"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Сосуды на пергаменте лопаются, как в мультике Диснея, и превращаются в извивающиеся одноклеточные организмы.
– Но не весь Божественный свет упал на миры. Часть его провалилась в глубокую бесформенную пустоту, которая была не чем иным, как кипящим хаосом. Поскольку Господь был заворожен жизнью, зародившейся в его мирах, мы не стали утруждать себя тем, чтобы поместить хоть что-нибудь в отдаленную пустоту. Теперь мы все сожалеем о том решении.
  
Она снова машет рукой, и изображение на пергаменте исчезает, как линии на игрушке «Волшебный экран». Затем она кладет ладонь на пергамент, и по нему расползается бурлящая клубящаяся чернота.
– Как ангелы и простейшие организмы, – она кивает головой в мою сторону, – зародились из Божественного света, так проявилось из него и нечто другое. В Хаосе развилась иная жизнь – очень похожая на жизнь ангелов, – но другая. Уэллс и некоторые другие люди называют их «антиангелами». Пожалуй, это лучшее определение, которое способно объять ваш маленький мозг.
Я кладу руку на черный пергамент, который теперь извивается и корчится, как жидкое вулканическое стекло. Очень похоже на нож, спрятанный у меня под курткой. Я всегда считал, что он костяной, но так и не узнал, из кости какого именно животного.
– Эти антиангелы и есть Кисси, – говорю я.
– Да.
Она снова шевелит рукой, и пузырящаяся чернота исчезает. Она рассказывает дальше, и из-под руки, лежащей на пергаменте, появляются другие образы.
– Кисси не являются ненавистниками жизни. Жизнь их завораживает. Они видят в ней энергию и ее непредсказуемость. Им интересен хаос жизни. Обнаружив ранних людей, они поселились прямо в них, и стали множить хаос. Помогли одному племени создать оружие. Обучили языку другое. Кисси родились в Хаосе. Это то, из чего они сделаны. Это то, что они потребляют. А люди создают особенно аппетитный хаос для Кисси. Несколько эпох назад между нами, ангелами, и Кисси разразилась война, которая бушевала от Земли до самых Небесных врат. Ни одна из сторон тогда не победила.
– Люцифер к тому времени уже сидел в Аду? Надо было попросить его о помощи. Уверен, он бы справился. Не думаю, что ему понравилась бы стая бешеных собак, пожирающая Землю. Если не будет нас, с кем ему еще развлекаться?
– Не говори глупостей. Никто не стал бы просить Князя Лжи о помощи.
– Значит, такой вариант рассматривался? Но вы на него не пошли? Разве гордыня – не один из семи смертных грехов?
Она смотрит на меня с тем же выражением, с каким смотрела мать, перед тем как дать мне подзатыльник. И точно так же, как мама, берет себя в руки, не дав себе взорваться.
– Как я уже сказала, была война. Ни одна из сторон не могла одолеть другую, поэтому мы заключили с Кисси договор. Им было разрешено остаться. И, поскольку люди по своей природе хаотичны, Кисси могли удовлетворять свой аппетит в определенных оговоренных пределах. Золотая Стража была создана для надзора за соблюдением перемирия, которое длилось тысячелетия. Но в последнее время что-то изменилось. Деятельность Кисси стала смелее и безрассуднее. Они открыто нападают на людей. Они инициируют войны, терроризм, торговлю наркотиками и оружием. Что-то нарушило равновесие. – Она убирает руку с пергамента и начинает его складывать. – Когда мы узнали, что на Землю пришел Сэндмен Слим, мы, естественно, подумали, что он мог стать причиной неприятностей.
– Уэллс назвал это имя в машине. Что, черт побери, оно означает?
– Пожалуйста, не чертыхайся здесь. – Она откладывает пергамент в сторону. – Маршал говорил о тебе, дурак. Ты и есть Сэндмен Слим. Монстр, который убивает монстров. Думаешь, мы не знаем, чем ты занимался в Аду? Даже падшие ангелы остаются ангелами. Мы замечаем, когда кого-то из нас убивают. В Царствии Небесном у тебя солидная репутация. Поэтому ты здесь.
– Никакой я не монстр. Я простой человек.
– Для некоторых ты монстр. В Аду ты чудовище, которым пугают чудовищ. А теперь и на Земле ты применяешь свой талант к разрушению. Вот почему тебя привезли сюда. Если ты не понял, это собеседование о приеме на работу.
Это самое страшное из того, что я слышал с тех пор, как вернулся домой. Этот ангел пугает меня до мурашек, чего не удавалось даже Мейсону.
– Спасибо, но у меня уже есть работа. Я управляю видеомагазином.
– Ты слаб. Я чую запах повреждений от недавних ран. Это единственная причина, по которой ты жив и находишься здесь. Тебе уже вынесли смертный приговор, когда мы подумали, что ты в сговоре с Кисси. Но после твоей стычки с Йозефом это стало сомнительным.
– Он Кисси.
– Конечно. Я думала, ты уже догадался.
– Кажется, я уже встречал одного такого в Аду, на арене. Это возможно?
– В отличие от демонов Кисси могут перемещаться куда угодно по Вселенной, в том числе в Ад и обратно. Так что, да, ты легко мог с ним встретиться. Что там произошло?
– Он разозлил Люцифера. И Люцифер его выгнал.
– Без сомнения, надеясь, что Кисси вернется на Землю и посеет хаос здесь, оставив его отвратительное королевство в покое. Какой храбрец!
– Он подошел к нему вплотную и приказал уйти. Ты когда-нибудь пробовала подойти к Кисси и затеять с ним драку? – Она не стала отвечать. – В любом случае, если кто-то нарушил баланс во Вселенной, то может статься, что мы ищем одного и того же человека: Мейсона Фейма.
– Отлично! У нас есть общий враг. Теперь вступай в Стражу и сражайся вместе с нами против сил хаоса.
– Спасибо, нет. Твоя маленькая война выглядит забавно, но у меня свои дела.
– Это дела Божьи! – возражает Аэлита.
Я встаю из-за стола и иду через комнату. Надо соблюдать осторожность. Она знает, что я не в форме, поэтому лучше держать язык за зубами. Пули в груди играют в футбол моими ребрами. Я уже успел заправить зажигалку Мейсона, поэтому спокойно достаю сигареты и прикуриваю одну. Делаю пару глубоких затяжек и стряхиваю пепел на алтарь. Что ж, готов признать: осторожность – не самая сильная моя черта.
– А где был Бог, когда я застрял в Аду? – спрашиваю я. – Вы знали о Сэндмене Слиме, значит, знали и о том, что меня притащили туда живым и долго пытали. Но вы, сучьи дети, поющие осанну, не удосужились выделить даже одного паршивого ангела для моего спасения?
– Возможно, Господь решил, что тебе там самое место?
– И он был прав. Знаешь, почему? Потому что я должен был увидеть своими глазами, как крутятся шестеренки в этой части Вселенной. А теперь ты продемонстрировала мне небольшой слепок Рая. Неважно, из Ада или из Рая, но вы – одни и те же шантажисты в разных униформах. За всю жизнь меня похищали всего два раза. Сначала это были Таящиеся, а теперь еще и ангел.
– Ты понимаешь, что, раз ни один из демонов Люцифера не может покинуть Ад, то вниз тебя скорее всего затащил Кисси, вступивший в сговор с Мейсоном?
– Благодарю. Когда покончу с Мейсоном, буду знать, кого искать дальше. – Я тушу сигарету об алтарь и оставляю там окурок. – Вы все поднебесные гниды. И психопаты Люцифера, и вы, Божьи комнатные собачки, – заботитесь только о себе, как все остальные. Вам плевать на этот мир. Хочешь, скажу, зачем вы заключили договор с Кисси?
Аэлита стоит, очень высокая и прямая, сложив руки на груди.
– Ну, давай. Просвети меня, Сэндмен Слим.
– Потому что они поднялись до Небес. Добрались до самых ворот. Вот вы и заключили сделку. Вы отправили волков сюда, к овцам, в обмен на обещание вести себя хорошо. А если нет, то что ж. Это всего лишь несколько убитых овец. Но теперь волки голоднее, чем когда-либо, и вы понимаете, что рано или поздно они постучатся в ворота Рая.
  
Аэлита качает головой и вновь одаривает меня своей жуткой доброжелательно-ангельской улыбкой.
– Ты расстроил меня, Джеймс.
– Не называй меня так.
– Хорошо, Сэндмен.
– И так меня не зови тоже.
– Я и не подозревала, насколько годы, проведенные в Бездне, деформировали твой разум. Ты полностью утратил способность сопереживать. Я сказала, что над человечеством нависла страшная угроза, но ты не хочешь пошевелить и пальцем, чтобы ее предотвратить. – Она идет ко мне, как воспитательница в детском саду, собирающаяся отобрать клей у ребенка, который не прекращает его есть. – Ты абсолютно ни к кому не питаешь теплых чувств?