"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)
Местные добросовестно отстояли караул, успели даже обменяться парой слов во мраке, едва подсвеченном кострищем. Вроде бонуса для усталого организма — когда рядом еще одно живое тело, а мертвечина заныкана по глубоким норам. Самообман, конечно, и раскрытие позиции вероятному противнику, но я смолчал. Потенциальных союзников надо поберечь — им еще вести группу.
Ярче вспыхнули угли, разворошенные Фрау. Привычный распорядок команды — жопы оторвали, переместили и занялись утренним моционом, раз уж ночь не добила. Святое правило пилигрима. Таша и Хвостатая отнеслись с полным пониманием и занялись меланхоличной проверкой экипировки.
— Едим и выходим, — озвучил план.
— Да, пора, — степенно кивнула Таша. Смотрю за ночь отошла, сбросила мандраж и хлебнула уверенности. Радушный и сильный хозяин, готовый принять залетных гостей.
Замес неопределенно хмыкнул, что стало единственной реакцией на слова клановой. Я укоризненно качнул головой — воспитание и манеры, умник, воспитания и манеры. С нами рядом еще не друзья.
— А сколько может длиться охота? — неожиданно спросила Ива, завершая бинтовку «профессора».
На дельный вопрос стойку не сделаю, пусть отдельные бойцы не косятся. Спрашивать о нужном в требуемый момент — почти искусство.
— По-разному, — уклончиво ответила Хвостатая, жадно рассматривая парок над котлом. — Но клан ждет до последнего. Хотя пропавших ищут редко. Смысла нет, понимаете? Проверят, конечно, обычные делянки, но в черноту не полезут.
— Не ссым, — объявила Таша. — Нас еще не списали, и мы за вас поручимся.
— Прям бальзамом, — одобрил я. Главное, не наткнемся на нервничающих спасателей, а с остальным разберемся. В секторе, отданном клану, вряд ли действует только одна команда, но чужаки — редкость, а между своими, думаю, перетрут штатно.
Стоянку покинули через полчаса. Бойцы готовы, проводники готовы, а Марта бодро поскрипывает, заставляя тощего тревожно прислушиваться. Условия для выхода почти идеальные.
Двигаем телом, шевелим конечностями в привычном рваном ритме. Обогнуть, перелезть протолкнуть — оставить позади изломы, растоптать лежалую грязь, разминуться с нависшей массой кладки. Улочки и дворики, а порой, сука и проспекты с площадями утекали за поворот — в извечный призрачный скрип зоны.
Бойцы почти не разговаривали — так, короткие посылы о способах преодоления очередных развалов. Ну или тощего взбодрить, когда мелкая возвращалась с коротких пробежек по окрестным закуткам и начинала скучать. Клановые слушали и хмыкали без задней мысли — привыкли ходить на минимуме звука, но и в чужие правила не лезли, что мне почти симпатично.
— Уходим в проулок. — Таша рубанула рукой в сторону одной из черных щелей меж неровных стен.
Я пригляделся. На одной из стен — под нависшим козырьком из оторванного сайдинга — белел значок креста, цифра 23 и стрелка «влево». Вот и ответ на причину уверенного продвижения. Последний час высматривал нечто подобное и здесь, на широком дворе, имевшим некое ключевое значение, нашел искомое.
— Да, — Таша перехватила мой взгляд. — Так все метят, развилки более-менее открыто, а тропы только для посвященных.
— А есть тропы? — поддержал беседу. Умник, мерно вышагивающий рядом с колесницей, навострил уши.
— Условно, — фыркнула Таша, и ее напарница согласно оскалилась. Но лучше бы не улыбалась, нервирует на контрасте. — Шанс напороться ниже, ну или сухих давно не встречалось. Сектор отошел клану недавно, так что активно метим.
— Толку-то, — буркнула Хвостатая. — Нестабильный сектор…
— Заткнись, — спокойно попросила Таша. — Просто, заткнись. Хочешь уйти на подсос к сильным?
Ива заморгала — надо полагать, пыталась невербально донести откровение до тупенького командира. Надо же, зона несправедлива и слабого приходуют раком. Проигнорировал и вежливо кашлянул:
— Нахер ваш терки.
Клановые сурово поспешили, мы — следом. Хотя ушли недалеко, до первого отнорка в проулке, что случился метров через 15. Не поверите, но я увидел панцирь. Или точнее, я узрел и охуел, если расставлять правильные акценты.
Трехметровая надколотая хреновина лежала за скособоченными плитами. В анатомических дырах подвисла неприятная белесая «лапша». Иссушенная плоть обратилась в пыль, но, к сожалению, не до конца.
— Это? Что? — в два приема выдала замершая Крыса.
— Где? — встрепенулась Таша, перекидывая шмалабой.
Мелкая активно затыкала цель пальцем.
— Поддерживаю, — поддержал тощий, стопоря телегу. Как мужик — сказал, сделал.
Мне захотелось выпустить немного свинца в сумрак. Да и остальные бойцы нехорошо напряглись.
— Панцирь, — не поняла Таша. — Материал — говно. Хрупкий. А так бы само собой взяли.
— А не крупноват? — спросил я осторожно.
— Нулевые, — почти не сговариваясь сказали клановые. — Нечи случаются разные. В старых гнездах можно наткнуться на такую вот милоту, а то и поболее. И, если ты из первой десятки кланов — даже поохотиться.
— Да ладно, — Хвостатая сплюнула. — Все пытаются. Если свезет, навар поднимешь до Оси.
— И дохнут, — отрезала Таша. — Помнишь клан Болт? Весь боевой состав к херам и нету, бля, Болта… Хотя ладно, там неизвестно кто их поимел, но мне думается без такой хрени не обошлось.
Смена № 7 переглянулась. Легкая неуверенность прям чувствовалась — теория относительности, сука. Когда ты меньше добычи, тянет уйти домой.
— А где такие водятся? — поинтересовался я ненавязчиво.
— Да чтоб! — не сдержалась Крыса.
Нервная она какая-то, может аэро шалит. Или дивчина от радости — в предвкушении шикарной охоты? Я усмехнулся в ответ на неожиданную бледность местных:
— Но мы идем в Парк.
— С тобой что-то не так, — выдала укоризненное Таша. — Мы идем в Парк.
— А там уже решим, — посмотрел я на Крысу. Нехорошо заржал тощий.
— Да чтоб! — Мелкая вздрогнула и погрозила Шесту кулаком.
Вроде немного попустило от открытия. Злобные крабики вырастают и нагибают. И мне вот интересно — ручки о них тоже увеличиваются? Потому что ручки — мерзкие. И лучше избавиться от образа, пока уходим от знаковых останков. Чистота мысли и все такое. А проблемы решим по мере поступления.
Через пару часов прибыли к сожженной колокольне, где местные планировали легкую передышку. Под знаком креста и с цифрой 11 в довеске — нацарапано от души на посыпавшейся кирпичной кладке. Вокруг строения мощенная площадка на три десятка метров, на которой три скрученных катаклизмом фуры, один ларек точно взорванный изнутри и не поверите — ведроид. Если запамятовали — механизм Аади, по-родственному идентифицируемый функцией, вроде тупенького, но верного подчиненного. Гигантский усеченный конус с щупальцами, отмеченный тусклой маркировкой трилистника.
Машина привалилась к остаткам дома, подобрав щупальца. В корпусе зияла черная дыра метрового диаметра, на днище плели узоры ржавые текстуры с подпалинами. Мертвое древнее железо, павшее в схватке. И стало неуютно — до легко холода под ребрами. Инсталляция торкнулась непонятно и вновь ушла в тень, продолжая транслировать сигнал.
— Чего встали? — Таша обернулась на команду, замершую подле телеги. А бойцы пытались оценить мою реакцию, хотя сами угрозы не видели. Лишь общий посыл нетипичной ситуации.
Мертвое железо.
— Это что? — указал я на машину.
— Древняя херня, — пожала плечами Таша. — Есть, пить не просит, как говорится. И клану посрать.
— Типа всегда лежала, — поддакнула Хвостатая. — А че? Знаете чего? Можно навариться?
— Разбейте лагерь, — приказал коротко и направился к разбитой машине. Прям манит, падла — тянет поводком непознанного. Что же с тобой приключилось, брат? Какая сука обидела? И с хрена ли я принимаю металлолом за свояка?
Оставив позади удивленный шепоток группы, медленно обошел агрегат. В колокольне зашуршало, затрещало под бодрые посылы бойцов, разворачивающих стойбище. Перешли к практическому и насущному, оставив командиру бремя знаний.