Корона тьмы. Сумеречные боги
– Да, в главной соте варили суп. Его там не особенно много, и он не очень вкусен, но, если хотите, можете поесть, если впредь обязуетесь вносить свой вклад в продовольственные запасы.
Ларкин кивнул:
– Мы с удовольствием разделим с вами все, что имеем.
Фрейя предпочла бы продолжать лежать и обниматься с Ларкином, и, несмотря на это, присоединилась к Хранителям и Вэйлину и отправилась на ужин, потому что знала, как важно поддерживать силы. На сегодня это был ее последний пеший переход, а потом Фрейя сможет наконец уснуть. Киран и Зейлан уже были в главной соте, трое Темных из числа людей Хилариуса сидели рядом с ними. Однако Готара, Кори и Фэрроу Фрейя среди людей вокруг котла так и не нашла. Вероятно, Хранители координировали действия людей, которые теперь должны были охранять входы в шахту.
– …мы считаем, что Олдрен теперь – не обычный фейри, а Цернуннос. Он один из пяти богов Иного мира, Бог Смерти, – услышала Фрейя объяснение Кирана, который взобрался на перевернутую тележку, чтобы видеть всех собравшихся. В соте было гораздо больше народу, чем раньше, поэтому девушке пришлось протискиваться мимо людей. На мгновение принцессе показалось, что она снова в Сирадрее, в те минуты, когда ее чуть не раздавила разбегающаяся толпа, но это ощущение мгновенно исчезло, едва Ларкин крепче сжал ее руку и притянул ближе к себе.
– Бог Смерти? – с нескрываемым скептицизмом в голосе повторил Бирстан.
Киран кивнул и пересказал все, что обсуждалось ими в Эвадире. Он объяснил план, согласно которому действовал их отряд, и то, почему в качестве базы были избраны именно Горы Сокровищ. Бирстан и все остальные люди внимательно слушали Кирана, внимая каждому слову и теряясь в решимости его голоса. Казалось, фейри всем сердцем верил в этот план, и ему удалось донести это до людей. Он не только сумел избавить народ от сомнений относительно Олдрена, но и смог привить кое-кому нечто вроде боевого духа. По пещере разнеслись энергичные возгласы слушателей, привлекая еще больше людей из других сот.
Фрейя, хотя и знала уже обо всем этом, услышав слова Кирана, снова почувствовала, как по коже побежали мурашки. Их замысел был безумным и опасным, но по-прежнему оставался единственным выходом. Речь Кирана давала надежду, что все, быть может, и получится, если найдется достаточное количество людей, которые захотят стать Хранителями. А фейри в своей речи как раз подошел к этому вопросу.
– Но для того, чтобы противостоять Цернунносу, нам понадобятся способные мужчины и женщины, готовые сражаться. Не человеческим оружием, а клинком бессмертного Хранителя. Я могу превратить вас и даровать вам дар исцеления, с помощью которого вы сможете продержаться против армии Олдрена дольше.
– А мне казалось, что создавать Хранителей могут только фейри.
Киран скривился:
– Это правда, поэтому не буду скрывать от вас, что я – один из них. Когда-то я был принцем Неблагих и должен был стать королем, но Олддрен предал меня и попытался убить.
По толпе прокатился возмущенный ропот. По сути, Киран был врагом, забравшимся в тыл. Кое-кто в страхе отступил назад, но большинство молчали и слушали: им было любопытно, что еще скажет этот фейри.
– Я знаю, вам всю жизнь говорили, что фейри – злобные существа. Некоторые из нас, такие как Олдрен, и в самом деле являются олицетворением зла. Однако не все мы такие, точно так же, как и не все люди хороши или плохи. Некоторые беженцы приходят, чтобы помочь и присоединиться к вам, другие хотят лишь ограбить, – продолжал Киран. – Я – один из хороших фейри, это я говорю вам, положа руку на сердце. Люди дороги мне не меньше, чем фейри. Я люблю Лаварус, и моя единственная цель – защитить его от угрозы, которая сокрушит все и вся.
В глазах кое-кого из слушателей еще плескался страх, кто-то тревожно озирался, но таких было меньшинство. Взгляды многих выражали решимость и готовность, но, верно, не в последнюю очередь потому, что у этих людей просто не оставалось другого выбора. Они не могли прятаться в шахтах целую вечность. В какой-то момент они соскучатся по солнцу, а может, Олдрен просто найдет их раньше.
– Любой, кто захочет сражаться с нами, более чем приветствуется, – говорил Киран. – Мы подготовим вас, вооружим и обучим как можно лучше в отведенное нам короткое время. Вы станете бессмертными Хранителями и получите новую жизнь, но сначала вы должны защитить ее от Бога Смерти. Мы сможем остановить его только в том случае, если будем держаться вместе.
– А что, если мы не хотим? – спросила молодая женщина, которая держала на руках и нежно качала ребенка. – Мой муж не боец, я не хочу отпускать его на войну, с которой он не вернется.
– Никто не заставляет вас воевать с нами, но подумайте о будущем. Какой жизнью вы будете жить под властью Цернунноса? Действительно ли жизнь в страхе, ужасе и нищете под железным кулаком жестокого Бога лучше смерти? – спросил Киран. Его слова эхом отдавались от стен, и Фрейя была поражена силой и уверенностью, которыми они сопровождались. С каждым днем фейри все чаще и чаще примерял на себя роль лидера, и принцесса задавалась вопросом, сознательно ли Киран делал это или просто так получалось. Во всяком случае, эта роль подходила ему как нельзя лучше. – Если вы не хотите присоединиться к нам, я советую вам бежать. Олдрен сметает все, что встречается на его пути, и рано или поздно найдет дорогу в эти шахты. Бегите на север и покидайте страну, пока можете. Здесь вас ждет только жизнь или смерть раба.
– Я ни за что не останусь, чтобы меня закололи, как скотину! – крикнул молодой человек из задних рядов. – Если Олдрен действительно Бог, я не хочу находиться рядом с ним!
– И я!
– Я тоже!
Разразился переполох, и некоторые люди начали лихорадочно паковать свои вещи. Другие остались на месте, наблюдая за происходящим. Третьи выжидающе смотрели на Бирстана, который стал своего рода лидером группы, и, казалось, ждали его решения.
– Я останусь и буду сражаться, и если для этого необходимо стать Хранителем – что ж, так тому и быть. Если Цернуннос думает, что мы пойдем за ним, как вьючный скот, даже не пикнув, то он ошибается, – твердо сказал Бирстан.
– Я тоже, – подал голос Казимир. – Я не позволю ему победить без боя. Я хочу вернуться в свой город, в свою хижину и заниматься любимым делом.
Фрейя не знала, о какой любимом деле говорил в этот момент мужчина – об алхимии или о живописи, но это было не важно. Важно было то, что появлялось все больше и больше людей, которые принимали решение остаться и поддерживали их. Этих желающих пока было далеко не достаточно, их совсем нельзя было назвать армией, и все же этих людей было намного больше, чем сегодня утром. И только это имело значение.
Глава 54 – Ларкин– Лагерь Цернунноса —
Глядя на небо, Ларкин проклинал полные луны, свет которых освещал темноту ночи. Если бы время не имело решающего значения и если бы угроза Олдрена не была настолько всеобъемлющей, они дождались бы убывания лун, но в сложившихся условиях просто не могли себе этого позволить. С тех пор как они покинули Горы Сокровищ, чтобы похитить из вражеского лагеря кузнецов, минуло уже два дня и две ночи. Сегодня была третья ночь, и они наконец решились нанести удар.