"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
— И о чём же?
— О том, что магия этого «Коридора» влияет не только на наш мир, но и на реальность Лабиринта. Тётку она превратила в вешалку, а мой клинок в непонятное нечто.
— Но ведь он, выходит, усилился. — сказал Макс. Он сидел, уперев кулак в щёку и с меланхоличным видом прислушивался к нашему обсуждению. — Я ведь правильно понимаю, да? Он у тебя сначала усилился и удлинился, а только потом — погас?
— Ну, вроде того.
Стефания посмотрела на меня.
— Может быть, это можно будет использовать?
— Против «Коридора», ты имеешь в виду?
— Ага.
Я задумался.
— Может быть. Но сегодня я об этом не думал. Просто повернулся, увидел эти долбаные ворота, подумал «не хочу» и проснулся. Не хотелось рисковать и связываться ещё раз.
Все замолчали.
— Ладно, Тём, ты не переживай. — сказала Стефания. — Это всё, конечно, серьёзно, но не фатально. Если что — ты всегда можешь проснуться...
— Спасибо, Стеш.
— Надо отыскать локацию «Врат Осени». — внезапно сказал Макс. Все посмотрели на него, и он пояснил: — «Коридор» — это персональная тема для нашего Тёмыча. Думаю, что это понятно. Фиг у нас получится с ним как-то взаимодействовать. А вот осенний парк — вариант.
— Макс, — обманчиво спокойно сказала Стефания, — скажи честно — ты такой сонный, потому что пытался попасть в этот парк, да? Всё прошедшее время?
Макс кивнул.
— Я почти добрался, Стёп. Там...
— Максим! — глаза Стефании разъярённо сверкнули. — Я же тебя просила! И ты обещал!
— Успокойся, Стёп. — поморщился Макс. — Я не собирался заходить внутрь локации. Моей задачей было её отыскать.
— И ты реально побывал где-то рядом? — спросил Тоник.
Максим помотал головой.
— Неа. Нифига я не побывал, Тох. Но зато выяснил направление. Это, не поверишь, вообще ни разу не там, где всё остальное. О-очень сильно в стороне. Даже дальше, чем то здоровое дерево эльфов.
— Погоди, — сказала Алиса, — а почему ты говоришь об этом только сейчас?
— Потому что он дурак, вот почему! — воскликнула Стефания. Не знаю, о чём они там договаривались, но то, что она серьёзно обиделась, было заметно.
— А потому что нечего там рассказывать, Алис. — невозмутимо ответил Макс. — Я ж ещё не дошёл.
— Не скажи. — покачал головой Тоник и заинтересованно наклонился вперёд. — Какое там, говоришь, нужное направление?
Наблюдая за моими друзьями, я слышал то, о чём они говорят, через слово.
«Нас пятеро, — раздумывал я, — но „Коридор“ попался именно мне. Почему?» Что во мне такого есть, что могло притянуть эту аномалию? Почему она появилась у меня на пути — из-за случайности? Или благодаря, как выразилась Стешка, моим «индивидуальным особенностям»? Да и особенностям-то — каким? Реальным или же проявляющимся во снах? В Лабиринтах у меня лучше всех получается определять границы и направления. Может быть, всё дело именно в этом?
Я посмотрел на свою компанию немного по-новому. Мы ведь, в каком-то смысле слова, реально команда. У каждого свои, образно говоря, способности. У каждого свои черты и предрасположенности.
Вот я, с непослушными, торчащими немного вперёд волосами и, как не раз замечала Алиса, слегка задумчивым видом. У меня получается определять направления в Лабиринтах почти так же точно, как если бы я их искал по специальному компасу.
Вот Алиса — стройная девчушка с волной каштановых волос, самая миниатюрная из нашей компании, любительница книг и обладательница самых глубоких карих глаз в этой галактике. Она умеет искать и интерпретировать Знаки.
Стефания — светловолосая и зеленоглазая «эльфо-девочка» — среди нас самая осторожная. И, судя по её рассказам, лучше всех умеет в материализацию мыслеобразов. Именно у неё, если мне не изменяет память, получилось отбиться от шестерых Церберов одновременно. От шестерых!
Антон — худощавый парень с русыми волосами и живым проницательным взглядом — наш «вторичный мозговой центр». Первенство в вопросах соображения я всё-таки отдаю Алисе. Но именно Антон не оставлял попыток разобраться в том, что такое Лабиринты с Обитаемой Зоной, а также отыскать кого-то кроме нас, кому про них хоть что-то известно. Антон у нас специалист по бестиарию — с первого взгляда определяет, какого из обитателей Лабиринта он видит и что конкретно тот из себя представляет.
Ну и последний из моих ближайших товарищей — Макс. Самый высокий человек в нашей компании. Сердечный друг Стефании и обладатель тёмных вьющихся волос, которые, кстати, уже отрасли настолько, что начинают закрывать его уши. Макс у нас действительно уникум — единственный из всех, кто может выбирать, в какой конкретно Лабиринт погружаться. Не удивлён, что он смог сориентироваться в Обитаемой Зоне и разобраться, в которой стороне находится «парк». Если кто-то и сможет туда добраться — то это он.
Так почему же с «Коридором» столкнулся именно я?
* * * * * *
С момента этой встречи минуло два дня. Макс за это время в Лабиринты и Обитаемую Зону не заходил — отсыпался — а я занимался тем, что просматривал лекции и готовился к следующему экзамену. В Лабиринты мне, впервые за очень долгое время, нырять не хотелось. Где-то в голове засела мысль о том, что, куда бы я ни попал, опять придётся столкнуться с проклятым «Коридором». А видеть эту ледяную псевдо-локацию ещё раз не хотелось.
Алиса успела прошерстить на предмет сообщений о Лабиринтах несколько интернет-форумов, а потом даже покопаться в изотерических статьях в какой-то библиотеке. Но информации не было.
Не знаю, сколько это могло бы так продолжаться. Наверное, долго. Однако ещё через три дня у нас состоялся экзамен по зубодробительной «Силовой электронике», который мы все, кроме Стефании, благополучно завалили, а после этого произошло всё то, что произошло.
Начинался этот день довольно обычно. Мы, как и половина учащихся нашей группы, получили свои неудовлетворительные оценки, не удовлетворились и отправились в сторону деканата, чтобы поинтересоваться временем пересдачи. По пути нам попадалось много знакомых лиц, среди которых был замученный до полу-невменяемого состояния Древницкий.
— Охренеть можно. — прокомментировал встречу с парнем Максим. — Народ, вы это видели?
— А что такое? — не понял я. То, что Василёк вёл себя не так, как обычно, я заметил, но на прочие странности, если они и были, внимания не обратил.
— Да он мне «Здравствуй, Максим» сказал. — проговорил удивлённый Макс. — Древницкий! Прикинь?
Мы удивлённо покачали головами и обменялись понимающими усмешками.
— Эти экзамены кого угодно укатать могут. — сказал Антон. — Даже такого асоциального типа, как этот.
После посещения деканата мы немного посидели в кафе и обсудили окончание сессии, а после этого разошлись по своим домам. Настроение у всех и так было посредственное, так ещё и погода разволновалась, начав осыпать Лингород моросящим дождём.
Так что, пожалуй, не было ничего удивительного в том, что я, едва добравшись до квартиры, привёл себя в порядок и, повалившись на кровать, едва ли не моментально уснул.
Удивительное случилось несколько позже.
* * * * * *
«Опять „Городок“?» — подумал я, обводя взглядом незнакомую комнату вокруг себя. Справа от меня было окно, с другой стороны которого светились немногочисленные окна соседних домов, а перед окном стоял стол, на котором стояло несколько стопок разномастных учебников. С левой стороны от стены до стены занимала место странная конструкция, отдалённо напоминающая шведскую стенку, а на крючке возле входной двери висел военный костюм химической защиты.
— Ночь, значит... — протянул я и взял из стопки один из учебников. На красновато-коричневой твёрдой обложке красовалась золотая звезда, под которой было подписано «Красим ПДК вместе». Открыв учебник, я пробежался взглядом по строчкам, состоящим из одного-единственного повторяющегося слова — «Белый». На последней странице обнаружилась картинка, изображающая лопату, воткнутую в каменную стену какого-то здания.