"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)

Он убрал руку, и я медленно скатился по стене на пол.
Не могу. Я просто не могу.
— Лжешь самому себе, — подошел Седьмой к брошенному мной кейсу, поднял его и аккуратно положил на прикроватную тумбочку, будто ничего и не было. — Ты не человек, Алекс. Ты слабый модификант, что просто нелепо. Но если попытаться уравнять шансы, наблюдать за партией станет намного интереснее. Когда решишь наконец взяться за ум, я раздобуду еще.
  
— Кх…
— Приготовления уже почти завершены, — сообщил двойник напоследок, бесшумно прыгнул на подоконник и повернулся ко мне вполоборота. — После того как отец презентует сыворотку… шах и мат. Ты станешь сильнее. Или сдохнешь. Это твой выбор.
Модификант выпрыгнул в окно, а я так и остался сидеть на полу, остекленевшим взглядом глядя в пустоту.
Не человек, а слабый модификант.
Прокусил губу до крови.
И что теперь?..
  
Глава 29
 
Я ввел дату своего рождения на цифровой панели, и замок на двери щелкнул, приглашая нас с Джиной пройти внутрь пентхауса.
Пентхауса, всё еще принадлежащего семье профессора Волкова, а следовательно, и мне. Ну и моей сестрице, родство с которой я собирался официально подтверждать после того, как всё закончится.
Поскольку вступить в права наследования по завещанию с поддельными документами на руках я не мог, Джи-Хун просто отдал мне ключи и пароли от цифровых замков. До настоящего времени именно семья Чен поддерживала квартиру в надлежащем виде. Нанимала клининг раз в неделю, платила по счетам. И это был еще один повод поблагодарить председателя. Пока я втайне лелеял мечту сместить старика с должности, он делал всё возможное, чтобы сохранить наследие моего отца.
Первый этаж представлял собой гостиную в стиле авангардного лофта, совмещенную с кухней. Из панорамных окон высотой в два этажа открывался прекрасный вид на бизнес-район Хвангапура. Выход на крышу с зоной отдыха, включая бассейн, тоже имелся. В мебели преобладали черная кожа и дерево, за натуральными растениями в округлых темно-серых горшках тоже ухаживали, как полагается. Модульная кухня была выполнена из светлого дерева, шарообразные светильники гроздьями свисали с потолка.
— Ух ты-ы-ы… — восхищенно прошептала Джина, осматриваясь по сторонам. Она кинула сумку с вещами возле дверей и принялась птичкой порхать по первому этажу, осматривая новые владения более внимательно. — И это всё твое⁈
— Наше, — поправил я ее, а после тяжело вздохнул.
Хотелось бы и мне так же беспечно радоваться какому-то переезду в квартиру побольше и попросторнее. Туда, где я провел практически всё свое раннее детство до злополучной авиакатастрофы. Но…
«Ты станешь сильнее. Или сдохнешь. Это твой выбор», — вспыхнула в мыслях надменная физиономия двойника и так же быстро исчезла.
…я не могу позволить себе расслабляться. Не сейчас. Не тогда, когда над всеми нами нависла столь серьезная угроза.
Впился зубами в нижнюю губу, пока не почувствовал привкус железа во рту. Это немного отрезвило, вернуло меня в настоящий момент. Джина сразу заметит, если я начну вести себя не так, как обычно, а впутывать ее во все это желания не было. Никого из них. Поддержка в тылу мне, несомненно, пригодилась бы, но авангард должен оставаться за мной.
Предоставив сестре изучение нашей новой обители, с сумками в руках поднялся на второй этаж по лестнице из закаленного стекла.
Комнаты на втором уровне пентхауса располагались по левую сторону, а по правую находилась еще одна небольшая зона отдыха с видом на город, мягкими креслами, книжными шкафами и рабочим столом. Первый этаж отсюда был виден, как на ладони, огороженный стеклянным заграждением.
Само собой, воспоминания, прежде позабытые, навалились на меня в этом месте снежным комом. Накрыли с головой. Лишь малую их часть можно было охарактеризовать как позитивные или же нейтральные, хотя я давно уже догадался, что детство мое сложно назвать радужным и беззаботным.
Женщина, вынужденно занявшая роль моей матери, до самой смерти относилась ко мне с неприязнью и некоторым страхом. Натянутые улыбки еще могли обмануть меня, но взгляд… Взгляд всегда выдавал истинные чувства и намерения Чхве Миён в отношении меня.
Может, Джина и завидовала тому факту, что мне довелось жить вместе с нашими родителями, в отличие от нее, зато дочь свою Миён решила избавить от тяжкой ноши подопытного кролика. А меня — нет. Так это еще кому из нас завидовать нужно?
Когда-то я занимал дальнюю комнату в конце коридора, а потому ноги в первую же очередь понесли меня именно туда. Неужели там всё осталось в первозданном виде?..
— А кухня-то вообще полный отпад! — донеслись до меня возгласы Джины с первого этажа. — Нужно поскорее позвать сюда оппа! Пусть он ее обновит!
Та самая кухня, на которой я сквозь слезы ел украшенный кремовыми розочками торт после очередного введения сыворотки?.. Да уж, приятного мало, но и отказаться от предложения Джи-Хуна было бы невежливо с моей стороны.
К тому же, в одной из комнат на первом этаже располагалась мини-лаборатория. Или же процедурная в том виде, в каком я ее помню. Там могли остаться зацепки, которые в расследовании лишними не станут. Правда вот, о лаборатории этой председатель не обмолвился ни словом. Не знал? Забыл? Или решил не давить на больное? Чуть позже обязательно туда загляну, ну а пока…
Я отодвинул раздвижную дверь в свою бывшую и одновременно нынешнюю комнату и застыл на пороге, приоткрыв рот. Прокушенная нижняя губа дрогнула.
Да, здесь всё осталось по-прежнему. Даже удивительно.
Двуспальная кровать с парой прикроватных тумбочек по бокам у дальней стены, гардеробный шкаф у противоположной, пушистый ковер на полу… и всё. С первого взгляда и не скажешь, что эта комната принадлежала маленькому ребенку. Никаких игрушек, детских книжек в пестрых обложках. Ничего.
Хотя нет. Одна игрушка тут всё же была. На левой прикроватной тумбочке стоял динозавр, выставивший перед собой короткие лапы и скалящий клыкастую пасть. Двинулся к нему с сумками в руках. Медленно, словно во сне, чувствуя, как пощипывает глаза.
Ни отец, ни мать никогда не видели во мне просто ребенка. Опасный эксперимент, бомба замедленного действия, модификант — кто угодно, но только не ребенок, которому жизненно необходимо было ровно то же, что и остальным детям. Любовь, забота, понимание.
Подумать только, но единственную игрушку, которая у меня была, подарил совершенно чужой мне человек — ассистент отца. Сон Вун.
Положив сумки на пол, уселся на край кровати и взял динозавра в руки.
Воспоминания нахлынули с новой силой, но я никак не мог заставить себя поддаться разрывающим меня на кусочки чувствам.
С самого рождения во мне методично уничтожали всё человеческое. День за днем. Жестоко, намеренно. Теперь-то я понимал, почему после авиакатастрофы все эти воспоминания оказались запечатанными глубоко внутри. Может, я сам не хотел, чтобы они продолжали душить меня? Психологическая защита? Со временем они преобразились до неузнаваемости. Улыбки родителей исказились, стали теплее. Я ненавидел тех, кто забрал их у меня. Поклялся положить всю свою жизнь на то, чтобы отомстить, а на деле…
Их смерть стала для меня избавлением. Переходом на новую ступень.
— Вот только не надо тут сцены устраивать! — звучал раздраженный голос матери в голове. — Оказывается, ты и реветь умеешь? Или это уловка, чтобы я подумала, что ты самый обыкновенный ребенок⁈
— Ты всего лишь ребенок, — в противовес словам Миён припомнил я хрипловатый голос наставника Хоку. — Если грустно — поплачь, только зверье не распугай всё, а то без ужина останемся.
  
— Лжешь самому себе, — перебил старика презрительный голос двойника. — Ты не человек, Алекс. Ты слабый модификант.
И именно наша недавняя встреча снова вернула меня в не менее жестокую реальность. Поставив игрушку на место, подтянул к себе одну из дорожных сумок, раскрыл боковое отделение и вынул из него металлический кейс. Дрожащими пальцами приоткрыл его и уставился на инъекционный шприц с заманчиво переливающимся в нем содержимым.