"Современный зарубежный детектив". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
— Это может как-то вязаться с результатами вскрытия Алекса?
— К сожалению, нет. Если бы он тоже был сбит машиной или если он находился в этой машине в момент аварии, мы имели бы другие переломы или трещины. В его случае задет только позвоночный столб.
— То есть вы хотите сказать, что я ищу две разные причины смерти двух одновременно умерших и обнаруженных в одном и том же месте жертв?
— Боюсь, что так.
54
После долгого рабочего дня, который больше напоминал археологические раскопки, чем полицейское расследование, Ноэми вернулась домой в грязи и тине с ног до головы. Продолжительный душ без труда смыл с нее землю старого Авалона, которая смешалась с горячей водой, струящейся по ее плечам, вдоль спины и стройных ног, и ушла в сточное отверстие, которое поглотило коричневую жижу. Рядом с Юго она позабыла даже об усталости.
В широкой постели Ноэми свернулась калачиком возле своего водолаза. Больше всего она боялась, что заснет рядом с Юго, и тот увидит ее спящую, но в то же время чувствовала себя спокойно и в безопасности.
— Ты их обманула? — удивился Юго.
— Между Доренами и Пьером Валантом какие-то нелады.
— Пьер Валант — это отец Ромена? Твоего заместителя?
— Ну да. Как-то дурно попахивает. А поскольку мне непонятно, в чем дело, я предпочитаю действовать в одиночку. Я никого не обманула, просто отложила момент, когда поделюсь информацией.
— Можешь придираться к словам сколько хочешь, но они вправе обидеться. Отсутствие доверия в команде — это скрытый вирус.
Она потеснее прижалась спиной к животу Юго, чтобы ощутить его тепло.
— Сегодня я весь день размышляла над тем, что мы нашли бы под развалинами, если бы ты оттуда не выбрался. Представила себе твое зажатое балкой тело. Я бы этого не вынесла.
— Но сейчас я здесь.
— А завтра?
— Завтра? Мне казалось, я всего лишь роман на одну ночь, — пошутил он.
Ноэми наконец повернулась к нему лицом:
— Роман на одну ночь? Напоминаю тебе, мы с тобой пока ничего не сделали.
— Ну, это-то можно уладить прямо сейчас…
* * *Назавтра Ноэми приехала в комиссариат на час раньше и нашла всю команду уже в сборе, а на столе кофе и какую-то выпечку. Она отрезала себе кусок и вгрызлась в него, будто не ела неделю.
— Все согласны, что это отвратительно? — поперхнувшись, заявила она.
Буске и Валант прыснули, а Милк огорчился:
— Это фуасса [599], мучная лепешка. Местное фирменное блюдо. Моя мама испекла.
— Ей не говори, но это правда несъедобно.
Ноэми уселась за свой компьютер и заметила лежащий на клавиатуре конверт с пометкой «личное», адресованный на ее имя. Результаты сравнения восьмимиллиметровых пуль. Специалисты-баллистики сработали быстро, и информация останется «отложенной». Ноэми включила компьютер и открыла письмо, пришедшее из генетической лаборатории. Сравнение было сделано между образцами ДНК тела, извлеченного накануне из развалин общинного дома, и биологическим материалом, взятым с нижнего белья и зубных щеток детей в день их исчезновения.
И естественно, обнаружилось совпадение с одним из двоих: Сирила или Эльзы.
Полицейские уселись: Ромен на край стола, остальные — на стулья.
— Это Сирил Кастеран, — сообщила Шастен.
Ромен крепко растер лицо ладонями, как делают, чтобы проснуться.
— Как поступим с семьей? — спросил он.
— Андре Кастеран попросил меня об одной услуге. Я рассчитываю сдержать данное ему слово. Сообщим только ему, пусть сам решит, говорить жене или нет. Боюсь, если она узнает, мы ее потеряем или она совершит глупость. Она живет только надеждой.
— Мы в любом случае не обязаны общаться со всей семьей, — добавил Буске. — Мы говорим мужу, а будет это обсуждаться между ними или нет — уже не наша ответственность.
— Она поверит, только если ей под нос сунут результаты анализа ДНК, да и то не факт, — согласилась Ноэми. — Вызовите мсье Кастерана.
— А если он спросит зачем?
— Не беспокойся, он прекрасно поймет, что случилось, если его вызывают в полицию.
Ноэми бросила в кофе сахар и помешала, думая о своем. Затем снова взглянула на конверт, который придется потихоньку спрятать в ящик до того дня, когда она решится рассказать им об этих восьмимиллиметровых пулях. Той, что обнаружили в голове поспешно закопанного неизвестного, и другой — из подголовника пикапа. С интервалом в двадцать пять лет. Однако встревожило ее другое: ведь конверт должен был перемещаться внутри службы? Из лаборатории в комиссариат Деказвиля. Выходит, на нем не может быть марки. Однако она есть. Тогда Ноэми пригляделась внимательнее и установила, что письмо послано из Испании. Она поглубже устроилась в кресле, аккуратно распечатала конверт и за уголок вынула письмо, стараясь не оставлять нигде отпечатков пальцев, на случай если бумагу понадобится подвергнуть анализу. Впрочем, кто-то, похоже, решил упростить ей работу, добровольно поместив в центре листа превосходный отпечаток, явно большого пальца, да еще красный. Рассмотрев поближе, она установила, что это не чернила. Глубокий красный цвет, местами карминовый, неровный. Кровь. А под отпечатком — адрес и инструкция: «Казанова. Церковь в Бьельсе [600]. Испания. Только вы».
Отпечаток пальца и свежий образец ДНК. Кто-то проявляет себя ей, и только ей, и хочет, чтобы она имела возможность уверенно его обнаружить. Ноэми могла бы отправить все в лабораторию и дожидаться результатов, но она была совершенно убеждена, что этот «кто-то» пытается привлечь к себе именно ее внимание.
— Есть новости? — спросил Милк, увидев, что, вскрыв конверт, она нахмурилась.
— Да нет. Или да. Небольшая оплошность. Я не заметила, как промелькнуло время, и пропустила прием у своего психотерапевта в Париже. Так что мне непременно надо туда поехать.
— Вам придется ехать на Север? — воскликнул мальчишка-полицейский, которому подобное путешествие казалось настоящим приключением.
— Думаю, да, если только какой-нибудь ловкач за ночь не перенес столицу.
— Это обязательно? Я могу сказать тем, в Париже, что вы абсолютно чокнутая и вам ни в коем случае нельзя покидать Деказвиль.
— Ты прелесть, Милк, но, увы, это обязательно. Если Юго согласится отвезти меня туда, мы будем в Париже сегодня вечером, а завтра днем я к вам уже вернусь.
Она подхватила пальто и набросила его себе на плечи:
— Ромен, предупреди, пожалуйста, майора Роза, хорошо?
И Ноэми покинула их, слегка удивленных столь поспешным отъездом.
* * *В спальне Ноэми пошарила в шкафу, засунула руку между двумя свитерами и достала небольшой дорожный кофр для оружия. Она открыла его, вытащила за рукоятку пистолет, и ствол задрожал. Они все еще были чужаками, а так не могло больше продолжаться. Ноэми говорила, что снова стала фликом, но к такой службе прилагается оружие. И она пообещала себе, что по возвращении из Испании преодолеет эту последнюю преграду. Преодолеет сама, совершенно самостоятельно, без помощи Мельхиора.
На мостках она потрепала Пикассо по загривку, велела ему быть благоразумным, а затем бросила сумку на заднее сиденье припаркованного перед домом кроссовера «форд».
— Я прихватила кое-что на случай, если нам придется остаться там на ночь. Ты ничего не берешь? — спросила она водолаза.
— Все, что мне нужно, всегда у меня в багажнике. Личное снаряжение для погружения, потому что можно неожиданно нарваться на красивое место, и кое-какая сменная одежда, потому что можно неожиданно нарваться на красивого капитана.
Ноэми поморщилась:
— Думаю, я пока не готова к слову «красивая».
— А уж это твоя проблема.
Шастен стоило большого труда выволочь Пикассо из автомобиля, а когда тот наконец внял голосу разума, ей пришлось объясняться с Юго.