"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)

Черт, мне показалось или я только что на самом деле раздумывал, как купить билет в Северный Удел, чтобы побыстрее добраться до озера? Что за гипнотический эффект? Я с опасно покосился на изображение и быстро закрыл страницу.
А вообще, ситуация интересная. Андрэ Бельский, принц Северного Удела. Звучит. Я даже шутливо приосанился.
Привычку изменять некоторые имена на немецкий манер (но далеко не все и редко), Бельские переняли еще в тринадцатом веке, когда отбивали набеги германских магических орденов, вместе с обычаем строить каменные замки. Чьи оригиналы они потом с удовольствием разрушали, вторгнувшись с ответным визитом в Ливонию.
  
История рода, а в дальнейшем и разросшегося клана, насчитывала несколько веков, большую часть из которых они воевали. Впрочем, Бельские умели не только воевать.
«Торговый дом Бельских», «Мануфактуры Бельских», сейчас «Корпорация Бельских» — именно так, с обязательным указанием имени. Простенько и со вкусом.
Родовая компания повелителей Северного Удела имела гигантский оборот в несколько миллиардов полновесных рублей, привязанных к золоту. В серебре это было еще больше, а обычными ассигнациями можно было заполнить вагоны товарного поезда.
Моя потенциальная семья была невероятно богата. И богатство ей принесло Священное озеро, точнее продукт побочной жизнедеятельности магического источника, называемом Конденсатом. Это вещество перерабатывалось особым образом на заводах Бельских и служило в дальнейшем компонентом при производстве смешанных техно-магических устройств. Оружие, электроника, фармацевтика, химическая промышленность — сфера применения Конденсата была самой разнообразной. Что приносило его владельцам невероятный доход.
Может мне и шестнадцать, но я уже достаточно понимал в жизни, чтобы осознать простую истину — когда на кону стоят большие деньги возможно все.
— И можно легко закончить жизнь где-нибудь на далеком болоте на раз-два, невзирая ни на какие статусы отпрыска главы клана, — тихо пробубнил я.
Что интересно, никаких способностей к магии я не ощущал, от слова совсем. И если говорить откровенно, вся история в дневном свете выглядела чьей-то плохой шуткой. Например Егоровой, решившей разыграть соученика по надоевшему всем до зубного скрежета интернату. Здесь довольно уныло и дурацкая идея вполне могла прийти в голову заскучавшей красотки.
Вот только укол ядовито-зеленой гадости и антураж с полутемным подвалом не вписывались в теорию. Слишком круто для простого розыгрыша, даже для богатеньких детишек из элитного пансионата.
Но главное — женщина, делавшая укол. Внутри все просто вопило, что это не могла быть нанятая актриса, сыгравшая роль злодейки на потеху развлекающимся деткам из золотой молодежи. Нет, она кто-то серьезный, кто ценит свое время, и кто не будет шляться по грязным подворотням ради шутки.
Выходит, не розыгрыш? Все взаправду? Тогда где магический дар? Где способности?
— … таким образом, получив доступ к проливу, род Масахати установил пошлину для прохождения через него, тем самым влияя на судоходные пути всего тихоокеанского региона, особенно его юго-восточной части, — закончил учитель.
В ту же секунду прозвенел звонок. Класс засобирался. Подхватив учебники, я выскользнул в коридор одним из первых. Надо срочно найти Егорову.
Искомая особа обнаружилась выходящей из соседнего класса. Крепко взяв девчонку за руку я решительно повел ее за собой. Глаза Ленки испуганно распахнулись, но протестовать она не посмела.
— Так, — втолкнув в небольшую каморку, где уборщицы хранили швабры и ведра, я прижал предательницу к стене. — А теперь говори, кто надоумил тебя на вчерашнюю поездку? Ты уже упоминала отца, но кто попросил его это сделать?
Надо отдать должное, справилась со страхом красотка мгновенно.
— Пусти! С ума сошел⁈ — она попыталась вырваться.
У меня не было времени на вежливое обращение, поэтому похитительница (это ведь именно она меня вывезла из школы под надуманным предлогом), оказалась безжалостно отброшена обратно.
Больно ударившись о твердую стену, Егорова остановилась, почти спокойно произнесла:
— Спятил?
Охренеть. Вот у кого стоило поучиться наглости.
— Ты не охренела часом? — вкрадчивым тоном произнес я. — Может прогуляемся до директрисы и расскажем ей о нашей вчерашней поездке?
В глазах девчонки мелькнул испуг. Обнародование истории поднимет много шума, скорее всего Егорову исключат. Если вскроется участие ее отца, то вообще получится скандал. Руководство «Серебряного ручья» не захочет портить репутацию и без жалости покарает всех причастных, стремясь избежать ситуации, когда родители других учеников начнут задавать вопросы о безопасности собственных чад, или куда хуже — забирать их, переводя в другие интернаты.
Егорова это понимала, я это понимал, поэтому чувствовал себя достаточно уверенно.
— Кто попросил твоего отца выманить меня из школы?
Ленка колебалась недолго.
— Он сказал, что это очень серьезные люди, — тихо произнесла она. — Кажется речь шла о Консорциуме.
Я нахмурился. Консорциум? Что-то знакомое, кажется, что-то из мира большого бизнеса и очень крупных финансов. По понятным причинам, я этой темой не слишком интересовался, не рассчитывая когда-нибудь войти в этот круг.
— Чего они хотели? Что сказали?
— Что просто хотят поговорить с тобой. И сделать это приватно, обязательно при личной встрече.
А так как я редко покидал школу, то пришлось пойти на хитрость, подключив знакомого банкира, чья дочка по счастливому обстоятельству училась в этом же пансионате — мысленно докончил я.
— Клянусь, отец сказал, что они хотят просто поговорить, и ничего тебе не сделают, — умоляюще заломала руки Ленка.
Честно говоря, выглядело не очень. Уроки актерского мастерства, которые брала первая красавица школы, явно не слишком пошли ей впрок.
— Пиши отцу, — велел я, кивнув на карман девичьего пиджака. Как и остальные ученики на занятия Ленка ходила в форме.
— Что писать? — на свет появился тонкий телефон последней модели известного бренда.
— Чтобы он перевел мне на счет двести пятьдесят тысяч рублей золотым номиналом, — помедлив, произнес я, постаравшись, чтобы ответ прозвучал достаточно внушительно. — Если не хочет, чтобы участие любимой дочурки вскрылось, пускай платит деньги прямо сейчас.
Девчонка заколебалась, но не из-за того, о чем я подумал.
— Это же Консорциум, — тихо произнесла она. — Говорят, им даже колдовские кланы не указ.
— Твоему папаше это не очень поможет, если история получит огласку, — грубо прервал я. — Пиши, и молись, чтобы он не оказался жадным, иначе я прямо сейчас иду к директрисе. Сначала она, конечно, постарается дело замять, но узнав о письмах в СМИ, передумает.
— Каких писем? — не поняла Ленка.
— Которые я с утра написал, указав, что в школе-интернате «Серебряный ручей» практикуется похищение учеников, — я отпустил девчонку, пожал плечами. — Может мне и не поверят, плевать, но шум поднимется, появятся вопросы, возможно даже пришлют проверку. В любом случае, начнется суматоха. Слишком много детей богатых и влиятельных родителей здесь учится. Они их пусть и не слишком любят, раз отправили сюда, но среагировать будут обязаны. И первым к кому у них возникнут вопросы — это твой любимый папочка. Как думаешь, быстро его прижмут?
И вот тут она впервые по-настоящему испугалась. Не меня, не того, что о дурно пахнущей истории все узнают, а того, что красивая жизнь закончится, что отца разорят, и что ее после этого отправят в обычную школу.
Егорова злобно взглянула на меня и взялась за телефон. Общение в мессенджере заняло пару минут. Краем глаза я следил за перепиской. Весь диалог оказался на удивление кратким. Дочка сообщила, что у нее неприятности, и что недавняя просьба любимого папочки имела последствия, и чтобы все закончилось, необходима сущая мелочь — четверть миллиона золотым номиналом.
  
Невероятно, но больше он вопросов не задавал. Всего лишь уточнил, что перевод займет пару минут, и отключился. Подобное поведение наводило на неприятные мысли, что отец в отличие от дочери знал куда больше о случившемся, раз так легко согласился на столь огромную сумму.