"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Они вскрыли коды полицейским ключом и делают там что хотят. Ситуация болезненно повторялась, и не оставалось ничего другого, кроме как... Кирилл сжал и разжал кулаки, потом несколько раз постучал по воздуху ребром ладони... кроме как взять себя в руки.
— Я прекрасно понимаю ваши чувства...
Кирилл только плечом дернул:
— Не надо меня понимать! Натали, извините, я должен. У вас все будет в порядке?
  
— Разумеется.
Волосы ее поблескивали от влаги. Ее дом на пляже Раквере, скорее всего, уже не существует. Меняю всех эмиссаров ЧС Нереиды на женщину с ребенком.
— Это наша третья эвакуация, — встрял Брюс. — Нет ничего скучнее.
— Четвертая, — поправила Натали. — Одну ты не можешь помнить. Нас распределили на яхту «Белаква», вы можете связаться с нами по радио на специальной волне, которую укажет ЧС. Увидимся.
— Он свойский парень, и он не кто попало.
— Не болтай глупостей, — рассеянно одернула его мать.
Брюс пожал плечами.
— Я-то их только болтаю, — сказал он. — А кое-кто их делает. Последний, между прочим, в Галактике самодержец мог бы быть твоим. Возможность следует рассмотреть, прежде чем отвергнуть. Что-то мне подсказывает, будто дед с бабушкой не стали возражать.
— Поговорим об этом после, — взмолилась Натали, втайне надеясь, что «после» матримониальное настроение Брюса рассеется, — люди же кругом.
— Да им до нас никакого дела нет. Ты, в общем, смотри: я на него капкан расставил. Кто, кроме меня, о тебе позаботится?
Натали не ответила, потому что была занята: выбирала, куда поставить ногу в проходе, сплошь заставленном баулами с «самым необходимым».
Глупая идея. Настолько глупая, что глупо даже думать на эту тему. В присутствии Кирилла Натали чувствовала себя словно в перекрестье сотни прожекторов, и, сколько она помнила, так было всегда. Кажется, будто каждый твой жест нелеп, а каждое слово вызывает свист. Император. Чертовски странно думать о нем, как о парне с грузовиком и чувством юмора. В тридцать семь стараешься избегать сложностей.
Не то чтобы ей по-прежнему никто не был нужен, не то чтобы у нее имелось стойкое предубеждение против местного офицерства и не то чтобы среди них не нашлось холостых, но... чтобы войти в этот круг, пришлось бы пройти мимо Харальда. Скорее всего, ему это не понравится. А уж насколько это не понравится Адретт!..
Я не собственность Эстергози... но, глядя на Брюса, так легко усомниться.
— Ты как цирковая лошадь, мам, — хихикнул сзади сын.
Еще бы. Глядишь на стюардессу, что провожает нас па отведенные места, как на собственное отражение, дюжину лет дремавшее в Зазеркалье: одиннадцатисантиметровый каблук, напряженная голень, изогнутая стопа...
Впрочем, это уже перебор. Стюардесса Нереиды, напрыгавшись за день через все эти сумки, — да ведь не только в прыжках заключались ее обязанности! — уже переобулась в тапочки и накинула джемпер вместо форменного жакета. Да и круп свой эта юная леди едва протискивала меж рядами кресел.
Национальный тип!
Место для матери и сына Эстергази нашлось в конце салона, слева, ближе к хвосту, а стало быть — к туалету. Нe так уж и плохо, учитывая, сколько раз придется перебираться туда через все багажные баррикады. Опыт четырех эвакуаций приучил Натали пережидать катастрофу на комфортабельной прогулочной яхте с относительным оптимизмом. Все же не в тесном трюме спешно переоборудованной баржи. Спасибо классовому расслоению.
А вот с соседом не повезло. Из трех кресел, составлявших ряд, дальнее, у стены, было уже занято хмурым, помятым мужиком из тех, знаете, что без зазрения совести радуют окружающих видом своего складчатого волосатого пуза, когда им душно.
— Эй! Напитки когда будут?
— Кишка водовода у вас над головой, — оскорбилась стюардесса, которую уж во всяком случае звали не «Эй». — Рядом с кнопкой кондиционера. Расходуйте воду бережно, ее запас ограничен. Я принесу лимонад, когда освобожусь.
И удалилась, унося на спине слово из тех, с какими познакомиться бы Брюсу как можно позже.
Натали на ее месте утихомирила бы пассажира, попросту накачав его джином по самую ватерлинию. И пусть бы себе спал. К сожалению, кодекс чрезвычайной ситуации предполагает строжайший «сухой закон», а значит, ей всю дорогу придется терпеть эманации раздражения и недовольства. Стюардесса покинула место сражения с гордым видом: дескать, много вас, а ей надо взять ситуацию под свой контроль. Иногда это получается лучше, а иногда... Ну, будем надеяться. Сама невозмутимость, Натали заняла среднее кресло, притворившись, что всецело поглощена обустройством: откинула спинку, проверила кондиционер на всех уровнях, подняла и опустила персональный «конус тишины».
— Сервис, а? — кивнул сосед. — Я думаю, турфирма должна вернуть деньги! Одному-то не переорать их, надо объединиться и коллективный иск этой планетке вчинить. Да и моральный ущерб сверху! Сперва заманивают народ сезонными скидками, а после отмазываются: мол, катастрофа у них...
Чудная штука этот «конус». Армейская разработка, только недавно вошедшая в коммерческое использование. От целенаправленного крика в самое ухо, конечно, не спасет, но храп, плач младенцев и монотонный бубнеж кумушек по соседству отсекает напрочь, обращая их в монотонный шум наподобие морского. К слову сказать, и твой собственный шум «конус» наружу не выпускает. Использование его в людных местах стало хорошим тоном.
Брюс уже подключил считыватель к персональному экрану транслировались каналы спутникового видео. Катастрофа — не повод для отмены школьных занятий. Брюска всегда предпочитал сбросить с плеч обязаловку, а уж потом резвиться в свое удовольствие. «Считак» у него забит, вот только надолго ли его хватит? И для самой-то Натали бездельное, бессмысленное ожидание совершенно невыносимо, а для этой юлы в образе мальчишки — смерти подобно!
Подушечки и пледы, вытканные в национальных сине-голубых цветах, обнаружились в багажном ящике под креслом: туристические яхты Федерации выпускаются в миллионе вариантов, и куда только инженерная мысль не запихивает эти необходимые вещи! На освободившееся место они с Брюсом, переглянувшись, загрузили свою сумку, тем самым внеся посильный вклад в благое дело разгрузки прохода.
— Замаетесь доставать, ежли что понадобится, — откомментировал сосед.
Натали в первый раз подумала об убийстве. Глубоко и ровно дышать: говорят, это помогает.
— А папка ваш где? Ну, я мыслю, кто-то же вас привез?
Не твое собачье дело. Натали только еще задумалась, как облечь эту идиому в благопристойную и неконфликтную форму, как сын уже подоспел на выручку:
— Маме и самой не слабо.
— М-нэ-э? — Мутный раздосадованный взгляд уперся в Натали изучающе. — Не люблю женщин за рулем. Без них на магистралях было бы больше места. Намного больше!
Натали, в принципе, тоже была сторонницей более строгого подхода к выдаче разрешений на пилотирование, однако проводить водораздел на уровне пола... Когда-то мы это уже проходили. И благополучно прошли. Хотя не женское равноправие само по себе было нашей целью. Впрочем, к некоторым вещам глупо относиться серьезно. Ну не любишь ты женщин за рулем. Может, ты их вообще не любишь.
— Сначала они садятся за руль, — сосед продолжал развивать свою мысль, — потом занимают ответственные должности. Потом оказывается, что они самостоятельные по самое «не могу» — и ребенка без мужика родить могут, и поднять его за свои деньги. Да такая баба не всякому и нужна. Вот, к примеру, где все-таки ваш папка?
  
— Мой отец военный пилот, — отчеканил Брюс. — Он погиб. Он — герой.
Он уже большой мальчик и знает, что два слова — «Зиглинда» и «Эстергази» — без необходимости не произносятся вслух.
— Ага, папа был то и папа был это. Удобные вожжи, когда надо мальчишкой править. И ты тоже, конечно, хочешь стать военным пилотом?
— Почему хочу? Буду. Вариантов нет.
— Не люблю военных. Без них мир был бы лучше.