"Фантастика 2025-109". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Мужчина провел нравоучительную беседу, что я теперь его главная надежда и опора, и если я хорошенько постараюсь и достигну нижней проходной планки в академии, то гарантированно туда попаду. Деньги на взносы у клана Су есть, а на собрании старейшин никто не будет против, что нужно вкладываться в единственного наследника из молодого поколения. И при этом, мужчина недвусмысленно намекал, что хотя деньги у клана есть, просто прийти на платные места или победителем турнира - большая разница.
В этом году призовыми в турнире сделали не одно, а сразу три места. Если я постараюсь - шанс есть. Он хотел бы, чтобы я ярко проявил себя в городском состязании. Видите ли, я уже немало удивил его своей смелостью в стычке с бандитами. К этому прибавились мои познания в использовании игл для целительства и других тонкостей совершенствования. Короче, мужчина решил, что я сильно недооцененный, пока был на задних ролях, будущий гений его семьи. Сам он забросил совершенствование так и не достигнув пика концентрации Ци, о чем сейчас сильно жалел, но у меня точно всё получится. Он в меня верит.
Оказалось, пока я отсутствовал в поместье, мои личные вещи перенесли из старого жилища в главный зал и возвращаться на прежнее место мне не нужно. Мужчина отвел меня в комнату наследника, принадлежавшую раньше Шень Кану. Там осталась куча его новой, одетой всего по разу одежды. Его мать хотела, чтобы её сын всегда выглядел безупречно, но сейчас эти вещи превратились в гору бесполезного тряпья и вызывали щемящее чувство бренности бытия. Никогда не знаешь, когда настанет твой последний миг.
Разумеется, я не собирался донашивать вещи за покойником и попросил убрать всё, что принадлежало Шень Кану, очень удивив этим его отца.
- Тебе не нравится одежда, которую пошили для Шеня? Она изготовлена из самых дорогих, лучших тканей, - недовольным тоном сказал он.
- Нет, отец. Просто не хочу носить вещи покойного, чтобы не повторить его судьбу, - на ходу придумав убедительный для этого мира предлог, чтобы избавиться от чужого тряпья, сказал я.
- Вот как? - почесав сначала затылок, а затем выпирающий живот, пробормотал мужчина, - В этом есть смыл. Я об этом не подумал.
Хлопнув в ладоши, он вызвал ответственных за внутренние помещения слуг и на моих глазах несколько кулей с вещами бывшего наследника покинули просторные покои и всё же в них я чувствовал себя по-прежнему неуютно.
- Отец, с твоего позволения, я все же пока посплю в своём старом доме, - попросил я.
После расспросов мужчины, объяснил, что пока дух Шеня обитает в этом мире, он привязан к тем местам, где он жил раньше. Я чувствую его присутствие в комнате, и мне не хочется его беспокоить. Ему может быть неприятно, что он только умер, а кто-то тут же занял его комнату. Шень Кан относился ко мне хорошо, но проявив к нему такое неуважение, я могу изменить отношение духа и это скажется на моём будущем. Другими словами, я буду проклят, потеряю удачу, всё такое.
Используя склонность аборигенов верить во всякие странные суеверия, я убедил отца, что в старом доме мне пока будет спокойней и полезней. Он поверил в бредни о духе и позволил мне вернуться в старый дом. По пути на выход из главного здания поместья, чтобы заполнить неловкую паузу, я спросил, зачем он ходил к главе города, и узнал, что глава Су проводил предварительные переговоры о моей будущей женитьбе на старшей дочери наместника города.
Я даже полностью проснулся, когда он сказал, что не просто хотел меня женить на Тан Лань Эр, а ещё и младших девиц Тан и Ли сделать моими наложницами. По этому поводу он уже посетил и главу Ли и тот с радостью дал своё согласие. Если ничего не сорвется, то уже в конце недели, сразу после собрания старейшин, девица Ли с личной служанкой и всем своим гардеробом переедет в поместье Су, а мать Ченя, У Сунь Бин его покинет. Девица Ли займет её дом.
Так как моё нынешнее жилище было недостойно наследника, то глава и озаботился моим переездом в главную усадьбу поместья, где у меня теперь есть большие и красивые личные покои. В них мне не будет стыдно принимать, живущую в куда более скромных условиях наложницу. Другими словами, моё нынешнее жилище, которое было втрое меньше размерами дома матери Ченя, не годится, чтобы в нём жить, если у меня уже есть официальная наложница.
Я не понимал, куда такая спешка. Парню шестнадцать. В голове ветер, он скоро уедет в боевую академию на несколько лет, а ему женщину для зачатия детей подсовывают. Причем какую? Такую же незрелую и несамостоятельную, как он сам, дурочку с лесбийскими наклонностями. Причём, как я понял, глава Су уже сомневался, стоит ли брать старшую Тан в качестве жены и хотел лишь забрать из их семьи младшую Мэн Сюэ, тоже в качестве моей наложницы, а здоровую жену с богатым приданым он мне подыщет в другом клане. Су Мин Хо очень не любил вечно болеющих женщин, так как это очень часто использовалось, как повод в отказе от секса.
Мужчина так переживал за удачную сделку с кланом Тан и спешил спарить меня с двумя признанными красавицами города, словно это не у меня начнется бурная жизнь, а у него. Я даже заподозрил, что у старого развратника имеются личные планы на юных наложниц. Вроде того, что должен же кто-то показать несмышленым девицам, как правильно ублажать молодого господина. Он так довольно ухмылялся и причмокивал губами, упоминая о них, что казалось, что он выбрал их для себя, и пока я буду три года в академии, собирался приударить за ними самостоятельно. Я испытал к этому Су Мин Хо трудно скрываемое отвращение. Мерзкий он при ближайшем рассмотрении человек.
Ладно, пока это были лишь мои домыслы и ни на чём не основанные предположения. Я пожелал отцу Ченя спокойной ночи, отправился к себе, но по пути из-за дискомфорта в животе, заглянул на кухню у дома Сунь Бин, так как в поместье после того, как она убрала свою охрану, обо мне словно все забыли.
Конечно, очень многие слуги, включая и тех, что прислуживали матери Ченя, были во всю заняты подготовкой тройных похорон, что должны были состояться завтра, но это не повод оставлять меня без завтрака. Обед я сам пропустил, пока ходил за город, а затем наведывался в поместье главы города. От ужина у них я отказался, а здесь опять глухо. Меня без спроса переселили, но про ужин опять никто не вспомнил.
Так как уже стемнело, я решил никого не напрягать и просто закинуть в рот хоть что-то из того, что могло остаться от ужина или других съедобных продуктов на кухне. Да просто фруктами забить неприятное чувство пустоты в желудке, чтобы легче спалось, но когда я вошел в тёмное здание кухни, увидел блуждающий внутри свет фонаря. Направился прямо к нему, предполагая, что встречу одного из слуг и облегчу себе этим поиски пищи, но каково же было моё удивление, когда я последовал за ускользающим светом и застал в заднем помещении кухни, в тесной кладовке, стоящую раком У Сунь Бин. Женщина оставила фонарь позади на полу, а сама извлекла из ниши под самой нижней полкой, специально скрытой деревянной панелью и ветошью, какой-то старый, увесистый мешок.
Этот мешок оказался таким тяжелым, что женщине пришлось очень постараться, чтобы самостоятельно вытащить его наружу вытянутыми вперед руками. А когда это удалось и он с шумом стукнулся о пол, то издал очень знакомый мне звук звона металлических монет.
Наблюдая за происходящим, я дождался, когда женщина развяжет горловину мешка и пересыплет туда ещё горсть монет из принесенного с собой кошеля, затем положит туда же снятые с ушей и шеи золотые украшения, завяжет его и опять примется заталкивать в нишу, так и не заметив, что за ней всё это время следил кто-то ещё.