"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)
— Разный, — откликнулась я. Руки Альмира двинулись к животу, и я вдруг с ужасом подумала, что сейчас он прикоснется ко мне там, где не имеет права касаться.
— И вы, разумеется, не наследница бури, — ладони неторопливо передвигались по ногам к коленям, и я вздохнула с облегчением.
— Не наследница… — выдохнула я. По телу словно разливалась волна теплого меда, настолько неуместная здесь и сейчас, что это было попросту жутко. Альмир взял меня за щиколотки и развел ноги в стороны. Мне казалось, что я сейчас умру от стыда.
— И магии в вас нет, — промолвил он с каким-то сытым удовлетворением. Теперь его руки плыли от щиколоток к коленям, а потом мягкий жар потек по внутренней стороне бедра, и я с ужасом поняла, что между ног стало горячо и влажно. Воздух скомкался в легких, и на мгновение я перестала дышать.
— Сложная ситуация, — признался Альмир. Его рука почти невесомо скользнула вперед и вверх, не задевая моей кожи, и колдун довольно произнес: — А пыли много, очень много. Вот, взгляните-ка.
И он продемонстрировал мне свои руки, облепленные светящейся жемчужной пыльцой. Почему-то при взгляде на нее у меня внутри все сжалось, будто бы тело каким-то образом поняло, что чудом избежало беды. Альмир дунул, и пыльца рассеялась.
— Ловко, — сказала я просто ради того, чтобы что-то сказать и скрыть свою неловкость и испуг. Колдун отдал мне поклон и хлопнул в ладоши. Зашуршала на полу одежда, ее раскроенные лепестки взлетели вверх, и через несколько мгновений я была полностью одета.
Я торопливо спустилась со стола и нервно поправила шнуровку корсета. Внутри у меня все горело. Я давным-давно не была невинной девушкой, но боже мой, это было просто невыносимо. Альмир оценивающе смотрел на меня, и я вдруг прекрасно поняла Бекингема, уверявшего, что его хозяин чудовище.
Он действительно был чудовищем. Бесстыжим, бессовестным монстром.
— Вам, должно быть, приятно было меня срамить, — негромко выдохнула я. Щеки до сих пор пламенели, а тело никак не могло избавиться от ощущения чужих прикосновений. Альмир неопределенно пожал плечами.
— Вы бы погибли, если б я не стер эту пыльцу, — ответил он вполне дружелюбно.
— А я могу вам верить? — моя интонация получилась достаточно хлесткой, чтобы ноздри Альмира дрогнули. Не удержал-таки маски равнодушия.
— По-вашему, у меня баб нет?
— Откуда им взяться?
Альмир мягко улыбнулся, и я вдруг испугалась, что он сейчас меня ударит. В этом мире со строптивыми женщинами не церемонятся, жаль, что я успела забыть об этом. Но в это время откуда-то снаружи раздался звонкий голос рога, и напряжение спало.
— Принц возвращается, — объяснил колдун и подхватил с пола свой халат. — Идите к Бекингему.
Человек-баран по привычке ждал меня снаружи. Я захлопнула дверь и наконец-то дала волю слезам. Бекингем обнял меня, я уткнулась лицом в его плечо и подумала, что отдала бы все-все-все, чтобы вернуться домой, в скучный мир сотовой связи и пластиковых окон.
Вот только мне нечего было отдать.
* * *Бекингем отвел меня в крохотную каморку где-то в подземельях и приказал сидеть тихо и носа не высовывать. Неясно было, знает ли принц о происшествии с Вельдмаром, и до поры до времени мне надо было не отсвечивать.
— Я за вами приду, — пообещал Бекингем и в очередной раз заверил: — Ничего не бойтесь, все будет хорошо.
Он вышел, и я услышала, как в замке поворачивается ключ.
Убогую обстановку моего нового обиталища составляла продавленная кровать, прикрытая клетчатым пледом, да колченогий стул. Плед давным-давно был проеден молью, а стул качался. Я со вздохом вытянулась на жалобно заскрипевшей кровати и подумала, что еще вчера утром была дома, завтракала салатом и куриной грудкой, обильно политыми слезами, и вот теперь…
Я вдруг обнаружила, что еще ни разу не вспомнила про Антона.
Антон был моим свежеиспеченным бывшим. Мы расстались банально: я приехала к нему раньше, чем обещала, открыла дверь своим ключом и обнаружила милого в постели с какой-то крашеной овцой. И было это позавчера днем. Вот что сделает нормальный мужик, которого застанут в такой ситуации? Попросит прощения, скажете вы? Ну конечно. Антон слез с крашеной овцы и пинками выставил меня из квартиры.
— Коза тупая! — бросил он мне в спину. Да, похоже, он неплохо разбирался в животных. Крашеная — овца. Я — коза.
Короче, я проревела весь вечер и все утро. На работе как-то сумела отвлечься, а сейчас вдруг поняла, что наши отношения с Антоном отодвинулись настолько далеко, что и не разглядеть. Словно это была не реальность, а фильм — посмотрел, да и забыл.
Откуда-то донеслись голоса, звон посуды и просто непередаваемый аромат съестного. Похоже, принц Герберт устроил пир горой, а мимо моей каморки пронесли яства. Вспомнив о том, что завтрак был давным-давно, я угрюмо потерла живот и внезапно подумала: пир — это хорошо. А что если следующим номером программы будет вызывание бури? Или, например, порка мерзавки, из-за которой лучший друг принца схлопотал сотрясение мозга…
— Да какое там… — пробормотала я. — Были бы мозги — было бы сотрясение.
В замке заворочался ключ, и в каморку заглянул Бекингем. Чисто выбритый, с иголочки одетый, он выглядел настоящим джентльменом.
— Идемте, миледи, — позвал он. — Сначала я представлю вас его высочеству и расскажу о наших приключениях. А потом поужинаем на славу.
— Вы уже отдали ему заключение судьи? — спросила я, быстро шагая за Бекингемом по коридору. Человек-баран кивнул.
— Разумеется. Принц, конечно, не обрадовался… Кстати, Вельдмара привезли около часа назад, но он еще плох. Вряд ли появится на пиру.
Я вздохнула с облегчением. Хватит с меня и того, что на пиру наверняка будет колдун его высочества. Почему-то при мысли о нем меня охватывала странная простудная дрожь.
Мы долго шли по коридорам, спускались и поднимались по лестницам, и передо мной открывалась то караульная, где солдаты чистили оружие, то кухня в пару и дыму, то огромный гулкий зал с камином и темными портретами на стенах. Замок был невероятно интересным местом, и я надеялась, что у меня получится погулять тут вволю и все осмотреть уже спокойно. Наконец, я услышала музыку, шум голосов и звон посуды, и Бекингем ввел меня в просторный пиршественный зал.
Похоже, принц Герберт был человеком простых нравов и обедал не только со своим двором, но и с челядью. Его высочество, краснолицый светловолосый толстяк с причудливо выстриженной бородкой, восседал за особым столом на возвышении, так, чтобы видеть всех гостей. Чопорная дама в рыжем парике и с декольте чуть ли не до пупка, сидевшая рядом с принцем, сосредоточенно обгладывала куриную ножку, манерно отставив мизинец. Шум в зале и пестрые одеяния людей за столом на какое-то время сбили меня с толку. Я опомнилась только тогда, когда Бекингем вывел меня к столу принца и легонько толкнул в спину.
Я низко поклонилась. Принц посмотрел на меня с веселым добродушием и спросил:
— Ну, Бекингем, расскажите нам про это чудо. Говорят, у вас были удивительные приключения.
Звон посуды и голоса стихли. Собравшиеся приготовились слушать. Я робко посмотрела по сторонам. Все эти люди, и знать в пышных камзолах, и слуги в затрапезе, таращились на меня, как на диковинное животное.
Да ведь я и была для них диковинкой. Вещью.
Бекингем откашлялся и заговорил:
— Наследница бури была куплена на невольничьем рынке Ливенгорта. При покупке она полностью показала свои таланты, — он вынул из внутреннего кармана камзола свиток с большой белой печатью и аккуратно положил перед принцем. — Наследница оказалась строптивой и с характером. Она трижды пыталась сбежать, а одного из людей Вельдмара поразила молнией.
Дама в рыжем парике отложила косточку и оценивающе посмотрела в мою сторону.
— Тощая какая-то, — заметила она с таким видом, словно пыталась изничтожить конкурентку. Я вспомнила, как Бекингем говорил о любви принца к женскому полу и невольно поежилась.