"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

- Спрашивайте, - с обречённым видом сказал я.
Пообщались ещё с полчаса, и дальше к отцу. Пообещал генералу чем могу, помочь, тут уже острая нехватка всего была, патронов тоже. Некоторые из отчаянных, ночами ползали к убитым на ничейной земли и собирали патроны, винтовки. Японцев их же оружием уже били. В общем, дело серьёзное. Тут кончено генерал немного приукрасил, ещё есть запасы, имеется на что вести оборону, но надолго действительно не хватит. И по поводу ничейной земли, то воевать стараются цивилизованно, объявляя время перемирия, и выносят тела павших. Я же сообщил, что японцы последние силы кидают, скоро воевать нечем и некем будет. Они отчаянно молятся чтобы Порт-Артур капитулировал. И через агентов пересылают деньги предателям, чтобы стояли на этом, уговаривали сдаться. Генерал послушал, покивал, за помощь поблагодарил. На этом и отпустил. Отец в госпитале, в землянке для офицеров, там навестил его, с вещмешком. Вкусняшки выдал, бутылку красного вина, после потери крови необходимо. Потом довольно долго и степенно описывал как дела у матушки и сестричек. Тому скучно, общались, новости рассказывал. Про офицерский суд чести тот в курсе, клоунадой его назвал. Кстати, многие офицеры также считали.
  
Действительно, суд скорее политический, обычно за подобное ай-яй-яй делали. Ну не соответствовала кара за прегрешение. Однако там наместник решал, и он продавил своё решение. А тут отцу свою версию событий описал. Похмурился, но вздохнул, мол, ты уж взрослый, сам решай. Так что нормально пообщались. Я тут же и поспал до вечера, врачи койку выделили в своей землянке. Я их тоже подкормил. В городе ещё не так голодно, китайцы помогают, на джонках возят, но нехватка всего скоро ощутится. Ну а дальше занялся тем что хотел, покидал на лодочке город, перебираясь в тылы японцев. Это кстати изрядно времени занимало, сутки, иногда двое, чтобы уйти в тыл к противнику и столько же чтобы вернуться, поэтому меня не бывало в городе шесть-семь дней. Там бил обозы и тылы японской армии, что пыталась взять Порт-Артур. Даже один раз обстрелял штаб японской армии, с ранеными и убитыми. Что порадовало, среди поражённых были двое в форме офицеров британской армии. Советники. В общем, набирал хабара и возвращался, передавая в дивизию. У меня хранилище полторы тонны. Тонна, занята важными и необходимыми мне вещами, а пятьсот килограмм свободно. Их я добычей и заполнял. Патроны, иногда мешки с рисом, в госпиталь его передавал, овощи. Не думайте, что моя такая помощь - это мелочь. Для начала никаких каждодневных штурмов. Раз в три дня, четыре, бывает неделю затишье, японцы силы копят, подвозят боепитание, потом штурм. После него долго раны зализывают. Я успевал сделать запас патронов к пулемётам, было чем отбиваться. Правда и японцы, когда я начал кошмарить их тылы и те серьёзные потери нести, кавалерию задействовали, я и её бил. Хотя больше от неё бегал и скрывался. Сделал маскхалат под местность и под ним прятался. В десяти метрах проезжали и не видели. Так два месяца полетело, конец декабря был. Японцы так серьёзных успехов и не добились.
Я неплохо так помогал нашим, да и тылы японцам серьёзно расстроил, уже несколько благодарностей получил от Кондратенко. Я ведь и разведанные о силах японских войск приносил, и пленных, особенно офицеров. Пару раз удавалось взять. Кстати, меня оформили вольнонаёмным охотником в штаб дивизии. И зарплату небольшую платили. Даже как-то захватил двенадцать пулемётов в обозе, это в середине ноября было. Десять «Гочкисс», и два британских пулемета, копия «Максима», под их патрон. Они в обозе тоже были. В три приёма пулемёты и патроны к ним нашим отправил. При одном отчаянном штурме, где японцы явно всё поставили на успех, те серьёзно пригодились. Отбились. Как-то в очередном обозе взял медикаменты. Часть спрятал, привычно, остальное отнёс нашим. В этом тоже сильная нужда была. Потом в два приёма остальное. В такие моменты японцев не бил, переноской занимался. Обычно трое суток отсутствовал, возвращаясь с трофеями. Лекарства к слову на английском языке были. Правда, с обозами пришлось заканчивать, их серьёзно охранять стали. И охрану не снимешь ножом, подчасики появились. И вообще не стоит думать, что я прям так разорял тылы японцев. Я один и без магии, случайную пулю схватить, тут шансы очень высоки. Я тщательно подбирал каждую цель для нападения или обстрела. Иногда из десяти, девять приходилось отпускать, а десятую бить. Тут основная важность не столько противника побить, пусть и были заманчивые цели, а как потом сам уйдёшь. И только от этого, если есть все шансы благополучно уйти, я и перехватывал кого. Пару раз обстрелял, хорошо так проредил пополнение, маршевые роты. А с обозами, где по-пластунски подползти и пошарить внутри, то я не один этим занимался. Пару раз в буквальном смысле столкнулся с хунхузами. Тем же занимались. Ножами их отработал. Так что я работал по тылам, но с осторожностью, поэтому за два месяца даже без ранений обошёлся, и потери им нанёс.
Отец встал на ноги. И к середине декабря вернулся к службе. В штабе его не оставили, потери офицеров дикие, тот принял один из батальонов в первой бригаде дивизии, командуя. Я ему лично подкинул пару пулемётов для усиления и патронов к ним. Хотя это оружие чуть не лично Кондратенко распределял. Кстати, тут пулемёты, это не пехотное оружие, хотя в методичках я на это указал, они относились к артиллерии, и ими управляли артиллеристы. Только в середине октября, Кондратенко своим приказом вывел пулемёты из подчинения артиллеристов и переедал в пехотные части. Кстати, многие считали этот приказ правильным. Одобряли. Меньшинство были против, но на то они и меньшинство. Вроде всё неплохо, я вчера вернулся, свежую добычу передал, патроны и овощи, последние уже не в госпиталь, интенданту дивизии. Цинга пошла. Я посоветовал есть сырую рыбу, хорошее средство от цинги. А сидел и занимался написанием рапорта, с описанием свежих сведений по японским тылам, когда ко мне в комнату, это землянка была, зашёл генерал. Его недавно ранили, рука перевязана, но ранение лёгкое, тот продолжал командовать обороной. Подойдя к столу, генерал постоял, покачиваюсь в до блеска начищенных сапогах, с носков на пятки, и спросил:
- В курсе, что к нам из Владивостока миноносец пришёл?
- Главная новость в Порт-Артуре, - кивнул я, разгибая затёкшую шею и спину, два часа уже пишу. - Сразу узнал, как вернулся в город.
- И среди прочего приказ мне лично. Арестовать тебя, и срочно, тем же миноносцем, доставить во Владивосток. За подписью наместника.
- Да он достал уже. Чего он такой влюблённый? Если что, я по девушкам.
- Знаю, постоянно в корейский квартал бегаешь. Есть у тебя там кто-то, мне уже доложили. Ты не о том думаешь. Мне приказ выполнить нужно.
- Это я понял, но раз зашли и рассказали, у вас есть что мне предложить.
- Мне не нравиться что происходит вокруг тебя. И формулировка в приказе, «за дезертирство во время войны». Это как? Выше моего понимания. Приказ я прочитаю через два часа. Тебе хватит этого времени?
- Хватит, - хмыкнул я.
Генерал меня конечно удивил, и тем что закроет глаза на уход, и тем что в приказе было. Я сам в недоумении. Какое дезертирство? Меня чин отобрали и из флота уволили. Знаете, не совсем понимаю, что происходит. Похоже вокруг меня какие-то игры идут, не политика ли замешена? И я в них пешка, причём бессловесная. А это бесит. Похоже Алексеев заигрался. Всё, сваливаю из города, и навещаю его. Пора тому Святому Павлу представиться. Или кто там на воротах в Рай сидит? Хотя Алексееву скорее в Ад надо, это же по его наущению и действиям война эта началась. И я ему эту дорожку обеспечу. Я уже по сути закончил, так что поставил подпись, и вскоре покинул штаб дивизии. А там и затерялся в корейском квартале. Тут искать меня могут до второго пришествия. Я к своей любовнице двинул. Хотя неправильно сказал. Мию, я выкупил у её родителей, красотка шестнадцати лет, с ними она и жила, пока я отсутствовал. Моя наложница. Так что, когда стемнело, забрал ту с собой, девушка с узелком со мной. Сначала долго по берегу шли, дальше лодочку достал. В тихой бухте. Море волнуется, бушует, но это не помешало нам уйти из города.