"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Порядок, — сказал Кейт. — Сделаем это.
Тор щелкнул переключателем.
— Как скажете, босс.
«Старплекс» преодолел двадцать километров, отделяющие его от стяжки, и коснулся её. Стяжка расширилась, охватывая его ромбовидный профиль фиолетовым контуром. Пока «Старплекс» совершал переход, окружающий мостик голографический пузырь показывал два не совпадающих рисунка созвездий и разделяющую их огненную полосу, смещающуюся от носа к корме. Как только корабль совершил переход, стяжка снова сжалась в неразличимое ничто.
  
И вот они здесь, в рукаве Персея, разом перескочив через две трети диаметра Галактики, в десятках тысяч световых лет от дома.
— Стяжка пройдена штатно, — доложил Тор. Крошечная голограмма его лица, парящая над консолью Кейта, накладывалась на его реальный затылок, и рублёные черты его лица словно растворялись в океане рыжих волос.
— Отлично сработано, — похвалил Кейт. — Выбросить маркировочный буй.
Тор кивнул и нажал несколько клавиш. Хотя стяжка хорошо видна в гиперпространстве, «Старплексу» будет тяжело найти её, если его гипервизионное оборудование вдруг выйдет из строя. В этом случае маркировочный буй, работающий в обычном радиодиапазоне и имеющий собственный гиперскоп, будет незаменим.
Яг поднялся и снова указал на область мерцающих звёзд; мерцание было хорошо заметно. Тор повернул голографический пузырь так, чтобы область мерцания оказалась точно перед ними, а не где-то над галереей для посетителей.
Лианна Карендоттир подалась вперёд, облокотившись на консоль и подперев тонкими руками подбородок.
— Так что же вызывает мерцание? — спросила она.
Позади неё Яг пожал обеими парами своих плеч.
— Уж конечно не атмосферная турбулентность, — сказал он. — Спектроскопия подтверждает, что мы находимся в нормальном космическом вакууме. Но, очевидно, что-то есть между нашим кораблём и далекими звёздами, что-то по крайней мере частично непрозрачное и движущееся.
— Тёмная туманность? — высказался Тор.
— Или, если мне будет позволено предположить, облако пыли, — сказал Ромбус.
— Я хочу знать расстояние до него, прежде чем продолжать строить догадки, — сказал Яг.
Кейт кивнул.
— Тор, осветите это… чем бы оно ни было, коммуникационным лазером.
Широкие плечи Тора шевельнулись, когда он потянулся к рычагам на противоположных краях своей консоли.
— Импульс, — объявил он.
На голографическом дисплее появились три таймера, отсчитывающие время в минимальных стандартных единицах, принятых в системах учёта времени на трёх планетах Содружества. Кейт следил за тем, что отсчитывал секунды; число всё росло.
— Есть отражённый сигнал через семьдесят две секунды, — объявил Тор. — Что бы там ни было, оно чертовски близко — примерно в двенадцати миллионах километров.
Яг проконсультировался со своим монитором.
— По данным гиперпространственного сканирования масса заслоняющего материала очень велика — в семнадцать или более раз превышает суммарную массу планет типичной планетной системы.
— Так что это не корабли, — разочарованно заметила Рисса.
Яг пожал нижней парой плеч.
— Вероятно, нет. Хотя есть ещё небольшой шанс, что мы видим большое число кораблей — гигантский флот, перемещения отдельных судов которого заслоняют звёзды, а генераторы искусственной гравитации создают значительный прогиб в пространстве-времени. Но я в этом сомневаюсь.
— Тор, сократите расстояние вдвое, — приказал Кейт. — Подведите нас на шесть миллионов километров от периферии явления. Может быть, оттуда будет видно больше деталей.
Маленькое лицо и большой затылок кивнули в унисон.
— Слушаюсь, босс.
На ходу Тор повернул корабль так, чтобы осевая шахта была направлена по ходу движения. Двигатели «Старплекса» способны двигать корабль в любом направлении независимо от его ориентации, однако радиотелескопы установлены в центре торцов осевой шахты, а оптические телескопы — по их углам.
По мере приближения становилось очевидным, что заслоняющие звёзды объекты скорее всего твёрдые и довольно большие — звёзды гасли практически моментально, без ощутимого периода постепенного уменьшения яркости. И всё же разглядеть подробности не удавалось — не хватало света. Ближайшая звезда находилась слишком далеко.
— Какие-нибудь радиосигналы? — спросил Кейт. По сложившейся недавно привычке он отключил голограмму головы Лианы над своей консолью. Раньше он ловил себя на том, что пялится на неё, что было довольно неловко в присутствии сидящей за соседней консолью Риссы.
— Ничего существенного, — ответила она. — Лишь обрывки милливаттного шума вокруг линии водорода, но они почти теряются в фоновом излучении.
Кейт посмотрел на сидящего слева от него Яга.
— Идеи?
Валдахуд был явно расстроен развитием событий; его мех топорщился и торчал пучками.
— Вряд ли это пояс астероидов, особенно на таком удалении от ближайшей звезды. Можно предположить объекты из её облака Орта, но концентрация слишком велика.
«Старплекс» продолжал двигаться вперёд.
— Спектроскопия? — спросил Кейт.
— Чем бы эти объекты ни были, — рыкнул Яг, — они не светятся. Звездный свет, проходящий через менее плотные части объектов непосредственно перед полным затмением, имеет спектр поглощения, типичный для межзвёздной пыли, однако величина поглощения меньше, чем я ожидал. — Он повернулся к Кейту. — Чтобы увидеть, что происходит, нам просто не хватает света. Мы должны послать туда термоядерный осветитель.
— А что если там всё-таки корабли? — спросил Кейт. — Они могут это воспринять как нападение.
— Это почти наверняка не корабли, — заявил Яг. — Это объекты планетарных размеров.
Кейт взглянул на Риссу, на голограммы Тора и Ромбуса и на затылок Лианы, чтобы убедиться, что ни у кого нет возражений.
— Хорошо, — сказал он. — Так и сделаем.
Яг поднялся с места и подошёл к консоли Ромбуса, встав позади него. Кейта всегда забавляло зрелище их общения: Яг, лающий, как злобный пёс, и Ромбус, отвечающий мерцающими сполохами света. Поскольку они разговаривали друг с другом, ФАНТОМ не трудился переводить их разговор для Кейта, но Кейт всё равно прислушивался, просто ради практики. Валдахудский язык очень сложен для восприятия носителем английского: в нём употребляются разные наклонения в зависимости от пола говорящего и того, к кому он обращается (к примеру, самцы могут обращаться к самкам исключительно в условно-сослагательном наклонении). С другой стороны, некоторых слов в вежливой речи полагалось всеми силами избегать, чтобы не создавать двусмысленностей.
Во время разговора Яг опирался на консоль Ромбуса; средней парой конечностей валдахуды могут пользоваться и как руками, и как ногами, но в присутствии людей вставать четыре ноги очень не любят.
Наконец, Яг и Ромбус договорились относительно характеристик осветителя. Лианна за консолью внутренних операций отдала приказ закрыть или затемнить до полной непрозрачности все иллюминаторы на палубах с первой по тридцатую. Она также задействовала защиту на чувствительных внешних камерах и сенсорах.
Когда всё было готово, Ромбус запустил осветитель — шар диаметром около двух метров — через пусковую трубу, выходящую на внешний обод центрального диска. Подождав, пока осветитель удалится от корабля на двадцать тысяч километров, Ромбус дал команду зажигания. На восемь секунд в небе вспыхнуло миниатюрное солнце.
Конечно, свету вспышки понадобилось почти двадцать секунд, чтобы достичь границы явления, заслоняющего далёкие звёзды. Выяснилось, что область явления приблизительно шарообразна, около семи миллионов километров в диаметре, так что понадобилось двадцать четыре секунды — втрое больше длительности вспышки — чтобы волна света докатилась до её дальнего края. Когда всё кончилось, Ромбус составил из снимков с частичным освещением изображение всего явления, как если бы оно было освещено одновременно. На этой финальной голограмме собравшаяся на мостике команда наконец смогла разглядеть, с чем имеет дело.