"Современный зарубежный детектив". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
Вскоре Лев завоевал расположение постоянных клиентов. Все хотели, чтобы их обслуживал именно он. Состоятельные семейства, приезжавшие на летний и зимний отдых в “Палас”, требовали его присутствия и общества. Многие предлагали нанять его за немалые деньги в качестве личного секретаря, но он всегда отвечал отказом.
Роз, убежденный в том, что Льву не место среди обслуги, пытался убедить его продолжить учебу. Но Лев и тут отказался.
– Ты сможешь выбрать любую профессию! У меня есть связи в разных университетах.
– Не хочу бросать тут отца одного, – объяснил Лев.
– Ты будешь к нему приезжать.
– Те, кто обещают вернуться, никогда не возвращаются, месье Роз. Они бы не уезжали, если бы намеревались вернуться.
– Жизнь иногда сложнее, чем кажется, мой мальчик. Ты мог бы сделать головокружительную карьеру.
– Зачем она нужна, карьера эта? – иронически вопрошал Лев. – Чтобы разбогатеть? Богатые люди – воры, они украли у меня мать.
– Чтобы достичь процветания, я думаю, – ответил, смутившись, месье Роз.
– Я и так процветаю, таская чемоданы и оказывая услуги клиентам, – сказал Лев.
– Ты станешь важным человеком.
– Что проку от важности. Это соизмерение себя с другими, а не с самим собой.
– Перестань философствовать, пожалуйста! У тебя всего одна жизнь, и ты не должен тратить ее попусту, таская чужие чемоданы, опомнись наконец! Тебе необходимо получить образование.
– У меня есть актерское образование. Отец учит меня всему, что знает.
– Послушай, Лев, если бы твой отец был великим актером, он бы играл сейчас в “Комеди Франсез”, а не служил в “Паласе Вербье”!
– Не говорите о нем с таким пренебрежением. Отец вас очень уважает.
– И это взаимно. Но я беспокоюсь о твоем будущем. У меня прямо руки чешутся выгнать тебя отсюда, чтобы тебе пришлось искать свой собственный путь.
– Почему вы хотите меня уволить? Я много работаю, клиенты довольны.
– Слушай, мой мальчик, вот что я предлагаю: я оставлю тебя в отеле и научу всему, что знаю.
– Что вы знаете о чем? – спросил Лев.
– О гостиничном бизнесе. Вреда не будет.
Лев согласился. Не столько из желания сохранить свою должность, сколько потому, что понимал – это действительно может ему пригодиться. Как говорила мама, век живи – век учись. Таким образом, в обстановке полной секретности, чтобы не вызывать зависти у других служащих отеля, месье Роз преподавал Льву хорошие манеры и правила этикета, воспитывал в нем утонченность, вкус и чувство стиля и учил разбираться в еде и винах.
Эдмон Роз так никогда и не женился и не имел детей, но, будь у него сын, он хотел бы, чтобы он был похож на Льва. В один прекрасный день, когда ему станет трудно управлять “Паласом”, Лев с успехом придет ему на смену.
– Кто знает, – с поистине отеческой гордостью сказал он Льву как‐то вечером, когда они вслепую дегустировали лучшие марочные вина, – может, когда‐нибудь ты станешь директором этого отеля. И превратишь его в самый востребованный палас в Европе.
Лев на мгновение представил себя в этой роли. Идея ему понравилось. Он любил “Палас”.
Лев подолгу засиживался у отца. Тот открывал посреди гостиной внушительный кофр, в котором хранил свои театральные сокровища, оставшиеся от старых спектаклей. Некоторые костюмы, траченные молью и временем, нуждались в починке. Отец и сын вместе занимались шитьем и штопкой.
– Ты не очень скучаешь по театру? – спросил однажды Лев.
– Жизнь – это великий театр, – ответил Сол. – Рано или поздно я вернусь на сцену. – Он кивнул на большой альбом в кожаном переплете, лежащий на столе. – Я уже придумал массу новых персонажей. Я их описываю тут, чтобы не забыть.
– Можно посмотреть? – спросил Лев.
– В другой раз, – отказался отец.
– То есть весь этот хлам ты хранишь для будущего спектакля?
– Нет, чтобы когда‐нибудь передать его тебе.
– И что ты мне прикажешь с этим делать?
– Передашь своим детям.
– А они что будут с этим делать?
– Передадут своим детям.
– И что? – спросил Лев.
– И они вспомнят обо мне.
Левовичам хорошо жилось при “Паласе”. Но, по мнению других сотрудников, с их появлением что‐то изменилось. У месье Роза теперь повсюду были глаза и уши. Он замечал все малейшие нарушения. Но вряд ли ему стучали Левовичи, поскольку некоторые из таких проступков имели место в номере при закрытых дверях либо в баре, бассейне или ресторане в их отсутствие.
В течение многих лет никому не удавалось проникнуть в эту тайну.
Глава 25 Операция “Перевербовка” (2/2)
В банкетном зале “Отеля де Берг”, на ежегодном собрании Ассоциации женевских банкиров, весь стол в благоговейной тишине внимал Левовичу.
– То есть вы собирались стать управляющим “Паласа”? – спросила президент банка Берне.
– В общем, да. Лично я был не прочь. Но жизнь решила иначе. Я работал там до тех пор, пока в двадцать шесть лет не познакомился с Абелем Эвезнером, отцом Макера. Он‐то и предложил мне место в Эвезнер-банке. Ну и я продвинулся по службе.
– Неслабо так продвинулся! – восхитился один из банкиров Питту.
Гости беззвучно доедали десерт, не спуская завороженных глаз с Левовича. Он не умолкал в течение всего ужина, время от времени, правда, пытаясь сократить свое жизнеописание, но всякий раз в ответ на его “если в двух словах” все хором протестовали и требовали подробностей.
– Мама бы вами гордилась, – сказала женщина за соседним столиком, утирая слезы.
– А папа? Он все еще живет в Вербье?
– Папа умер. Он умер из‐за меня.
За столом воцарилась неловкая тишина. Тут президент Ассоциации, взяв микрофон, объявил, что для неформального общения кофе и чай поданы в салоне Леман, примыкающем к банкетному залу. Все встали и шумной толпой двинулись общаться в соседний салон. Лев бездумно пошел за ними. Он заказал черный кофе и вышел с чашкой на балкон. Он стоял там один на морозном воздухе, любовался озером и левым берегом.
Его город показался ему еще прекраснее, чем обычно.
Внезапно я отрываюсь от своего романа. Я сижу один в ночной тиши гостиничного номера и думаю о Женеве, моем любимом городе, и благодарю его.
Этот город прекрасный навеки мне мил,Он нас принял и родину нам подарил.На балконе Левович словно жезлом Моисея потряс тростью Тарногола, и в лунном свете сверкнули бриллианты. Он почувствовал, как его наполняет невиданная доселе сила. И тут же с непривычной ностальгией подумал о последних шестнадцати годах своей жизни.
•16 лет назад.
Первый Большой уикенд Анастасии в Вербье.
Субботний вечер
Они танцевали в бальном зале “Паласа Вербье”, смешавшись с гостями банка. Красивая пара.
Великолепные самозванцы.
Анастасия, повиснув на Льве, на мгновение зажмурилась. Она была в объятиях мужчины своей жизни и знала это.
Наблюдая за толпой банкиров вокруг, Лев прошептал ей на ухо:
– Ради тебя, Анастасия, я стану богатым и могущественным.
Впервые он пожалел, что не добился большего.
– Я хочу тебя, – прошептала в ответ Анастасия.
– Встретимся через пятнадцать минут внизу у служебной лестницы, – сказал Лев.
Анастасия кивнула, ее глаза сияли, сердце колотилось. Песня подошла к концу, и они расстались, чтобы снова увидеться уже наедине. Анастасия вернулась к своему столу, мать встретила ее улыбкой, а Лев украдкой вышел из зала. Стоило ему переступить порог, как чья‐то рука схватила его и дернула в сторону. Это оказался Бинар, банкетный менеджер, здоровенный мужик.
Он был в ярости.
– Какого черта ты танцуешь с гостями, говнюк несчастный! – заорал он.
В этот момент, нехорошо усмехаясь, к ним подошел Синиор Тарногол.