Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 (СИ)
Вместо «подшутить» должно было прозвучать «поиздеваться», но выпускница вовремя спохватилась.
— И в мыслях не держала. Я очень тебя люблю, — искренне поклялась старшая сестра. — Договорились. Впредь ездим только на красной.
У главы Эдогава-кай, языком айтишницы Уэки, аппаратная часть перестала успевать обрабатывать входящие запросы: отец вертел головой, переводил взгляд с собеседника на собеседника, пытался не выпасть из беседы и параллельно просчитывал что-то своё.
— С тем ипсумом есть тонкость, — не моргнул и глазом невозмутимый Решетников. — Я не исключал, что ты примешь моё приглашение на обед. Почему-то думал, что место может быть… — он назвал тройку ресторанов того района. — Toyota Ipsum — неприметная, но служебная машина якудзы. GT-R Nismo же — слишком вызывающая, может привлечь полицию или прессу.
— А-а-а.
— «Извините, госпожа, ради безопасности мы не паркуем такие автомобили у входа!» — Моэко-тян, колись, приходилось такое слышать?
— Бывало. — Старшая дочь резко озадачилась вслед за отцом. — Фигасе ты прошаренный. — Последняя фраза была столь же искренней, сколь и чистая незамутнённая ненависть Хаяси Юто в адрес родной внучки.
Впрочем, подоплёку кроме одного молодого мужчины никто не понял. Почти молодого мужчины — ехидно поправила себя борёкудан, заглядывая в лицо товарища и подмигивая.
Задумчивость Миёси Мая окончательно снесла с лица оябуна обычную невозмутимость:
— Такидзиро-кун, а как ты сейчас на рейс поедешь? Вертолёт вы отпустили, машины под рукой нет, — перегруженное мышление папы с пробуксовкой рвануло по пути наименьшего сопротивления. — Сказать моим людям? Ты же всё равно без вещей. Сейчас подъедут пару мотоциклистов и на байке довезут со скоростью звука, м-м⁈ Никакие пробки не страшны, — предложил борёкудан, не мигая. — С полицейскими штрафами за превышение я потом всё решу сам.
Отец банально смутился из-за Хикару, поняла Моэко. Он рад, но искренне боится поверить собственному счастью — поэтому сейчас так старательно зафиксировался на второстепенных деталях типа дороги Такидзиро-куна в аэропорт Ханеда.
— Боже упаси! — не менее искренне открестился логист. — Миёси-сан, с вашего разрешения, у меня своя программа на эту тему. Без деталей, мои извинения.
— Да без проблем, — родитель растерялся окончательно.
— Кое-куда нужно заехать и лучше всего это сделать на метро, — светловолосый махнул рукой в сторону ближайшей станции. — Машиной там не подъедешь и вертолётом тоже не залетишь.
* * *Там же
— Ждите завтра обратно, — Решетников церемонно коснулся щекой её щеки.
— Волнуюсь, — спокойно сказала Моэко в ответ.
— Не стоит. В прошлый раз было хуже, — развеселился несгибаемый оптимист. — Сейчас чисто туристическая поездка.
Затем он повернулся к Хикару:
— Сестра, мне нужен твой совет или даже помощь. Насколько реально после моего возвращения устроить совместный ужин на пятерых? Твою маму затащить получится?
— Думаю, да, — не по-детски серьёзно ответила школьница. — Если мы одна семья, старым обидам на воле делать нечего. Я права, отец? — она без перехода повернулась к Миёси-старшему.
— Я бы очень хотел сказать да, — тот не отвёл взгляда. — К сожалению, есть мнение: у женщин эмоции управляют поступками гораздо сильнее, чем логика или чем это принято признавать вслух. Я сейчас не могу сказать, будет ли твоя мама так же конструктивна, как ты, хотя я бы весьма хотел её видеть.- Глава Эдогава-кай чуть помолчал. — Все эти годы мне её очень не хватало. Тебя тоже.
Моэко подхватила Такидзиро под руку и вполне мотивировано отбуксировала в сторону на десяток шагов — затеяв целоваться под прикрытием беседки.
— Пусть общаются наедине, раз масть пошла. Раз прорвало. — Выдала она в три присеста между подходами к снаряду.
— А что, если ребёнка прямо сейчас потренируемся делать? — выдал с таким серьёзным лицом Решетников и очень убедительно исполнил арпеджио на её ягодицах, прижимая фигуристую якудзу к себе.
— С ума сошёл⁈ — В следующую секунду до неё дошло, что кое-кто тоже иногда может в юмор. Своеобразный, но тем не менее. — Тьфу ты. А я поверила. — В глазах химэ вспыхнул вполне определённый огонёк. — Я же и согласиться могу, я не стеснительная. А после того, как — ты понял… — первым делом позвоню Хину, похвастаться. Чего резко приуныл? — вытянувшаяся физиономия товарища доставила. — Расскажу подруге о впечатляющих размерах твоей анатомии.
— А если размеры не такие уж впечатляющие? — вяло и для проформы уточнил логист.
— Пф-ф-ф, неважно. Главное — факт, а какого размера был размер… а-ха-ха, ну и лицо.
— Нечестно. Знаешь, куда бить.
— Я же беззлобно. Я очень рада, что ты есть и открыто говорю об этом вслух. — Она поцеловала его снова. — Умеешь читать между строк несказанное?
— Угу.
— Не парься. Выбирать между нами двумя не нужно, я что-нибудь придумаю. Сосредоточься на поездке. Пока и спасибо за сестру, — она толкнула его ко второй асфальтированной дорожке, напоследок шлёпнув по заду.
С другой стороны беседки отец и Хикару оживлённо жестикулировали, то и дело оглядываясь на дом — сквозь просветы в растительности их видно было неплохо.
Глава 10
— Тормози! — Ута сунула два пальца в рот и свистнула, не обращая внимания на людей вокруг.
Не в полную силу, но и не тихо. Многие на двух этажах терминала обернулись.
Несущийся рысью от линии метро Кэйкю Решетников какое-то время скользил по мраморному полу по инерции, прекратив перебирать ногами и задрав голову.
— Я тут! — она опиралась о перила внутреннего балкона и хлебала газированный сок из бутылочки. — Лифт вон. — Ещё один взмах рукой, потому что логист заполошно заозирался, соображая, как к ней подняться — не по столбику же карабкаться.
Десятки японцев, неодобрительно покосившихся в её сторону, продолжили путь, вернувшись к своим делам. Кое-кто из иностранцев с интересом продолжил рассматривать: одета Уэки-младшая хоть и не вызывающе, но далеко и не невзрачно, соблазнение упрямого товарища — штука комплексная, нужно напирать по всем фронтам. Подчёркнутые одеждой нюансы фигуры — добрая четверть успеха: сейчас насмотрится на её аппетитную задницу — мужская фантазия разгуляется.
Тестостерон рванет по венам, она всё просчитала; взгляд метиса неизбежно затуманится, мечты о реализации и чувственного компонента обязательно разыграются — шаг, шаг, шаг, глядишь, и придём к чему-нибудь. Романтично-интересному. Типа трения пупками в уединённой обстановке.
А что, если сразу зайти с козырей? — неожиданная мысль увлекла. В том, что любой мужчина не устоит, Ута не сомневалась — вопрос времени. Ну не идиот же самец отказываться от ТАКОГО женского тела? Не поддался сразу, поддастся позже.
Что, если не предохраняться с самого первого раза? Залёт, ребёнок — интересно, как Такидзиро-кун тогда будет себя вести? На душе стало неожиданно легко, жизнь заиграла красками, каждый будущий момент бытия наполнился объёмным интересом.
В следующую секунду Ута цокнула языком и решительно дёрнула уздечку рванувшей вперёд фантазии: бухать надо было меньше последний месяц! Залёт после интима, да на алкогольные дрожжи последних дней — незачем в разы повышать тупой шанс родить не пойми что.
Не пойми кого, поправила она себя педантично. Вспыхнувшую было досаду на саму себя топ менеджер решительно задавила в зародыше: не будем паниковать, начнём с малого, step by step. Для начала — поймать кое-кого за детородный орган, образно и не только образно. В прямом смысле тоже.
Затем подсадить на регулярный секс с молодой, неглупой, улыбчивой инженером телекоммуникаций, по совместительству топ-менеджером — пока Такидзиро-кун не начал натягивать какую-нибудь другую героиню «агентства моделей» (в голове кроме трёх членов совета директоров держим ещё гангстершу: та хоть и не директор Йокогамы, но во всех смыслах тоже далеко не серая посредственность. И в ближний круг Решетникова входит, демоны. И буфера там ого-го, в этом месте только шмыгнуть носом от сочувствия к самой себе — вся съеденная в тинейджерстве капуста для роста сисек, увы, особо ничего не увеличила).