Мой чужой дом
Дом Мейв втиснут в ряд таких же узких традиционных корнуоллских жилищ. Дверь красная, лакированная, с простым медным молоточком. Из стены, отделанной декоративной штукатуркой, выпирает ящик с цветущими, несмотря на сезон, растениями.
Я собираюсь постучать, но в последний момент опускаю руку. Голосов внутри не слышно. Может быть, собрание книжного клуба в другой день?
Черт! Еще и вино забыла! Бутылка «Сансер», которую я собиралась принести на встречу, продолжает остужаться в холодильнике. Нельзя же заявиться с пустыми руками. Похоже, это знак свыше – надо просто вернуться домой. Из-за приближающегося срока сдачи я безумно вымотана. Единственное место, где мне положено находиться, – за письменным столом.
По пути к машине я мысленно сочиняю для Мейв послание с извинениями и ссылкой на срок сдачи книги. С таким доводом не поспоришь.
Я уже берусь за ручку автомобильной дверцы, как сзади раздается торопливый топот и чьи-то руки хватают меня за талию.
– Нет, даже не думайте!
Я испуганно оборачиваюсь.
В темноте я не сразу узнаю девушку в пальто, радостно глядящую на меня из-под опушки капюшона.
– Надеюсь, вы не собирались вот так вот улизнуть? – весело говорит Лора.
– Нет… э-э… просто я… я забыла дома вино.
– Вам повезло – у меня хватит на двоих! – Приоткрыв висящую на плече большую сумку, она извлекает одну бутылку. – Эта в любом случае ваша.
Наверное, вид у меня озадаченный, потому что Лора поясняет:
– Хочу поблагодарить за то, что вы подписали книгу моей сестре. Она так обрадовалась! Даже заплакала! Хотя, скорее, из-за гормонов.
– Напрасно, не стоило, правда… – бормочу я, смущенная нежданным подарком.
На этикетке протянутой мне бутылки название: «Сансер».
– Ваше любимое!
– Откуда вы…
Загадочно улыбнувшись, Лора подносит к своим губам указательный палец: секрет, – берет меня под руку и уверенно ведет к дверям дома.
– Добро пожаловать!
Мейв заводит нас в узкую прихожую, украшенную черно-белыми снимками культовых вещей пятидесятых годов – на одном музыкальный автомат, на другом печатная машинка, на третьем пара лакированных туфель на платформе…
Повесив пальто на вешалки, Мейв провожает нас в гостиную. Обеденный стол из вишневого дерева отодвинут к стене, чтобы освободить больше места для гостей.
Почти все члены книжного клуба в сборе, Фионы пока нет. В комнате очень душно, да еще идет жар от маленького электрокамина.
– Легка на помине! – С бледно-голубой кушетки подает голос Ана, облаченная в стильные брюки с высокой посадкой. – Как раз говорили о тебе, Эль.
– Неужели? – Я сажусь рядом с ней.
– Я сомневалась, что ты придешь. Кажется, ты писала в «Фейсбуке», что сегодня срок сдачи?
– Через сорок восемь часов, – отвечаю я.
– Ничего себе! И как, укладываешься в график?
– Главное – заставить свой мозг сконцентрироваться.
– Если вам понадобятся предварительные чтения… – говорит Мейв, протягивая мне бокал с вином, – …знайте – здесь целый отряд добровольцев.
– Конечно! – одобрительно подхватывает Лора.
В дверь стучат. Мейв выскальзывает в прихожую, звучит голос Фионы:
– Что, я последняя? Проклятая лазанья! Всегда готовится в три раза дольше, чем рассчитываешь.
Широким шагом сестра входит в гостиную. Я так рада ее видеть, что расплываюсь в улыбке. Выглядит она усталой: на лбу новые морщины, лицо бледное, осунувшееся, – а может, освещение плохое.
– Ты уже читала? – обращается к Фионе Лора. – Новый роман Эль. Мы как раз предлагали ей устроить предварительные чтения.
– Шутишь? – фыркает сестра. – Эль у нас воплощенная скрытность, мастер тайн и загадок. – Она легонько толкает меня локтем в ребра и втискивается рядом на диван. – Я даже не в курсе, о чем книга.
– Не люблю спойлеры, – с улыбкой отзываюсь я. – Ты и правда готовила лазанью?
– Почему ты так удивляешься? Иногда я кормлю свою семью.
– А Стивен сегодня где? – интересуется у Мейв Ана.
– Он в ночную смену. Фиби наверху – предположительно делает уроки.
Какое счастье, что Стивен на работе! Не особенно хочется с ним встречаться из-за того ужасного вызова.
После очередного глотка я с изумлением вижу, что бокал почти пуст. Я тянусь через низенький кофейный столик за бутылкой, оглядывая чужие бокалы: может, еще кому долить? У всех полные. Наливаю себе. Ничего, оставлю машину на ночь здесь, Фиона меня подбросит.
– Я осилила пока четверть романа, – говорит заместитель директора Кэтрин. – В школе дурдом – на прошлой неделе приехал комитет по стандартам в сфере образования. Только начинаю читать и сразу засыпаю.
Сон… Разве это не восхитительно? В тепле гостиной, под действием вина напряженные мышцы спины расслабляются, накатывает усталость. Какое искушение закрыть глаза, прямо здесь…
Чтобы случайно не уснуть, я несколько раз быстро моргаю. Не помешало бы открыть окно. Эркер занавешен римскими шторами. Под подоконником, на полочке, в восхитительных керамических горшочках стоят кактусы, а среди них фотография в рамке: две женщины под цветущим деревом на ковре из лепестков. Та, что младше, похожая на Мейв, одной рукой обнимает другую женщину – видимо, мать. На заднем фоне светлое величественное здание с большими колоннами. Спустя миг до меня доходит: это же Кардиффский университет, корпус Бьют! Когда-то я гуляла там по утрам, в весеннем парке… Неожиданно, словно удар под дых, в мои мысли врывается Люк Линден, меня бросает в жар. На глаза наворачиваются жгучие слезы.
Мейв пристально на меня смотрит.
– Корпус Бьют, – говорю я, кивая на фото. – Вы хорошо знаете Кардифф?
– Я там жила.
– Правда? А где?
– На окраине города, рядом с доками.
– Вы, кажется, работали в университетской библиотеке? – уточняет Лора.
– Да, не очень долго, пока не родила Фиби.
Возможно, мы даже пересекались, когда я там училась… Интересно, дошли ли до Мейв слухи обо мне? Они тогда, как пожар, разнеслись по всему университету.
– Кстати, раз уж заговорили о фото, – оживляется Ана, подаваясь вперед. – Ни у кого нет в друзьях в «Фейсбуке» моего бывшего мужа? Не видели его снимки из Гоа?
– Я так понимаю, он поехал с ней? – выразительно произносит последнее слово Мейв.
– Именно. По-моему, их срастили хирургическим путем, и они теперь физически не могут оторваться друг от друга, иначе организм перестанет функционировать. Всю жизнь он возмущался публичными выражениями чувств – и вдруг вывешивает фото с собственными обжимашками! Слава богу, хоть детей у нас нет. Такое позорище!
– Пит? Поверить не могу! – восклицает Фиона.
Ана достает мобильник.
– Но предупреждаю – тебе потом вино в горло не полезет.
– Плохо же ты меня знаешь!
Отыскав красочно расписанный снимок, Ана поднимает телефон.
– Смотрите, на нем бусы! Господи боже! Человеку сорок два года…
Она разворачивает экран к себе и продолжает прокручивать ленту. Спустя несколько секунд ее лоб пересекает морщина, а взгляд переключается на меня.
– Как странно…
– Что странного?
– Лента новостей показывает, что у тебя сейчас эфир в «Фейсбуке».
– Наверное, старая информация, – беспечно отвечаю я.
Ана уверенно мотает головой.
– Нет. Показывает, что эфир начался сегодня вечером, в пять минут девятого. Получается… Пятнадцать минут назад?
– Может быть, вы случайно вышли в Сеть? Нажали кнопку в кармане? – предполагает Лора. – Ой, тогда мы, наверное, все в прямом эфире!
– Да нет же! Я как раз смотрю эфир, – говорит Ана серьезным голосом – и в гостиной воцаряется тишина. – Эфир из твоего дома, Эль. Из кабинета.
Глава 28
Эль
Сердце колотится, от шеи к лицу поднимается жар.
Я смотрю в телефон Аны, пытаясь переварить увиденное.
Кабинет озарен настольной лампой, луч света направлен на дальнюю стену. Комната в том же виде, в каком я ее оставила. Стул пуст. Ноутбук на столе открыт, на корешке книги лежит карандаш.