Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
– Возьмем? – переспросил майор.
– Ну, Степнова?
– За что же ты собираешься его «брать»? – удивился Паратов.
– Но как же…
– Все, что мы тут с тобой обсуждаем, лейтенант Вера – ничем не подкрепленные умозаключения. Доказательств – ноль. На месте преступления нет отпечатков, никто из соседей не видел, чтобы посторонние входили в квартиру Касаткиной… А то, что бывший начальник считает Степнова плохим специалистом, вообще к делу не пришьешь.
– Получается, все зря? – разочарованно произнесла девушка.
– Налицо связь жертвы убийства со Степновым, а это – уже немало. Однако «брать» его, как ты изволила выразиться, рановато. Мы понятия не имеем, какой мотив был у Степнова для устранения Ольги. Ну, крутили они любовь некоторое время назад, ну, потом могли встретиться в консультационном центре, когда Касаткина лечилась у Тарле… Все это в картину убийства пока что не укладывается. У нас даже нет доказательств того, что Степнов и Касаткина общались после его ухода из больницы. Такой человек, как Степнов, осторожный карьерист, никогда не поставит под угрозу собственное будущее без веских причин, а что это за причины, мы даже отдаленно себе не представляем. Но пригласить его для беседы не мешает.
– Зачем?
– Хочу устроить ему очную ставку с убийцей Валентины Грозной.
– А при чем здесь Валентина – думаете, Степнов причастен и к ее смерти? Но ведь наш наркоша не смог описать нанимателя!
– Словами – не смог. Может, если он его увидит во плоти…
– Считаете, для прокурора этого будет достаточно? Наш свидетель – наркоман со стажем!
– Не самый лучший расклад, согласен, но надо ведь с чего-то начинать? Кроме того, приглашение к следователю дестабилизирует даже невиновных людей, это может заставить Степнова себя проявить. А мы будем поблизости.
– Так вы собираетесь мне рассказать, что удалось узнать со вчерашнего дня, Иван Арнольдович? – поинтересовалась Вера, видя, что шеф замолк.
– Ах да… Знаешь, странно, что Тактамадзе называл Степнова бездарностью: мужик успешно печатается в журналах по психиатрии.
– В самом деле?
– Помнишь листки, которые я выцарапал в ученом совете? Так вот, то были отрывки из его статей. Также там обнаружились тезисы будущей диссертации: похоже, Степнов серьезно работал над своей научной карьерой!
– Карьерой? – удивилась Вера, таращась на майора. – Если послушать Тактамадзе, Степнову – грош цена как психиатру!
– Может, дело в банальной зависти?
– Нет, Иван Арнольдович, я справки наводила: Тактамадзе – величина в российской психиатрии. И уж точно ему нечего делить с этим Степновым!
– Есть у меня одна мысль, – медленно проговорил Паратов, глядя, как снег косой стеной проносится мимо окна. – Понимаешь…
Зазвонивший мобильник прервал разговор.
– Паратов! – рявкнул в трубку Иван, но тут же снизил тон. – Нелли Аркадьевна?
Вера насторожилась. Нелли Тарле говорила тихо, и лейтенант, как ни напрягала слух, не слышала ее слов. Однако по выражению лица майора она видела, что случилось нечто важное.
– Мне нужно в «Синюю Горку», – сказал он, дав отбой.
– Вы с ума сошли, товарищ майор, – за окно взгляните!
– Ну и что? – раздраженно пожал плечами Паратов.
– Но вы просто-напросто не доедете!
– Доеду.
– Тогда я с вами! – поднимаясь, сказала Вера.
– Нет, ты останешься.
– Товарищ майор!
– Вот именно, что «товарищ майор», – резко перебил он. – А вы, товарищ лейтенант, будете выполнять приказы без возражений!
Вера сникла. Ее опять отстраняли от чего-то интересного. Кроме того, ей не хотелось оставлять начальника наедине с привлекательным психиатром, хотя признаться себе в этом девушка ни за что бы не согласилась.
– Не страдай, – примирительно потрепал ее по плечу Паратов. – Обещаю, что ничего от тебя не скрою!
* * *Неля вошла в комнату отдыха и увидела, что там полным-полно народу. В помещении царила полутьма: проблемы со светом до сих пор не устранили, и санитары приволокли откуда-то фонари и безопасные свечи на батарейках, разложив и расставив все на столах и на полу. Она вспомнила, что в оранжерее свет горел – у дяди Бори имелся собственный генератор (весьма предусмотрительно, ведь эта авария – не первая и не последняя!). Люди сидели и стояли вдоль стен, освободив небольшую площадку посередине, где стоял человек со скрипкой в руках. Еще идя по коридору, почти на ощупь, Неля услышала чарующие звуки. Это была «Юмореска» Дворжака. Кто-то из пациентов, со спины Неля не узнала, аккомпанировал скрипачу на рояле. Тень от высокой фигуры падала на стену, причудливо искривляясь и подрагивая в тусклом свете.
– Главный распорядился, – прошептала Анюта, склоняясь к уху Нели. – Говорят, кто-то из «буйных» еще бегает по территории! Вот Ракитин и решил, что пациентов нужно отвлечь, пока не наладят проводку. Кстати, а вы-то где были?
Неля знала, что отсутствовала около четырех часов. Если бы не аврал, вызванный отключением электричества и побегом пациентов, ее могли хватиться, но сейчас Неля не опасалась, что кто-то станет всерьез интересоваться тем, где она провела это время. Большая его часть ушла на ожидание прибытия Паратова. Неля побаивалась, что из-за ужасных погодных условий ему не удастся добраться до «Горки», однако каким-то чудом майор справился с трудной задачей. Она не стала уточнять детали – слишком важно было передать Марию Лычко следователю из рук в руки. Она также отдала ему ведерко с золой, сбивчиво пояснив, чего ожидает от проверки. Паратов, видимо, счел ее не вполне нормальной, однако спорить не стал и ведерко прихватил, все время косясь на Древлина, маячившего за ее спиной. Она и сама не очень верила словам Валерия, но что-то не давало ей от них отмахнуться.
– Я бегала по территории, пытаясь разыскать Древлина, – ответила Неля Анюте.
– Нашли?
– Он спрятался в оранжерее. А потом мы пережидали снегопад – еле-еле двери открыли, их снегом завалило!
Неля не стала уточнять, что их с Валерием и Марией Лычко освободил Паратов. Охранник тоже прятался в главном корпусе, и не видел, как майор пробрался на территорию и руками разбросал снежный занос, блокировавший дверь оранжереи.
– Молодец, Древлин, сообразил! – похвалила Анюта. – Я слышала, что четверых из «буйного» так и не нашли – видимо, они перелезли через забор и подались в поселок.
– Господи! – в ужасе прикрыла рот рукой Неля. – Как же они доберутся-то, по такой погоде?!
– Вот и я о том же, – кивнула Анюта. – Не дай бог, замерзнут – температура-то вон как упала, хоть снегопад и прекратился…
– Их никто не ищет?
– Вы шутите? Темно, хоть глаз выколи, да и транспорт в ближайшие дни не пройдет. Можно только своим ходом, но это лишь с утра. А пока что будем надеяться, что у наших психов хватит соображалки где-нибудь переждать. Хотя звучит, конечно, сомнительно, учитывая… ну, вы понимаете!
Пациентов с «буйного» отделения трудно заподозрить в высоком уровне интеллекта, и они вполне могли отправиться в дальний путь, едва одетые. Это означало для них верную смерть.
Тем временем, сыграв еще несколько вещей, Рощин раскланялся перед публикой и подошел к Неле с Анютой. Медсестра с любопытством разглядывала человека, еще недавно похожего на тряпичную куклу.
– Где вы были? – тихо поинтересовался он, обращаясь к Неле. – Мы волновались!
– «Мы»?
– Ну, пациенты, санитары… Ракитин несколько раз прибегал, опрашивал.
– Да ну?
– Точно, – закивала Анюта. – Он боялся, что вас понесло за территорию!
Склонившись к самому уху Нели, Макс прошептал:
– Надо поговорить. В вашем кабинете.
Его горячее дыхание щекотало ей шею, и Неля почувствовала, что ноги становятся ватными. Что с ней происходит? Макс тут же отошел, а Неля обратилась к медсестре:
– Анюта, я, пожалуй, пойду к себе: хватит на сегодня треволнений. Вы тут справитесь?
– Конечно, Неля Аркадьевна, – ответила девушка. – Идите, мы с Ромой за всем присмотрим!