Профессор магии на полставки (СИ)
Если они ещё не заметят мою подсказку, то я даже не представляю, как их дальше учить. Разве что в самом деле в Аномалию отправлять, чтобы быстрее доходило.
Благо мои сомнения быстро развеялись. Спустя две минуты ко мне снова подошел Алеев.
— Приняли решение? — спросил я, сложив руки на груди.
— Да. Теперь мы выбираем магию исцеления.
— Правильный выбор. Со второго раза конечно, но всё же, — довольно улыбнулся я, как и все остальные студенты. Что ж, пусть радуются своей маленькой победе. С небес на землю я их в первый раз спустил, теперь пусть чуть погордятся собой. Угробить их самооценку в ноль я не собирался. Правда я всё равно подготовил для них неприятный сюрприз. — У вас десять секунд. Девять. Восемь…
Ситуация повторилась как и в первый раз. Все они заняли свои места, и чересчур расслабились, потеряв бдительность. Решили, что победа у них в кармане. Очень зря. Я же им прямо сказал воспринимать меня как врага.
Как только прозвучал сигнал к старту, воины даже не сдвинулись с места. Должно быть подумали, что я сдамся. У магии исцеления ведь нет атакующих плетений, да и как ею можно навредить? Разве что целенаправленно навредить и неправильно залечить раны. Что ж, им пора привыкнуть, что магия многогранна, а то так и будут дальше сковывать себя рамками.
Не дожидаясь, пока они меня атакуют, я активировал то же самое плетение, что использовал до этого. Только если до этого оно предназначалось для лечения, то теперь…
— Какого чёрта?
— Что происходит?
— Почему я не двигаюсь⁈
Голоса студентов быстро превратились в какофонию звуков. Все ученики практически одновременно упали на пол, и та же остановка времени Волкова, как и его пространственная магия, не помогли спасти ситуацию.
— Первое. Это называется «Исцеляющий паралич». Им пользуются целители, чтобы обездвижить пациента. Бьющегося в конвульсиях человека тяжелее лечить, чем спокойно лежачего, — объяснил я студентам происходящее. — Только если слегка изменить структуру плетений, то польза от лечения будет минимальной. Зато действие паралича вы можете ощутить на себе, — убедившись, что никто больше не нападёт, я щёлкнул пальцами и развеял плетение.
Студенты быстро поднялись на ноги, но все как один выглядели понуро, за исключением Алеева. Тот наоборот, будто пуще прежнего загорелся меня победить. Это что ж его так мотает эмоционально? Странный какой.
— А второе? — услышал я голос Артёма. Вот уж кто из студентов был немногословен, но говорил по делу.
— Второе — я сказал, что выступаю в качестве врага. Словам врага верить никогда нельзя. А теперь продолжаем тренировку. С таким анализом ситуации вы на турнире своих однокурсников в жизни не победите. Даю двадцать минут, чтобы вы поняли свои ошибки. Параллельно будете бегать по площадке. Те, у кого спецтренировка, будут это делать под давлением моей ауры, чтобы им жизнь мёдом не казалась. Вперёд!
* * *Даже не знаю, кто по окончании занятий больше вымотался, я или студенты. С одной стороны, во мне играл азарт сделать их сильнее, чтобы они ошарашили всех на турнире. С другой — так лень было всем этим заниматься.
Во время тренировки я также не забыл незаметно поставить на Морозову отслеживающее плетение. Теперь к ней тянулась нить, и я без проблем мог понять, на каком расстоянии она находится. Простенькое, но вполне надёжное заклинание, которое ещё и так просто не заметишь.
Надо будет ещё на днях сходить в алхимический корпус и наварить там зелий, чтобы облегчить девушке испытание с заключением контракта. Уж кому как не мне знать, насколько это болезненный процесс, особенно в первый раз.
Сейчас же я планировал поесть, провести дневную тренировку и сразу вернуться домой и проваляться в постели до утра. Раз уж у меня своеобразный отпуск, почему бы не позволить себе отдохнуть?
Однако стоило мне об этом подумать, как я наткнулся на графа Оболенского. То, что он ждал меня снаружи площадки, сомнений не вызывало.
— Алексей Дмитриевич, — поприветствовал он меня.
— Дмитрий Александрович, — кивнул я в ответ, создав вокруг нас звуковой барьер. Это не скрылось от взгляда графа. — Вы ко мне по делу или за тренировками?
— За первым, — с абсолютно серьёзным выражением лица ответил он. — Я здесь, чтобы предложить временный союз.
Глава 14
Мне захотелось сразу же отказать графу. Я никогда не любил союзы из-за того, что союзник в любой момент может предать. Не счесть, сколько раз я наблюдал картину, как Искатели заключали между собой союз, а затем кому-то из них засаживали нож в спину.
Можно сказать, тут взыграла профдеформация. Однако я сейчас не иду исследовать Аномалии. Как минимум его стоит выслушать, ибо я не представлял, зачем один из преподавателей Академии вообще пришёл с таким предложением? Мы даже знакомы всего пару дней. С чего вдруг такое доверие?
— Смотря что подразумевается под союзом, — холодно ответил я, не показывая эмоций. — Мы с вами слишком мало знакомы, чтобы я мог вам полноценно доверять.
— Можете считать это предложением о сотрудничестве, — с пониманием кивнул граф. — Говоря без утайки, сейчас профессора разделились на два лагеря. Первые консерваторы. Они не хотят перемен и желают оставить Академию такой, какая она есть. Вторые — те, кто ждут перемен от ректора. Я предлагаю встать на нашу сторону без обязательств.
— Не вижу никакой выгоды для вас.
После услышанного я по-прежнему был в неведении того, что именно он преследует. Ну вступлю я к ним в лагерь, что это им даст? Максимум страх посеять, но с таким же успехом это может делать и ректор. Уж против него на дуэль никто не выйдет.
— Похоже, вы ещё не сталкивались со злопамятностью других профессоров, — Оболенский недовольно поморщился, словно вспомнил что-то очень неприятное. — Они не упустят возможности пустить грязные слухи или даже саботировать работу. Хуже только когда они посылают жалобы в имперскую канцелярию. Тогда объекта их ненависти заваливают бесконечными проверками на профпригодность. Нервы они потрепать могут немало.
— А против меня они побоятся выступить? — предположил я, положив пальцы на подбородок, и попал в точку.
— Большинство так точно. Ректор довольно мягок с ними, а вы… — граф замолчал, чтобы ненароком не оскорбить меня. Это читалось по его замершему выражению лица.
— То, как я обращаюсь со студентами, я делаю для их же блага. Даже если им кажется это жестоким, — ответил я, не дождавшись продолжения от собеседника. — Однако вы правы. Если кто-то из них захочет усложнить мне жизнь, я церемониться не стану.
— Поэтому я предлагаю заключить союз, — закончил мысль Дмитрий Александрович, внимательно следя за моей реакцией.
— А в чём моя выгода? — продолжил я задавать вопросы. — Они в любом случае побоятся пойти ко мне. Те же, кто не побоятся, пожалеют. Смысл мне от этого сотрудничества?
Граф похоже ждал от меня этих слов, и сразу же ответил:
— Поддержка с нашей стороны. Например в продвижении методов вашего обучения, — услышав эти слова, я улыбнулся.
Нынешние правила Академии во многом сковывали меня и учеников. Например,. правила, из-за которых студенты не могли сражаться в полную силу, чтобы ненароком не нанести серьёзных травм друг другу. Даже на турнире хватало ограничений. Пока я их обучаю самой магии, это не проблема. А когда дело дойдет до наращивания боевого опыта и рефлексов? Да они в реальном бою будут сражаться… в общем, всё это приведёт лишь к травмам и смертям.
Нет, правила точно нужно менять, иначе далеко с ними не уедешь. Только из-за меня Аристарх Евгеньевич вряд ли согласится их менять. Как минимум этот процесс продлится немало времени. Но если на моей стороне выступят остальные, то расклад полностью изменится.
— Без обязательств с моей стороны, верно? — на всякий случай уточнил я.
— Да. Максимум ваше имя будет фигурировать в наших обсуждениях. В сам конфликт мы вас втягивать не будем, если вы сами того не захотите.