел не засчитан поражающим.
Само собой зверг в злющей ярости, к гадалке не ходи.
Дэн повернулся к нам с Машей.
— До цели ещё два коридора. Свет здесь приглушённее, а эхо ужаснее, поэтому рации для связи с остальными использовать не будем, продвигаться придется на ощупь. Но мы должны это сделать. — Эндшпиль оглянулся на шорох, но это оказался судья.
А потом продолжил:
— Опасность есть как для первого, так и для последнего. Но для последнего очевиднее, поэтому замыкающим пойдет Маша. Если Кристина и Ксюша не потерялись в этих лабиринтах, то мы их должны где-то здесь встретить. Маркер держим готовым к сиюминутному выстрелу, любое промедление, и мы в ауте. Ясно?
Мы синхронно кивнули.
Не знаю, откуда Эндшпиль всё это знает и как так быстро подстраивается под стремительно меняющуюся обстановку, перевес сил, но я верила всему, что он говорил. Ещё перед игрой он нам всем дал четкие указания, мне отдельно приказал как можно чаще менять локации, не отсиживаться в одной, и стрелять, не жалея шариков с краской.
Дальше мы продвигались, как спецназовцы.
Я шла впереди, но за собой чувствовала поддержку и шепот Дэна, куда нужно повернуть, куда зайти в укрытие. Где пригнуться, где идти чуть ли не на носочках.
Не думала, что когда-то об этом подумаю, но мне очень нравилось играть в команде с Эндшпилем.
В игре он стал совсем другим. Совсем!
Такому хотелось доверять, за таким хотелось идти.
Он был выбран Президентом по жеребьевке, вроде бы по-честному, но осадочек остался. Ведь по правилам Президент может быть вооружен только пистолетом, в котором всего лишь 10 шариков.
И тут чуть ли не единственный парень становится охраняемым, а не телохранителем…
Но Дэн быстро раздобыл себе маркер, забрал у убитого защитника — Альбины. Её подбили ещё в первые минуты игры.
А Эндшпиль ушёл! Вырвался из окружения!
Вдруг Дэн резко потянул меня к полу, мы пригнулись, а снаряд с шариком пролетел у нас над головами.
Реакция Эндшпиля была молниеносной, и вот ещё один киллер убит.
— Чувствую, за эту игру я поседею! — Прошептала Маша.
И опять попала в самое яблочко, у меня тоже вертелись такие мысли, но я гнала их прочь, чтобы руки ещё больше не задрожали. А то в нужный момент дёрнусь, как антенна на ветру. Нет-нет, это будет ужасно.
— Отставить разговоры. Всё потом! — Приказал Эндшпиль, первым поднимаясь с корточек.
Почти без препятствий, всего с одним киллером на пути, мы миновали один коридор. И я уже хотела повернуть за угол, как Дэн резко потянул меня назад.
Пролетел ещё один вражеский снаряд.
— Думал, я не смогу вас нагнать, а, Эндшпиль, или как там тебя? — И кроме раскатистого и явно пародийного баса раздаются гулкие шаги приближения.
До комнатки-укрытия мы бы не успели, все остались метра два позади, поэтому отступать нельзя. Нужно было принять бой.
И мы все это понимали. Но я не выдержала и в испуге обернулась на Дэна.
Конечно, кроме маски я ничего не могла увидеть, но парень показал пальцем знак «тихо», и я лишь кивнула, призвав всю выдержку и всё спокойствие, чтобы не предать свою команду.
Снаряды стали пролетать не только на уровне наших глаз, но и в каких-то сантиметрах от пола. Изверг красовался. Это понятно даже такому новичку, как я. Мол проскользнуть не удастся: скорость гепарда, реакция мангуста.
И вообще я весь такой крутой и профессиональный!!!
Судья объявил о поражении двух наших, Кристины и Ксюши. Теперь из телохранителей Президента остались только мы с Машей.
По телу пробежала нервная дрожь. Дэн заметил это и крепко сжал моё предплечье. Помогло — отрезвило.
Не время поднимать белый флаг, это всегда успеется, Мия!
Позади нас послышались шаги, но выстрелить никто не успел. Одним взмахом Маша попала противнику прямо в грудь, поражение даже не обсуждалось.
Теперь судья объявил о потере в стане киллеров.
— Да, остался я один. — Проговорил изверг.
Ещё чуть-чуть и завернет он за угол, и встанет передо мной.
Да, из киллеров остался только он один. Попадём в изверга — выиграем. Это играло нам на руку. Мы знали, последний убийца впереди, значит нам с Машей можно было обороняться стенкой.
Первым показался маркер Амира. Стрелять в него было бесполезно, ведь это только в спортивном пейнтболе призналось бы за поражение.
Я непроизвольно попятилась назад и наступила на ногу Эндшпилю. Но он никак не отреагировал. Извинюсь потом, всё потом!
Дэн подал знак Маше, чтобы она отбежала к стене напротив и сделала это как можно шумнее. Не успела она стукнуть кулаком, как ей в грудь прилетел зеленый шар, а в следующее мгновение я уже вижу маркер изверга, направленный прямо на меня.