До нескорого, она же

– Я тебя нашел.
– Удивлена, – призналась я.
Ярослав нескромно шагнул внутрь и принялся снимать пальто, я тем временем захлопнула за ним дверь.
– Обходил все дома в округе, – похвастался он, снимая кроссовки. – Еле как узнал твой. Потом пытался вспомнить подъезд. И вспомнил. Но с квартирой промахнулся – сначала позвонил в соседнюю. Ту, что слева.
Я рассмеялась.
Яр подошел к зеркалу, посмотрел на себя и поправил кудрявую челку. Я тоже взглянула в зеркало из-за его спины – и белый мне подмигнул.
– Дай угадаю, – предложила я. – Тебе открыла статная женщина лет тридцати пяти с лишним в каком-нибудь ярком халате – у нее их множество. Критично тебя осмотрела… – Не выдержав, я тоже потянулась к челке Яра и сдвинула ее чуть левее. Так определенно было лучше. – А потом начала угрожать, что, ежели ты ещё хоть раз придешь к ее Мариночке, она посадит тебя за соблазнение несовершеннолетних. Ты испугался и убежал.
Ярослав посмотрел на меня удивленно и заметил:
– Примерно так оно и было. А ты откуда знаешь?
– Наблюдала пару раз, – я пожала плечами. – Этой ее Мариночке пятнадцать лет, и Нина Георгиевна очень беспокоится за дочь, а потому огораживает ее от всех проблем. Парни кажутся Нине Георгиевне серьезной проблемой. Кстати, – я прищурилась, – ты ведь знаешь, что я ещё несовершеннолетняя?
– Думаю об этом каждую ночь, перед сном, – заявил Яр.
– Это зачем же ты перед сном обо мне думаешь?
Теперь пришло время смеяться белому. Однако на вопрос он так и не ответил!
Веселье закончилось. Я проводила Яра на кухню и усадила на стул. Маг с любопытством озирался вокруг, пока я не предложила:
– Не хочешь гречку с тушенкой? Я варила себе, – пододвинула к нему тарелку, – но я тут немного не доела. Поможешь?
Ярослав взял тарелку уверенно и едва не забрал мою вилку, и я стукнула его по ладони.
– Вообще-то это была шутка, – заметила серьезно.
Яр закатил глаза.
– Уж я-то подумал, что ты действительно хочешь меня накормить…
Я вернула тарелку обратно и все-таки встала, чтобы положить бедному Ярочке каши. Иначе он меня оставит без ужина. Ярочка наблюдал за мной с любопытством и вдруг заметил:
– У тебя уютно.
Я кивнула, поставила тарелку перед ним и потянулась за вилкой, на этот раз чистой.
– А ещё у меня здесь домовой.
Подслушав мои слова, домовой зашуршал, и тогда я добавила:
– И хомяк.
Хомячидзе шуршать не стал. Но Ярослав сам обернулся назад и заметил клетку.
– И все мы, – сказала я, положив вилку прямо перед Яром, – не особо рады тебя видеть. И ты тут только затем, чтобы отдохнуть перед очередным забегом между домами. Вот такие дела.
– Да ладно, – нахмурился он. – Не может такого быть.
Я села на свой стул, прямо напротив Ярослава, внимательно посмотрела на него. И он отчего-то не выдержал мой взгляд, опустил глаза – и взялся за вилку.
– Она недосоленная, – предупредила я.
– Отлично, – отозвался Яр. – Соль – это вообще белая смерть. Белая!.. Хотя бы не белых…
Я фыркнула. Никак не ожидала встретить в лице Яра приверженца здорового образа жизни, иронизирующего над себе подобными. Или даже так – никак не ожидала встретить Яра…
– Ты нашел меня, чтобы рассказать то, что придумал?
Белый, невезучий мальчик, как раз начал жевать гречку, поэтому вслух ничего ответить не смог. Только кивнул. И вновь взглянул на меня.
– Ты ведь должен понимать… – начала я и замолчала. – Это не нечисть, созданная из-за ошибки в руне. Это совсем другое. Живой человек. И тут смешение двух магий не прокатит.
– Я прекрасно это понимаю, – заметил Яр с таким тоном, будто на самом деле спрашивал: «Ты держишь меня за идиота?»
Кивнула.
Понимать-то он, может, и понимает, но осознавать, видимо, не осознает.
– Магия у нее та же самая, – произнесла я, – но пользуется она ей по-другому. Ты ведь сам видел, как Кирилл, ее ученик, нарушил мою защиту, а она тоже была не пустяковой. – И резко переключилась на бытовые темы: – Чай будешь?
Ярослав кивнул.
Правда, я не знала, с чем именно он соглашается, но на всякий случай встала и нажала кнопку на подставке, и чайник загорелся синеватым свечением.
– А ваша квартира… она защищена? – спросил белый, обернувшись.
– Защищена, – я хмыкнула. – Никто не может в нее войти или сотворить заклинание, направленное на жильцов, или подслушать разговор, например… но снам это не мешает. И ночью Янтарная мне приснилась.
– И о чем вы разговаривали?
Взгляд Яра был сосредоточенным.
Чайник начал шипеть, и я вынула из шкафа две кружки. Потянулась к единственной коробке с чаем, имеющейся у нас в доме (жасминовый допили), и кинула в каждую кружку по чайному пакетику.
– Обо всем, – отозвалась я наконец. – Она… не испытывала ко мне никакой агрессии. И правда напоминала настоящую тетю. Даже про тебя интересовалась, – сообщила зачем-то.
– Про меня?
Чайник отключился, и я, не дожидаясь, пока вода стихнет, разлила кипяток по кружках.
– Я ей ничего про тебя не сказала, – призналась я. – И она не стала настаивать.
Я отчетливо вспомнила наш ночной разговор, и мне вдруг захотелось спросить у Яра, не знает ли он некую женщину примерно сорока лет по имени Елена? Светловолосую и голубоглазую, примерно моего роста… и с чертами лица, похожими на мои.
Но я понимала, как глупо буду выглядеть.
Тем более, когда услышу ответ.
А потому я промолчала.
– Надо было сказать, – заявил Ярослав, вырывая меня из потока мыслей. Я едва не поставила чайник мимо, но вовремя успела среагировать.
– Надо было сказать? – переспросила глупо. Поспешила вернуться к себе за стул, чтобы лучше его видеть. И понимать, шутит он или говорит на полном серьезе.
Сейчас Яр вроде бы не пытался меня развеселить. И да, действительно считал, что я должна была поделиться с Алиной всей его биографией.
Ярослав подтянул кружку к себе и сказал:
– Спасибо за чай. Да, надо было… В этом, в общем-то, и заключается мой план, Яна.
– Сдать Янтарной тебя?
Яр по-взрослому улыбнулся.
– Никто не сможет подслушать, говоришь?.. Хорошо. Я понимаю, что это может прозвучать абсурдно. И что вы, черные, никому не доверяете. Но подумай, Яна. – Его голос точно подчинял меня, и я во все глаза наблюдала за Ярославом, не в силах даже пить свой чай. И он туда же… – Как можно защищаться, не зная точно, с какой стороны последует удар? Мне, опять же, кажется, что тебе было бы нелишним разобраться, что именно Янтарной от тебя нужно. А сделать это можно, только показав ей, что ты… не то чтобы веришь, но можешь поверить.