Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Если в пещере было кладбище, откуда там столько домашней утвари?
— Там могли какое-то время жить. Или жилой была соседняя пещера, а эту использовали как место для захоронений. Черт, не знаю. Ты же у нас археолог. Однако наличие кладбища опровергает утверждение, что римские солдаты просто бросили тела и ушли.
— Гиены и шакалы представляли в те времена большую проблему. Могилы защищали каменными плитами. Бедуины делают так до сих пор, — покачав головой, произнес Джейк.
  
— Взгляни на фотографию. Думаю, было две-три одиночных могилы и одна общая, где находилось пять-шесть человек, — сказала я. — Похоже, их раскопали почти сразу после захоронения.
— Гиены обычно тащат добычу к себе в логово. Этим и объясняется большое количество пропавших костей.
— Конечно.
— О'кей. Пусть в пещере находились могилы. И что? Мы все равно не знаем, чьи они.
— Верно, — согласилась я. — Хаас упоминает свиные косточки. Их наличие предполагает, что в пещере похоронены не евреи?
Джейк пожал плечами.
— Хаас говорит о загадке свиньи и талеса. Что конкретно он имел в виду, непонятно. Наличие свиных костей может означать, что в пещере похоронены римские солдаты. Некоторые придерживаются такого мнения. Или же там лежат византийские монахи, которые жили на вершине в пятом-шестом веках.
— По словам Хааса, в пещере присутствовали останки шести женщин. Не очень-то похоже на монахов или римских солдат.
— Да, и анализ ткани из пещеры показал, что ее сделали в период с сорокового по сто пятнадцатый год нашей эры.
Джейк уставился на снимок.
— Впрочем, вполне возможно, что это разрытое кладбище, Темпе. Помнишь скелеты, найденные во дворце?
Я кивнула.
— Ядин пишет в книге, что нашел три костяка. Мужчина, женщина и мальчик. И делает драматическое заключение, что они являлись последними защитниками Масады.
— А что не так? — спросила я.
— Звучит довольно натянуто. Недавно мне разрешили порыться в архивах, касающихся раскопок северного дворца. Я просмотрел много дневниковых записей и фотографий, ожидая увидеть три целых отдельных скелета. Как бы не так. Кости были разбросаны и перепутаны, а некоторые отсутствовали. Подожди-ка секунду.
Джейк отложил фото и взял письмо Хааса.
— Я так и думал. Он тоже говорит о скелетах из дворца. Только описывает двух взрослых мужчин — одному двадцать два, другому — сорок.
— И никакого ребенка?
— Ага. Повторюсь, от одного из мужчин остались только ноги и стопы.
Я открыла рот, но Джейк жестом остановил меня.
— Еще одна вещь. Ядин пишет, что во дворце имелись экскременты животных.
Я вдруг осознала, что именно не давало мне покоя.
— Слушай, Джейк, после захвата Масады римляне жили там тридцать восемь лет. Разве они оставили бы трупы валяться вокруг одного из великолепных дворцов Ирода?
— Дворцы могли прийти в запустение еще раньше. Впрочем, ты права.
— Ядин отчаянно хотел, чтобы скелеты из дворца принадлежали отважной семье, погибшей при обороне крепости от захватчиков. Даже не стал их внимательно исследовать, зато быстренько уведомил об открытии в прессе. Так почему такая осторожность с костями из пещеры?
— Возможно, он знал о свиных костях с самого начала, — задумчиво предположил Джейк. — Или подозревал, что люди в пещере не евреи, а римские солдаты, да пусть даже просто не зелоты.
— Ядину наверняка было известно намного больше, — сказала я, думая о загадочном скелете. — Не исключено, что он — или кто-то из его сотрудников — в курсе того, кто похоронен в пещере.
Джейк подхватил мою мысль:
— И он знает, кому принадлежит загадочный скелет.
— Его никогда не показывали Хаасу вместе с остальными костями.
— А переправили из Израиля в Париж.
— Там-то через десять лет костяк и нашел Йосси Лернер.
— И под впечатлением от книги Донована Джойса стащил.
— Теперь скелет исчез снова. Хаас нигде не упоминает о нем в письме?
Джейк отрицательно покачал головой.
— Думаешь, его ссылка на свиные кости имеет значение?
— Не знаю.
— И что он подразумевал под «загадкой о свинье и талесе»?
— Без понятия.
Н-да. Не густо. И на повестке дня все еще остается главный вопрос: кому же, черт возьми, принадлежал скелет?!
Райан на машине Фридмана заехал за мной в одиннадцать. Снова поблагодарив меня за то, что я вернула арендованный автомобиль, Джейк пошел спать.
Мы с Райаном поехали назад в «Американ колони».
— Кажется, его здоровье идет на поправку, — сказал Райан. — Но он все еще какой-то вялый.
— Прошло менее сорока восьми часов. Дай ему время.
— Да твой Джейк и раньше был полусонный.
— Прекрати.
Я рассказала Райану о письме Хааса и о «загадке свиньи и талеса». Кроме того, упомянула, что Хаас, по-видимому, никогда не видел загадочный скелет. Еще поделилась предположением по поводу того, что тела не просто бросили в пещере, но похоронили, а могилы позже были разрыты всяким зверьем.
— Ну и что? — пожав плечами, спросил Райан.
— Это бросает тень на классическое представление о Масаде.
Больше я не нашла, что ответить.
— Кстати, тебе прислали распечатку телефонных переговоров?
— Да, — сказал Райан, похлопав себя по нагрудному карману.
— А что, это всегда занимает так много времени?
— Сначала нужно получить ордер, затем предъявить его в телефонной компании. Только тогда она может предоставить сведения. Я запросил данные обо всех входящих и исходящих звонках за прошлые месяцы — начиная с ноября.
— Чьих звонках?
— Ферриса и Каштана. С рабочих и домашних телефонов.
— А что с мобильниками?
— К сожалению, мы не сотрудничаем с операторами сотовой связи.
— Печально. Это упростило бы ситуацию.
— Значительно.
— Ладно. Так что?
— Я только бегло просмотрел факс. Хочешь, проведем остаток дня вместе?
— Ты предлагаешь помочь тебе со списком?
— Да. Как ты на это смотришь?..
Я решила, что меня это не затруднит, однако через полтора часа изменила свое мнение.
За месяц обычный человек может совершить и принять достаточно звонков, чтобы заполнить номерами от двух до четырех листов формата А-4. Причем мелким шрифтом. У нас было два человека, и у каждого по два телефона. Период же составлял четыре с половиной месяца. Попробуйте подсчитать.
С чего начать? После некоторых рассуждений мы решили кинуть монетку. Орел — начнем с дат, решка — с абонентов.
Выпал орел.
Стали смотреть ноябрь. Я взяла Ферриса, Райан — Каплана. Через час выяснилось следующее. Герш Каплан был не самым популярным абонентом в городе. Единственным человеком, звонившим ему домой, являлся Майк Гинсон. Полицейский по надзору за досрочно освобожденными. То же самое и с исходящими звонками.
В зоомагазин в основном обращались поставщики кормов и разных аксессуаров для животных. Или люди, собирающиеся приобрести какую-то зверюшку, ящерицу или рыбку.
Феррис из дома перезванивался с Дорой и братьями. Еще фигурировали магазин кошерной пищи и синагога. Никаких сюрпризов.
Из офиса он связывался с поставщиками, магазинами и синагогами по всей восточной Канаде. Несколько звонков в Израиль. Часто контактировал с Кортни Пурвайенс на складе или звонил ей домой. С Мириам почти не разговаривал.
Декабрь практически не отличался от ноября. Добавились несколько звонков в местное туристическое агентство и отель «Ренессанс», куда также дважды звонили со склада.
В три пополудни я разогнула спину, чувствуя легкую головную боль.
Райан отложил маркер и потер глаза.
— Перерыв на обед?
Я кивнула.
Мы спустились в ресторан, а через час уже снова сидели за столом в моей комнате. Я продолжила разбираться с Феррисом, Райан — с Капланом.
  
Еще спустя час мне попалось кое-что интересное.
— Странно.
Райан поднял глаза.
— Четвертого января Феррис звонил в Сан-Мари-до-Неж.
— В монастырь?
Я протянула листок. Райан взглянул на него.