"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

На миг я уловил чужую и одновременно такую близкую логику в решениях Айи. Все ее действия — приказ о немедленной эвакуации из разваливающегося комплекса, прерванный предрассветный разговор, эта экспедиция, заблокированный модуль памяти — показались ясными и единственно верными…
— Сканер в порядке. Питание подвел. Запустить? — Судя по голосу, Улин был сбит с толку. Необходимость шифровать записи он, как и Дайн, не видел.
  
— Не стоит… Просто используй как прожектор. Режим максимально щадящий. Фильтр на ультрафиолет выставь, фокусировку убери.
— Понял-понял. Не первый раз.
Статус-панель сканера засветилась, а затем гигантскую пещеру наполнил слабый желтый свет. Охватить все пространство прожектор не мог, но и от высвеченной панорамы сбилось дыхание. Я впервые увидел почку изнутри.
— Аури открыли чуть более пятнадцати арков назад. Освоение началось двумя арками позднее. На данный момент численность колонии — сто двенадцать элиан. В течение арка планируем удвоить.
— Немного. — Я смотрел, как невзрачная серо-голубая планета медленно дрейфует по стереограмме.
— Безусловно, — почти весело согласилась Айя. — К сожалению, мы пока не можем выдать информацию не только в широкое пользование, но и под грифом «секретно». Можно сказать, знанием об этом мире обладает минимально возможное количество элиан. Пилоты, глава снабжения, несколько руководителей научных секций, члены Совета и, собственно, колонисты.
— Не понимаю. Вы хотите увеличить численность колонии почти на треть за счет тактического боевого состава. С какой целью?
Айя задумчиво разглядывала стереограмму. Я молчал, ожидая разъяснений. Выданный информпакет краткостью бил все рекорды.
— Не на треть. — Айя наконец прервала молчание. — Полетят не только воины. К тому же примерно половина вернется на Элию через поларка-арк.
— Следовательно, мне надлежит остаться на Аури…
— Не обязательно, — перебила Айя. — Скорее всего нет.
— Тогда… — Я замолчал. Приказ выглядел все более странным. К чему гонять элитный оперсостав туда-обратно? Прямой угрозы нет, до сих пор колония благополучно обходилась без помощи спецвойск. Выступить в качестве эскорта, сопровождающего особо ценный груз? Нелепо. Тогда…
— Скорее всего вы понадобитесь на третьем этапе исследований. Но по порядку, ты помнишь Кию?
Вопрос не предполагал ответа, но Айя держала нарочитую паузу, дожидаясь моей реакции.
— Помню. — Я старался ответить максимально сухо, и на вербальном уровне это удалось, но по психосфере, несмотря на все старания, прошла едва заметная вибрация.
— Это хорошо. — Айя, без сомнения, прочитала эмоциональную вспышку. — Меня прежде всего интересует, помнишь ли ты подробности проводимых там исследований жизнеформы? Точнее, саму жизнеформу?
Мне показалось, на этот раз я сохранил психосферу без изменений, однако Айя едва заметно улыбнулась.
— Помнишь. И даже до сих пор чувствуешь… Что ж, это упрощает. Говоря кратко, на Аури обнаружена жизнеформа, аналогичная киянской. Разница в степени развития. Если на Кие она находилась в зачаточном состоянии, то на Аури, по оценке биологов, почти родилась. Или вылупилась. Или расцвела. — Ирония была адресованная научникам, а точнее — их выводам. — Материалов собрано немало, просмотришь позднее. Наибольший интерес представляют сложные органические образования — так называемые почки, расположенные в коре планеты.
Стереограмма планеты сменилась серией разноцветных картинок — реконструкция объектов на основе широкодиапазонного сканирования. Почему-то первой возникшей ассоциацией был плод сви: тонкая плотная кожура, пористая волокнистая мякоть и бесформенное твердое ядро. Единственная разница: согласно показаниям сканеров, в «мякоти» почек имелись небольшие полости и даже короткие псевдотуннели. Ниоткуда начинающиеся и никуда не ведущие. По крайней мере на первый взгляд.
— Если рассматривать почки как единый организм, мы имеем многокомпонентную замкнутую систему, все или почти все подсистемы которой являются симбионтами.
На данный момент развернуто три научно-исследовательских комплекса, занимающихся непосредственно изучением почек. С учетом глубины, на которой находятся объекты, и некоторой специфики метеоусловий Аури понадобилась долгая подготовительная работа, которая была завершена лишь несколько дней назад. Теперь мы собираемся заняться почками вплотную. И вот здесь помощь оперативно-тактического состава может оказаться неоценимой.
— Для чего? Научникам нужна охрана? Биообъекты внутри почек активно агрессивны?
— Возможно. Но дело не только в этом… — Айя внезапно сбилась. — На месте разберемся. После того, как укомплектуешь состав, материал по Аури изучи предельно внимательно. Особенно в той части, что касается жизнеформы. И еще, — Айя выдержала паузу, — ты был на Кие, ты видел жизнеформу своими глазами. Тщательно вспомни свои впечатления — от посещения полигона, от обнаруженной тобой пещеры. Вспомни и сравни с тем, что есть в информпакете. Выкладки и измышления ученых можешь просмотреть, но особо на них не концентрируйся. Только факты. Факты и сравнение их с собственным впечатлением от жизнеформы Кии. Это главное.
Айя замолчала, разглядывая радужную стереограмму. То ли обдумывала, стоит ли что-то добавить, то ли ждала моей реакции. Потом чуть резковатым движением погасила висящую в воздухе проекцию.
— Пока все, Итени. Работай. В первую очередь — опер- состав. Срок — сутки. На Аури отправляемся максимум через четыре дня.
— Удачи, контролер Сиини.
— Да, забыла сказать… — Слова Айи настигли меня на пороге, за мгновение до того, как я коснулся сенсора. — У планеты Аури есть еще одна уникальная черта: это первый мир, к которому нам удалось проложить курс самостоятельно, без участия Наблюдателей. Не знаю, насколько поможет тебе этот факт при сравнении жизнеформ Кии и Аури, но в любом случае он заслуживает внимания. Удачи, Итени Рин.
Больше всего меня потрясло макраме из красных с белоснежными прожилками сосудов, вырастающих из пола и тонущих в темноте у свода пещеры. Живые эластонити ветвились, разбегались и вновь соединялись в единую сеть, пульсируя в такт беззвучным ударам живого насоса.
Внизу сосуды сплетались в огромные клубни — дрожащие, готовые вот-вот лопнуть и расплескаться слизистыми обрубками. Но затем судорожные сокращения прекращались, чтобы через полтакта повториться вновь.
Сморщенная серая пленка перебитыми крыльями вырастала из стен, прикрывая три гигантские колбы — чудовищную пародию на сердце. Ровный, без единой трещины или выступа пол устилала низкая грязно-бурая трава. Плотные плоские стебли взбирались по пульсирующему живому конгломерату, растекались лужицами плесени, перепрыгивали на крошащийся камень, карабкались все выше и выше. Иногда трава прорастала прямо сквозь живую ткань. В таких местах стебли становились багровыми, расцветали пушистыми белыми колючками.
Самое странное, что эта неестественная, чуждая картина казалась гармоничной, хотя и незаконченной. Будто скульптор остановился на середине работы. Что-то было лишним, чего-то не хватало…
— Зародыш. Пока только зародыш, — одними губами прошептала Айя. Но я услышал.
Время исчезло. Конус света медленно скользил по периметру пещеры. А мы зачарованно смотрели на растекшееся перед нами существо.
Я не сразу уловил изменение. Что-то произошло. Возникло легкое пси-давление — не опасное или вызывающее дискомфорт, в чем-то даже приятное. Все равно как на небольшой глубине ощущать над собой толщу воды. Попытка локализовать источник успеха не принесла.
  
— У вас все в порядке? — В голосе Сети скользило легкое беспокойство. — Что-то странное с пси-фоном.
— Все нормально, я контролирую ситуацию, — ответила Айя чуть раздраженно. — Не пойму, — добавила она спустя полтакта. — Странно.
Бледно-желтое пятно неожиданно прыгнуло вниз.
— Смотрите, — возбужденно проговорил Улин. К своему стыду, даже после указания я не сразу разглядел то, что заметил научник: почти утонувший в темной поросли короткий пластиковый туб.