Я стираю свою тень 3 (СИ)
— Что будет потом не важно. Проблемы будем решать по мере поступления. Какие вы знаете способы привлечь сюда космические суда? — Спросила Айрис. — В последнюю очередь меня интересуют корабли системы и транспорты разных контрабандистов. Трой и Киана, вы же специалисты по дальним мирам, как нам вызывать судно каких-нибудь искателей?
Трой задумался.
— Мы вряд ли сможем подать с Земли сигнал. Здесь нет таких передатчиков. Другое дело, можно дотянуться до Луны, а с нее подать в службу сигнал об аварийном приземлении.
— Технически это возможно послать сигнал до Луны? — Айрис с надеждой заглянула Трою в глаза.
— Надо ознакомиться с имеющимся оборудованием землян, наверняка у них есть мощные антенны для связи с космическими объектами. Думаю, проблем не будет. Камила зайдет через сеть и сгенерирует послание.
— Была бы сеть, остальное сделаем. — Подтвердила его слова Камила.
— Прежде, чем этим заняться, ты собираешься посвятить супругов в свои дела? — Поинтересовалась Киана.
— Придется их убедить, что мы другие. — Айрис вздохнула. — Это, конечно, для них будет шоком. Надо придумать, как их безболезненно убедить в этом.
— Помнится, ты согнула железные ножки на моем подголовнике. — Напомнил я Айрис.
— Тогда меня не заботило твое психическое состояние.
— Однако, оно не пострадало.
— В нашем случае так нельзя. Михаил сейчас в таком состоянии, что может подумать, будто мы пытаемся успокоить его несбыточными надеждами. Нужна явная демонстрация наших возможностей. Что вы можете предложить?
— Поднять машину. — Предложил Апанасий.
— Нет. — Камила толкнула его локтем. — Это не подходит.
— Как в терминаторе два, распороть себе руку, а потом залечь в капсулу и показать, как все зажило. — Предложил я.
— Точно! — Обрадовалась Айрис. — Демонстрация такого излечения должна убедить его в неземном происхождении оборудования.
— Заметьте, эту идею предложил единственный землянин среди нас. — Похвалил я себя.
— За это тебе и придется демонстрировать ее реализацию.
— Ладно, но только я не буду себя кромсать, как терминатор. Одного пореза будет достаточно?
— Было бы неплохо отрубить палец. Его регенерация нагляднее, чем заживление какой-то царапины.
— Айрис, я тебе муж или наглядное пособие по членовредительству? — Мне не хотелось рубить себе палец.
— Не переживай, мы сделаем тебе замораживающий укол. Ты уснешь без пальчика, а проснешься с новым, лучше прежнего. Если тебе страшно, я могу сама показать Михаилу, как работает капсула.
— Ты знаешь, что я этого не допущу. Кто меня за язык тянул?
— Ну, что, решено? — Айрис обвела взглядом друзей, сидящих в кружочек вокруг стола.
— Мы с Троем поддерживаем и поможем тем, что в наших силах. — Ответила Киана.
— Мы тоже поддерживаем. — Откликнулась за свою пару Камила. — Ваше дело убедить его и тут лучше тебя никто с этим не справится.
Айрис посмотрела на телефон.
— Как думаете, Михаил уже спит?
Время было немного за полночь.
— Наверное. — Предположил я. — Только он со своей работой наверняка привык к ночным звонкам. Можно было бы отложить до завтрашнего утра, но каждая минута на счету.
— Согласна. — Айрис взяла в руки телефон и набрала номер следователя.
Он взял трубку сразу.
— Да, Айрис.
— Михаил, мы хотели бы встретиться с вами, и это никак не связано с работой. Мы знаем, как помочь вашей супруге.
— Ребята, спасибо, но…
— Я знаю, что болезнь неизлечимая, но поверьте нам, мы знаем немного больше, чем медики.
— Ладно, не смею сомневаться в твоих словах. Жду.
Глава 10
Михаил вышел из подъезда. Его сложное душевное состояние отражалось в тяжелой походке и сутулившейся фигуре. Мы с Айрис торопливо выскочили из машины после небольшой паузы, не узнав его в первый момент. Прошло всего несколько дней после нашего совместного ужина, а он так сильно изменился. Михаил кивнул в сторону машины.
— Поздравляю, если ваша.
— Наша. — Я пожал ему руку. — Спасибо.
— Здравствуйте, Михаил Аракадьевич. Простите, что так поздно беспокоим. Мы решили, что стоит поспешить. — Айрис нервно сцепила кисти в замок. — Можно, я начну сразу, только обещайте меня выслушать.
— Обещаю, что мне остается. Готов поверить и в черта, и в дьявола, и в ведьмины заговоры. Выкладывай, что у вас есть.
Я показал Михаилу медицинскую капсулу, сложенную максимально компактно, и растянул ее до рабочего состояния прямо на глазах.
— Чудо-гроб? — Спросил он без тени иронии.
— Нет. Функция этого устройства прямо противоположная. Это медицинская капсула. Откуда она у нас, мы вам рассказывать не будем, но человек находящийся внутри нее выздоравливает с любой болезнью, ранами или даже потерей конечности. Мы с Гордеем для вашего убеждения готовы пойти на отсечение пальца, чтобы продемонстрировать как к утру вырастит новый.
— Айрис, честно говоря, очень напоминает рассказы пройдох, втюхивающих вибромассажеры от всех болезней.
— Понимаю, общее здесь невероятный эффект не укладывающийся в голове обывателя. Гордей, палец.
Мы в машине отрепетировали этот момент. Я протянул вперед руку. Айрис вынула заранее набранный шприц с лидокаином и вогнала иглу под кожу.
— Прекратите. Не надо никому рубить пальцы. — Остановил нас Михаил.
— Но вы же будете сомневаться. Мы хотим, чтобы вы точно знали, что существуют способы излечения от абсолютно любой болезни. — У Айрис дрожал голос от волнения.
— Кроме глупости. — Зачем-то добавил я.
— Вы хотите оставить эту штуку мне? — Михаил кивнул на разложенную капсулу.
— К сожалению нет. Капсула создается под одного человека. Чтобы ее получить, необходим образец ДНК того, кто будет ею пользоваться.
— Айрис, Гордей, мне кажется, что вы просто хотите подарить мне надежду.
Я понял, что сомнения у Михаила так или иначе одними уговорами не рассосутся. Вынул из машины секатор и прямо на его глазах с мерзким хрустом ломающейся кости, отрезал указательный палец в районе средней фаланги. Потекла кровь. Айрис затянула оставшуюся часть пластиковым хомутом под суставом.
— Вы что творите? — Михаил Аркадьевич потерял дар речи.
— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. — Произнес я, корчась от тупой боли. — Возьмите отрубленный палец, чтобы наутро вам не показалось, что вас разыграли. Для чистоты эксперимента сегодня я буду ночевать у вас прямо в этом чудо гробу.
— Вы поверите нам, если у Гордея наутро будет целый палец.
— Пожалуй. — Не совсем уверенно произнес Михаил.
— Ой, кажется, заморозка перестает действовать. — Я потряс рукой. — Идемте скорее к вам, иначе я начну орать на всю улицу.
Михаилу Аркадьевичу больше всего хотелось, чтобы его оставили в покое. Наша демонстрация только добавила ему переживаний в сумму перенесенного за день. Однако, никакого другого способа помочь ему мы не видели.
Мы вошли в подъезд. Многоэтажка, где жил следователь была построена недавно, отличалась от нашей просторным холлом и большими светлыми лифтами.
— Гордей, ты бледнеешь. — Заметил следователь.
— Болит. — Я держал больную руку в здоровой и нежно тряс ее, как ребенка.
— Покажи. — Он поднес к свету мой палец. — Кость торчит. Зачем нужен был этот театр? — Михаил посмотрел на меня, как на подростка, отмочившего дичайшую глупость.
— Я ничем не рискую, разве что немного потерпеть боль. Давайте оставим обсуждение моего поступка на завтра, мне сейчас не до разговоров. — Честно признался я.
Вы вошли в его квартиру. В доме пахло лекарствами, особенно сердечными каплями. Я разделся и залез в капсулу.
— Михаил Аркадьевич, я возьму такси, поеду домой. — Произнесла Айрис.
— Оставайся, если хочешь. Я не знаю, что делать с вашим гробом, если что-то пойдет не так.
— Все будет, как надо. Проверено многократно. Давай, дорогой, выздоравливай. — Айрис поцеловала меня.