Неприкаянная

— У вас большая библиотека?
— Да, очень, — кивнула Агнес и покосилась на Моргана с хитрецой во взгляде. — Хотите посмотреть?
— Сейчас? — пошутил Морган, и его спутница рассмеялась.
— Всё-таки книги лучше рассматривать при дневном свете, — ответила Агнес с открытой улыбкой. — А сейчас я могу показать вам только свою спальню.
Она замолчала, ожидая ответа, а Рид мысленно усмехнулся — вот Гектор был бы доволен! Морган знаком с этой женщиной всего-то сутки, но уже умудрился напроситься в гости.
  
— Вы очень прямолинейны, Агнес, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал нейтрально. — Я мало общался с аристократией, но предполагал, что там в чести совсем другие качества.
— Я неправильная аристократка, — засмеялась женщина. — В отличие от большинства титулованных я всегда поддерживала императора в его стремлении принять закон о титулах.
— Почему?
— А как я могу не поддерживать — с такой-то внучкой? — в голосе Агнес прорезалась горечь. — Если бы наше общество было здоровым, никто и не подумал бы травить несчастного ребёнка. Наоборот, ей бы пытались помочь, поддерживали бы. Но Элли не любят везде — и среди аристократии, и нетитулованные, и люди без магии. Не все, разумеется. Но большинство. Император прав — нам необходимо менять наши устои, и я надеюсь, что всё получится. Вы слышали, что скоро появится первый ребёнок, рождённый в смешанном браке между аристократом и нетитулованной? Все ждут, будет у него родовая магия или нет.
— Слышал, — кивнул Морган. — От этого многое зависит, как я понимаю.
— Конечно! — горячо воскликнула Агнес. — Если родовой магии не будет, боюсь, нас ждёт новый виток заговоров и покушений. Но если она будет… значит, Арен победил. И тронет его после этого только если сумасшедший, желающий уничтожить страну. Сами наверняка знаете, насколько императора обожают простой люд и нетитулованные.
— Почти с той же силой, с которой его ненавидят аристократы, — хмыкнул Морган, и Агнес тоже улыбнулась.
— О да! Особенно это чувствовалось в нашем Институте артефакторики. У нас много аристократов, и после Дня Альганны, когда принц Аарон попытался убить императора, сначала была массовая драка, а потом пошли аресты.
— Вас тоже помотали с допросами, наверное?
— Да, но быстро выпустили. Я сначала поклялась в верности императору, а потом уже рассказала всё, что знала о коллегах. Заговорщики ведь и меня тоже пытались завербовать, но быстро поняли, что дело это безнадёжное — я абсолютно законопослушный человек. И знаете, что меня особенно радует? Арестовали, насколько я помню, почти всю комиссию по изучению родовой силы и вместо неё организовали целый новый отдел. Теперь наконец родовую магию начнут изучать всерьёз! И я надеюсь, что феномен «пустышек», как моя Элли, тоже будет разобран.
— Но ведь это совсем другое, — возразил Морган. — Родовая магия — сила крови, а у Элли нет энергетического контура.
— Я думаю, что всё связано, — произнесла Агнес со строгим убеждением. — Поэтому собираюсь участвовать в исследованиях. Правда, мою кандидатуру пока не утвердили, да и отпускать так просто не хотят — всё же у меня важная работа, которую тоже надо кому-то выполнять. Ищу себе сейчас замену.
Айла Велариус замолчала, а затем, покосившись на Моргана, который слушал её рассуждения с большим интересом, рассмеялась и покачала головой.
— А вы ведь меня заболтали! И не ответили толком на вопрос. Впрочем, нет, ответили, но завуалированно. Что ж, хорошо… Придёте в гости в выходной день? Я покажу вам библиотеку.
Будь Агнес менее заинтересованной в нём, Рид обязательно пошутил бы, спросив, стоит ли рассчитывать ещё и на спальню, — но сейчас это было не к месту. Да и постели всё-таки хотелось бы избежать.
— Приду. Но выходной у меня послезавтра.
— Хорошо, — кивнула Агнес. — Буду ждать.
А на прощание, когда они дошли до общежития, она поцеловала Моргана. Совсем не смущаясь, приподнялась и коснулась его губ на одно мгновение — он даже отреагировать никак не успел.
Впрочем, и хорошо. Не отталкивать же её? Но и привечать нельзя.
И сразу появилось дурное предчувствие, что постели избежать всё-таки не получится…
***
Шум в прихожей послышался, когда Каролина уже серьёзно клевала носом. Ещё бы — почти час ночи, а она встала около пяти. Да и на работу ей вновь нужно было к шести утра. Но Моргана очень хотелось дождаться.
Каролина не хотела об этом думать, но она, кажется, умудрилась по нему соскучиться. Поэтому, услышав шорох в прихожей, девушка сразу вскочила с дивана, отбросила в сторону книгу, которую пыталась читать до этого момента, но не продвинулась дальше третьей страницы, и побежала навстречу.
Морган, включивший лишь небольшую настенную лампу, разматывал шарф, задумчиво глядя в пространство перед собой. Но, когда Каролина вошла в прихожую, он перевёл взгляд со стены на девушку, удивлённо улыбнулся и сказал:
— А я думал, ты уже спать легла.
— Хотела тебя дождаться. У меня столько новостей! — выпалила Каролина, испытывая одновременно душевный подъём и какое-то странное расстройство непонятно по какой причине. — Но сначала расскажи, как всё прошло у тебя.
— У меня… — Взгляд Моргана вновь стал задумчивым, и мужчина начал расстёгивать пальто. — Честно говоря, не знаю. Может, Гектор что-нибудь поймёт, если я ему расскажу. Мне самому кажется, что толку от меня в этом деле нет и я уже сделал всё, что мог, когда пытался погадать. Я сейчас провожал Агнес Велариус, мы долго разговаривали, но ничего подозрительного я не услышал.
Агнес.
Точно! Вот откуда расстройство. От Моргана совсем немного, ненавязчиво пахло женскими духами. Запах был приятный, свежий, с нотками горечи, как у грейпфрутов из Корго, — и Каролине он бы непременно понравился, если бы не понимание, чьи это духи.
— Думаешь, она не может быть нашим преступником? — осторожно спросила Каролина, борясь с удушающей ревностью. Хорошо, что Морган на неё в этот момент не смотрел, продолжая раздеваться.
— Понятия не имею. Она увлечённый человек, любит свою работу. И внучку тоже любит, не презирает за отсутствие дара. Поддерживает реформы Арена. В целом я бы сказал, что она хороший человек. Но, видишь ли, Каро… Преступниками бывают не только плохие люди. Спроси у Гектора, он подтвердит. Бывает так, что человеку настолько хочется добиться цели, что становится плевать на средства. И вот на вопрос, может ли у Агнес быть подобная цель, я бы ответил положительно. Она женщина, — Морган отчего-то усмехнулся, — целеустремлённая.
И тут Каролина заметила ещё кое-что, из-за чего совсем расстроилась.
Помада! В уголке губ Моргана остался след чужого поцелуя.
Захотелось сказать какую-нибудь колкость, зло пошутить, чтобы Рид понял — Каролина догадалась, что он не только провожал Агнес до её дома, но и занимался ещё кое-чем. Однако девушка молчала, сжимая зубы и стараясь размеренно, ровно дышать, унимая раздражение.
В этот момент Морган наконец снял ботинки и, встав со скамейки, достал из шкафчика тапки, обулся и произнёс, поглядев на Каролину:
— Что-то случилось? У тебя такое лицо, будто ты злишься.
И она не выдержала — буркнула всё же:
— Умойся, а?
И убежала в гостиную.
***
Стоя перед зеркалом в ванной, Морган понял, отчего у Каролины было настолько напряжённое лицо, а в глазах плескались такие дикие эмоции, что он не сомневался — ещё мгновение, и они выплеснутся на него слезами и громким криком.
И Морган не знал, как к этому относиться.
Зачем он вообще сюда пришёл? Решил же утром, что будет ночевать в комитете, однако пространственный лифт машинально построил в эту квартиру. Даже не задумался, не вспомнил, что хотел избегать Каролину, опасаясь, что все предпринятые им меры предосторожности и многочисленные напоминания — и себе, и девушке — о его статусе не помогут и Морган с Каролиной скоро всё равно окажутся в одной постели.
  
Вот и очередное доказательство того, что девушка неравнодушна к нему. Она откровенно ревнует. И к кому? К Агнес! Впрочем, Каролина, конечно, не подозревает, что, если бы не задание Гектора, Морган к этой женщине в жизни не приблизился бы. Нет, она привлекательная и интересная, но связываться с ней, причём даже ненадолго, отчего-то совсем не хотелось.