"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Парочка «ладно», за которыми следует «да», и Касабян вешает трубку.
— Угадай, кто это был, — говорит он.
— Если только речь шла не о том, что я выиграл в лотерею, то мне плевать.
— Люцифер велит тебе отвечать на чёртов телефон.
— Чего хотел?
— Сегодня ты ему не нужен, и может быть, завтра тоже. Ричи с какими-то шишками приезжают в «Шато» на встречу.
— Он всех их знает? Он им доверяет?
  
— Он сказал, что ты спросишь об этом, и велел не волноваться. Ему принадлежат все их души. Они не осмелятся обманывать его.
— Это как раз те люди, которые и собираются надуть его.
— Он говорит, что у него всё под контролем.
— Надеюсь, он весело проводит время и соглашается лишь на благородную наготу.
— Знаешь, ты последнее время много пьёшь, даже по твоим меркам.
— «Самогон, самогон, чтоб дьявол жажду утолил. Клялись законом взять его, но дьявол всех опередил». Это написал Роберт Митчем для «Дороги грома» [311], в год господа нашего 1958.
— Ты не Роберт Митчем, это не «Мыс страха» [312], и дьявол зол на тебя. Ты мог бы подумать о том, чтобы чередовать «Джека» с, ну не знаю, чем-нибудь, что не «Джек».
— Слышал что-нибудь новое о Мейсоне?
— Не-а.
— Слышал когда-нибудь о парне по имени Спенсер Чёрч?
— А должен?
— Скорее всего, нет. Это пропавший богатый нарик.
— Что-то новенькое.
— Как насчёт Саб Роза? Семейств? Они есть в Кодексе?
— Всё есть в Кодексе.
— Кроме того, что мне нужно.
— Попробуй задавать правильные вопросы.
— Значит, это моя вина. Ты ничего от меня не скрываешь.
Касабян игнорирует меня и смотрит свой фильм.
— Что в нём говорится о семействах?
— Скука. В основном истории. Родословные. Кто кого породил. Есть один забавный факт, который следует знать и рассказать. Всякий раз, когда много семейств находятся в одной и той же географической области, каждая семья специализируется на своём виде магии. Это как франшиза. Чтобы удерживать деревенщин от междоусобиц.
— Спрингхилы были голубых кровей, так что, полагаю, у них должно быть право первого выбора. Какой вид у них?
— Голубая кровь в прошедшем времени. К концу у них почти ничего не осталось. Не знаю, с какой магии они начинали, но даже в конце они были довольно уважаемыми изготовителями оберегов. Амулеты. Талисманы. Защитные руны.
— А что насчёт Гействальдов?
— Ясновидящие. Гадалки. Если спросите меня, то всё это так называемое искусство является посмешищем. Я встречал может пару-тройку ясновидящих, у которых в кармане наскребалось пятицентовых на четвертак. В отношении других я в покере договаривался с дилером и забирал все их деньги. Они даже не смогли заметить, что я жульничаю. Что же за провидец-то такой? Всё это так называемое искусство — для лохов.
— По Гействальдам видно, что у них всё в порядке. Их дом размером с долину Сан-Фернандо. Кто-то сказал, что они дают советы студиям, какие фильмы снимать.
— Всё равно звучит как бред.
— А что говорится об Эшах? Кабале и его сестре.
— Ещё одно старое семейство. Они провернули какие-то тёмные делишки в Старом Свете, пустились в бега и очутились здесь. Никто не знает наверняка, кем Кабалу приходится Косима, та тёлка — сестрой или женой. Чёрт, скорее всего, они уже и сами не помнят, что делает зрелище ещё противнее, если ты когда-нибудь их видел.
— Довелось.
— Мои соболезнования. Эши в Чёрном Солнце. Магии хаоса. Технически, речь идёт о контроле над элементалями, чтобы приносить удачу вам и невезение вашим врагам. Силовая йога для правящего класса. Она нравится магнатам и политиканам. Это в общих чертах, но никто не подвергался нападению, так что всё законно. Все знают, что крупные сделки Эши заключают неофициально. Месть. Изгнание. Может даже дутая продукция [313].
— Они торговцы душами?
— В Лос-Анджелесе торговля душами — это больше чем проституция и наркотики, вместе взятые. Так много людей потеряли свои, либо те, что у них есть, настолько прогнили, что нуждаются в пересадке.
— Думаешь, они убили бы кого-нибудь ради конкретной души?
— Есть такое мнение.
— Работа с элементалями означает, что в списке их рождественских открыток скорее всего есть крутые демоны.
— Наряду с их размером футболки и любимым битлом.
— Знаток демонов, их когда-нибудь ловили на грязной игре?
— Инквизиция предпринимала несколько шагов, но так и не смогла найти ничего для того, чтобы сделать большее, чем просто оштрафовать их. Эши — одно из старейших семейств в мире. Они знают, как заметать следы.
— Если только и не собирались заметать следы. Если только не хотят сделать из кого-то пример.
— Что ты имеешь в виду?
— Ничего.
Я мысленно прохожусь по дому Спрингхила, от того месте, где тянула лямку швейцара маршал Джулия до стоящей на страже над костями и хрящами Санта Муэрте, к разорванному магическому кругу, который на самом деле был шестиугольником, нарисованным для призыва тёмных сил. Одной тёмной силы. Пожирателя. Может, Кабал с Косимой знали, что Енох Спрингхил Торчун, и отправили ему нечто особенное? Но зачем это нужно? Судя по тому, что все говорят, Спрингхилы были настолько мелкими, насколько только можно пасть, и при этом ещё иметь в доме водопровод. Если вы хотите кого-нибудь убрать, чтобы заявить о себе, почему бы не заняться Гействальдами? Но Эши слишком умны для этого. И если бы просто хотели развлечься, то выбрали бы гражданских лохов, а не другого Саб Роза. И всё же, есть мёртвый парень и сожравший его демон.
Я даже не знаю, почему меня это волнует. Я не знал этого парня. Я не знаю никого из этих людей. Но я не люблю, когда мне лгут, особенно если из-за это лжи в меня стреляют. Спрингхила сожрали. На Люцифера устроили засаду. Ещё один Саб Роза по имени Спенсер Чёрч пропал. Карлос потерял своего приятеля, Тоудвайна, а у той женщины в «Бамбуковом доме» пропал ребёнок. Скорее всего, всё это не имеет ко мне никакого отношения, но раз Люцифер собирается втянуть меня в миллиардерскую помойку Саб Роза, я знаю, что мне в затылок уже нацелен пистолет.
— Дай мне Уолтера Кронкайта [314] по аду. Какая погода там внизу?
Касабян отворачивается от фильма и смотрит на меня. Вздыхает.
— Тут нечего рассказывать. Обычный бардак. Парни мочат парней. Женщины мочат парней, который только что замочили парней. Там внизу сезон повторных показов. Ничего нового.
— На днях я бродил по Восточному Лос-Анджелесу и на секунду мне показалось, что я видел Мейсона.
— Показалось. Это невозможно.
— Значит, он там внизу. Ты это видел.
— Мне не обязательно это видеть. Я знаю.
— От Люцифера?
— Просто знаю.
— Этого недостаточно. Мне необходимо знать, что происходит. Люцифер здесь по какой-то причине, и это не съёмки чёртова фильма.
— Ничем не могу помочь. Кстати, о кино, заткнись. Два путешествующих врача собираются открыть гроб Барбары Стил и вернуть её к жизни.
Раз уж угрожаешь, делай это по-крупному. Когда делаешь это по-крупному, убедись, что готов идти ва-банк, если кто-нибудь бросит тебе вызов.
Я иду к столу и бью по кнопке питания монитора Касабяна.
— Эй, я смотрю.
Я беру под мышку Касабяна с его платформой, открываю дверь и несу его вниз по лестнице.
Он громко шепчет:
  
— Опусти меня! Верни обратно!
Я выношу Касабяна через заднюю дверь в переулок. Если какие-нибудь посетители мельком увидят голову на платформе, то просто подумают, что я выбрасываю манекен или старую рекламу фильма.
Касабян довольно сдержан, учитывая его положение. Он не начинает кричать, пока я не закрываю заднюю дверь.