"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Заткнись, ради бога, хотя бы на сейчас. Давай с мордобоем разберемся, а потом глумись, сколько хочешь. — Так же тихо ответил я другу.
Хотя, скажу честно, с этого «Лёши» тоже знатно офигел. Деева меня в лучшие-то времена никогда так не называла. А тут…
— Ты вообще молчи! — рявкнул Толкач на Наташку.
Но тут же, к своему счастью, переключился обратно на меня. Знаете, почему к счастью? Потому что он просто не в курсе, что с Деевой так разговаривать нежелательно. Она ведь и разозлиться может. А злая Деева, это очень, очень поганое явление. Продолжи Витя орать на старосту, боюсь, драка неизбежно произошла бы, но с другими участниками в главных ролях. И скорее всего, это даже была бы не драка, а избиение. Избиение Толкачева Наташкой.
  
— Ну что, Петров? Думал, я стерплю? — Выплюнул Витя в мою сторону ядовитую слюну своей злости. — Ну ничего… Ничего. Сейчас разберемся.
Он несколько раз подпрыгнул на месте, потряс руками, разминая плечи, и сделал несколько выпадов, как боксер, готовящийся к поединку. Смотрелось это неимоверно нелепо, особенно на контрасте с Витиным лицом, которое опухало буквально на наших глазах еще больше. Есть ощущение, что у Толкачева — аллергия на котов. Вернее, на их когти.
Хотя, с другой стороны, смех смехом, а после кошек реально остаются очень болезненные раны. Видимо, на лице кожа более нежная у Вити, поэтому теперь оно и начало воспаляться.
Я боковым зрением заметил, как в ответ на прыжки и кривляния Толкачева, Макс с Ермаковым одновременно шагнули вперед, готовые вступить в бой, если остальные «монастырские» попробуют вмешаться.
Вообще, надо признать, в числовом эквиваленте мы проигрывали. Нас было всего пятеро: я, Макс, Ермаков, Демид и Строганов, который продолжал обниматься с тортом. Деда и младшенького, естественно, не считаю.
«Монастырские» же выстроились в рядок из семи человек, и это не считая Толкачева. То есть по факту — пять против восьмерых. Плюс тот факт, что противник поголовно был на два года старше нас, а соответственно смотрелись дружки Вити выше и крепче.
— Да е-мое… — Протянул я, покачав головой. — Витя, гадом буду, не хочу драться.
— Говорю же, зассал. — Усмехнулся Толкачев и громко гыгыкнул.
Его смешок моментально поддержали товарищи, выстроившиеся за Витиной спиной.
Тут даже дед Иван, отбросив свою показную залихватскую дурковатость, посерьезнел и сжал кулаки, неодобрительно глядя на Толкача. Илюха вместо того, чтоб как нормальный ребенок испуганно спрятался за деда, насупился и сделал маленький шажок вперед. При этом братец с таким выражением лица оглянулся по сторонам, что стало понятно, он планирует принять участие у заварушке. Илюша искал взглядом палку или любое другое оружие, пригодное для потасовки.
— Забери Илюшу и ждите нас тут. — Бросил я Наташке сквозь зубы.
Потом повернулся к деду, посмотрел на него серьёзно и коротко сказал:
— Мне надо.
Дед мою фразу сразу понял. На самом деле это была просьба не вмешиваться. Все-таки родственник — взрослый человек, а все взрослые люди имеют тенденцию противиться дракам. Однако, не в нашем случае. Недооценил я деда.
— Конечно, Алексей. — Кивнул он с серьёзным видом. — Мужские вопросы это дело важное и нужное. Нельзя спуску давать тому, кто тебя задевает. Идите вон, за угол. Или куда там предлагал юноша. А мы пока концерт поглядим.
Честно говоря, меня такая искренняя вера деда в мою молодецкую удаль даже тронула. Он ни капли не сомневался, что победителем из этой схватки брутальных самцов выйду именно я.
— Слушайте, ребят, ну давайте без этого? — Сделала еще одну попытку Наташка.
Она, в отличие от деда, в меня, наверное, тоже верила, но у Деевой уже имелся опыт ситуаций, которые были похожи на эту. Драка, разборки и пацанские дела, которые очень быстро обретали вид легкого коллективного сумасшествия.
— Алексей… — Деева тронула меня за руку. — Не надо. Нам проблемы не нужны.
— Они у Петрова уже есть! — выкрикнул Толкач, а потом вообще вдруг повел себя, как минимум, очень некрасиво.
Так понимаю, его накрыл приступ бешенства из-за того, что Наташка взяла меня за руку и попыталась отговорить от драки. Меня, а не его.
Поэтому Витя, не говоря больше ни слова, рванул ко мне, выбрасывая кулак вперед. Естественно, конкретно в этот момент я к удару был не готов. Мы так-то должны были отойти за павильон шахматного клуба, и уже там, по договорённости, вступить, так сказать, в бой за благосклонность дамы. По крайней мере для Толкачева вся ситуация носила именно такой характер.
Удар пришелся мне в скулу. Это было неожиданно и довольно сильно. Голова мотнулась, в глазах на секунду потемнело. Я отшатнулся назад, споткнувшись о чьи-то ноги. По-моему, это был Демид.
— Ах ты!.. — Вырвалось у меня.
Злость мгновенно смыла остатки благоразумия.
Пока Толкач замахивался для второго удара, я шагнул вперед и ударил сам — резко, прямо в его расцарапанную физиономию. Толкач охнул и отшатнулся, прижимая руку к носу, откуда, кажется, потекла кровь.
Чисто теоретически драка должна была закончится именно в этот момент. Была же договорённость до первой крови. Но…
«Монастырские», увидев, что Витя размазывает по лицу сопли в перемешку с кровью, тут же кинулись вперед. В один момент благополучно забылись и договорённости, и тот факт, что мы стояли прямо возле «клетки» на виду у всех и в любой момент здесь могли объявится либо менты, либо дружинники.
Другой вопрос, что окружающим не было до нас никакого дела. На сцене появился Юра Клинских с парнями, и все внимание зрителей было обращено на него.
Музыка ударила по ушам, создавая сумасшедший драйв, который поддерживали крики благодарных зрителей. Толпа подпевала, прыгала и ревела. Энергетика была почти осязаемой, грубой, настоящей. Идеальный саундтрек к тому, что происходило в нашем скромном уголке.
Макс и Ермаков рванули навстречу «монастырским» первыми. Тут же, с задержкой в одну секунду из-за моей спины выскочил и Демид. Завязалась короткая, сумбурная потасовка.
Строганов, не желая оставаться в стороне, вскочил с лавочки, на бегу сунул свой драгоценный торт деду в руки, и сразу вклинился в кучу-малу, образовавшуюся возле нас с Толкачевым.
Наташка пыталась оттащить одного из «монастырских», дед Иван ловко поставлял подножку врагу, который по роковому стечению обстоятельств оказывался рядом с ним. При этом родственник ухитрился оттолкнуть в сторону Илюшу и рявкнуть на него так, что младшенький скромно присел на ту самую лавочку, где только что обнимался с тортом Серёга. Это было реально впечатляюще.
Во-первых, я и подумать не мог, что дед на такое способен. Хотя теперь становится понятным, как он выжил в компании Людмилы Владленовны. Просто та — откровенная стерва, а дед имеет глубоко скрытые таланты. Во-вторых, я и не знал, что Илюшу вообще можно успокоить одной короткой фразой.
Но главное происходило между мной и Толкачем. Он снова полез на меня, уже не пытаясь бить чисто, точечно, а просто размахивая кулаками. Пару ударов я заблокировал, один скользнул по плечу.
Часть зрителей, которая была ближе всего к нам, заметив драку, моментально образовала полукруг возле нашей компашки. В основном это были подростки. Причем, с разных районов. Я мельком успел заметить и наших, «ваёвских», и «чижовских», и «песчановских». Со всех сторон раздавались крики, кто-то свистел, кто-то просто орал. И все это поддерживала бодрая музыка будущего «Сектора газа».
Я чувствовал адреналин, пульсирующий в ушах. Мы сцепились, пытаясь повалить друг друга. Он был крепким, но я был злее. Хотелось навешать Вите люлей за подлый первый удар, за испорченный вечер, за его безмерную глупость и совершенно идиотскую ревность.
  
Толкач попытался схватить меня за волосы, что совсем уже не соответствовало «пацанскому» поведению. Однако я вывернулся и снова нанес удар, в этот раз с подсечкой. Толкачев, не удержавшись на ногах, рухнул прямо на колени. Правда, тут же вскочил, тяжело дыша и размазывая кровь по лицу. Вот тогда-то я и поймал момент. Витя был открыт. Я вложил всю злость в один короткий, точный удар правой в челюсть.