Арасия. Возвращение

– Мы можем снарядить двухтысячную армию за несколько недель, Повелитель. Денег более чем достаточно, ваш образ жизни весьма скромен, – промурлыкал Хранитель Золота.
– Воины Создателя готовы выступить в любую минуту, – поддержал Хранитель Веры.
– Воины Создателя, – фыркнул Хранитель Мира. – Сотня храбрецов в золотых доспехах…
– Хватит! – не сдержался Нисам и взглянул на Хранителя Секретов. – Ламарцы столько лет не высовывали носа. Что изменилось? Давно ли потеряли интерес к междоусобицам? И чего выжидают? Когда планируют выступать?
Тот взмахнул рукой:
– Со всем уважением, Повелитель, но Пресветлый прав. Они дикари. Уверен, им нет до нас дела. Все окажется очередной междоусобицей. У границ самые плодородные земли в Ламарии – лакомый кусочек. И они не планируют. Они ждут. Затмения… Знамения….
Кто-то хмыкнул, пытаясь подавить смешок, Хранитель Секретов невольно улыбнулся:
– Явления… Только Создатель ведает, чего еще. Болтают, что черный пегас возвестил…
Нисам грохнул кулаком по столу и смел все, что лежало перед ним. Блюдо с фруктами, кубки, шкатулка – все полетело на пол. Разноцветные фигурки рассыпались, смешавшись в одну разномастную армию. Лишь меч развернулся рукоятью к королю, но удержался. Не глядя на советников, что застыли в креслах, король поднял его и вернул обратно в ножны, наплевав на традиции. Уставился в пустоту перед собой.
Черный пегас…
Нет, не армия варваров пугала его.
И уж тем более не эта свора самоуверенных кретинов, что не видит дальше своего носа. И это Королевский Совет! Но они и не смогут иначе – пусть прошло много лет, но волшебство не утратило силы – Сагус был величайшим чародеем.
Короля пугало, что забытые предания вдруг начали оживать. И только он один это видит. Ирония же была в том, что этого он и добивался когда-то.
Нисам посмотрел на Хранителя Секретов и негромко произнес:
– Мне нужны ясные сведения.
Тот выпрямился и покорно склонил голову.
– И быстро, – добавил король.
Хранитель секретов медленно встал из-за стола, взял меч, поклонился. Нисам ждал, разглядывая рубин на рукояти своего меча. Лишь когда советник вышел из комнаты, он поднял голову, откинулся в кресле, обвел взглядом притихших советников и недовольным голосом объявил:
– Вы все тоже свободны.
Советники неспешно потянулись к выходу, словно ожидая, что король передумает и прикажет вернуться обратно. Но тот молчал. Так и сидел, развалившись в кресле и мрачно наблюдая, как пустеет его кабинет. Это быстро надоело, и Нисам прикрыл глаза.
Как всегда после вспышки гнева накатила апатия и слабость. Зря он остался в Кастельтерне, лишь впустую потратил утро. Надо было наплевать на Совет и поехать с детьми на охоту. Гоняться за зверьем он не любил, и не понимал того азарта и удовольствия, что испытывал во время охоты Кирс и другие. Но вот сам лес… Нисам вдруг отчетливо представил, как сейчас там, в летнем лесу, как шумят над головой деревья, как гукают дикие горлицы, как серебрятся в воздухе те редкие солнечные лучи, что умудряются пробиться сквозь густую листву. Даже почувствовал запах теплой земли и зелени… Тряхнул головой, чтобы прогнать видение. Очень захотелось снять корону, чтобы взъерошить густые волосы, рука взлетела, да так и замерла – в комнате раздалось тихое покашливание.
Нисам открыл глаза.
– Термий… Ты еще здесь…
Хранитель Короны на миг склонил голову и внимательно взглянул на короля:
– Ты устал, – констатировал он.
Нисам подался вперед, поставил локти на стол и уткнулся носом в переплетенные пальцы:
– Снова предложишь плюнуть на все и затеряться на пару дней в Доме Утех?
– А ты согласишься?
Нисам лишь усмехнулся в ответ.
– Вот я и не предлагаю, – развел руками Термий.
Нисам кивнул, давая понять, что это правильное решение. А взгляд невольно задержался на большом портрете королевы Густы, что висел напротив. Интересно, найдется ли в Кастельтерне хоть одна душа, которая не верит, что по ночам он тайком заманивает в спальню смазливых служанок. Будет обидно, если нет. Не то, чтобы король старался создать образ аскета и праведника. Когда-то он дал другой обет и теперь боялся его нарушить. Тот обет потерял всякий смысл, но Нисам цеплялся за него, как за утопающий за соломинку – слишком много натворил, и теперь казалось, что обет – единственное, что удерживает от полного безумия.
– Ты ведь не веришь, что она жива? – спросил Термий, поймав его взгляд. – Пятнадцать лет прошло…
Король вздохнул и покачал головой. Не в вере дело. Он знал, что Густа давно мертва. Пусть он не видел ее тела, не хоронил ее, но знал. Как и то, что Густа не пропадала, и никто ее не похищал, как объявили. Она ушла. Сама. Наверное, узнала о чем-то. Он хорошо помнил те последние дни. Она переменилась вдруг, словно что-то сгорело в ней вместе с телом сестры. Как знать, о чем они успели поговорить в тот день. Теперь это не важно. Что бы ни произошло тогда, если бы Густа была жива, она вернулась бы после того последнего колдовства. Не могла не вернуться, чтобы не взбрело в ее голову. Но этого так и не случилось. И это означало только одно – Густа погибла. Нисам так хотел уберечь и ее, и сына. Только это и было целью. Не вышло.
– Зачем остался? – спросил король, меняя тему.
– Подумал, ты захочешь поговорить. – Термий вернулся к столу, подобрал один из опрокинутых кубков и плеснул в него вина.
– Налей и мне.
Нисам встал из-за стола, отшвырнул ногой лежащую на пути шкатулку, взял протянутый кубок и вышел из кабинета на открытую террасу, не глядя на советника, ничего не говоря ему. Знал, что тот последует за ним.
День выдался солнечным, и по террасе гулял теплый ветерок. Нисам прошел на просторный балкон, встал у самых перил и задумчиво оглядел простиравшийся перед ним город: терракотовые крыши, редкие высокие башни.
Отхлебнул вина.
Было необыкновенно тихо. Где-то там, внизу, шумел рынок, торговцы перекрикивали друг друга, нахваливая товар, брички грохотали о камни мостовой, а за городскими стенами стучали десятки молотков – там заканчивали возводить арену для турнира в честь дня рождения принца. Но сюда, на королевский балкон, не долетал ни один звук, и город казался спящим.
– Что с турниром? – спросил Нисам, попивая вино и глядя, как вокруг одной из городских башен кружит белоснежный пегас. Он то взмахивал крыльями, поднимаясь выше, то плавно скользил вниз, и, когда казалось, что вот-вот заденет копытами крыши домов, снова взмывал обратно вверх, выше башен.
– Я лишь Хранитель Короны, – напомнил Термий. – О приготовлениях к празднику лучше говорить с Хранителем Золота.
– А я думал, ты прекрасно осведомлен обо всем, что происходит в королевстве. И даже за его пределами, – припомнил Нисам недавний спор за столом.