Хрупкая связь (СИ)

— Хватит, — негромко, но настойчиво прошу, хлопнув ладонями по деревянной столешнице.
Телефон на диване начинает вибрировать, и я отвлекаюсь, чувствуя, как Влад сжимает мою руку в знак поддержки. Свёкра не нужно просить дважды, поэтому вскоре я чувствую вину за свою нервозность и несдержанность.
С ним даже Лиза почти не спорит. А я-то куда лезу?
Взглянув на экран и убедившись, что это Аслан, я сразу снимаю трубку и прижимаю телефон к уху. Из-за гула и музыки в зале мне сложно расслышать, что он говорит, поэтому я тороплю Ами, прошу прощения у остальных и встаю с места.
  
Звонкий цокот каблуков тонет во взрыве смеха за соседним столом.
Забрав из гардеробной пальто, я набрасываю его на плечи и толкаю тяжелую дверь, ведущую на улицу.
Как и говорила дочь — ветра нет. Ни сильного, ни слабого. Погода на удивление гладкая, тихая и умиротворяющая. Удивительно, как взрослые в суете дней не замечают таких мелочей, которые сразу подмечают дети.
Я повторно набираю номер, глядя на освещенную улицу вдоль набережной, где, несмотря на осеннюю прохладу, гуляет много людей. Мой взгляд замирает, когда среди многих я выделяю того, кому пытаюсь дозвониться.
Аслан сворачивает с каштановой аллеи, похлопывая себя ладонями по карманам куртки. Решительная походка, быстрый темп. Я сбрасываю вызов, позволяя себе спрятаться под навесом и открыто на него смотреть. На фигуру, движения. На напряжённые, слегка сгорбленные плечи. На выражение лица с тенью задумчивости.
До того, как наши глаза встречаются, я успеваю заметить, что густые волнистые волосы стали коротко острижены. Но эта стрижка Аслану тоже идёт, особенно на фоне небрежной щетины, подчёркивающей резкие линии его скул.
— Привет, — говорю, делая несколько шагов навстречу. — Извини, я не поняла, что ты говорил.
— Связь плохая — я тоже тебя не слышал, — разводит руками Аслан. — Привет.
— Ами пока занята ужином — нужно немного подождать.
— Не вопрос. Лишь бы поела.
Я разглаживаю невидимые складки на коротком платье с тонким цветочным узором, разрывая зрительный контакт и стараясь отвлечься.
С недавних пор наши встречи проходят в новом формате. Дважды в неделю Аслан забирает Амелию на половину дня, а потом возвращает домой. Чётко в срок. Но не могу сказать, что мне стало от этого легче: всё это время я сижу, как на иголках, не в силах отпустить контроль и отложить телефон.
Наверное, встречаться втроём было не настолько стрессово. Впрочем, мне не угодишь.
— Да, ты сам видел, что накормить её — довольно непростая задача, — полностью соглашаюсь, начиная загибать пальцы. — Из всего многообразного меню — устрицы, фуа-гра, мраморный стейк, тартар из тунца, равиоли с трюфельным соусом, карпаччо из лосося — Амелия, кто бы мог подумать, заказала пельмени.
— Умница. Мне кажется, самый разумный выбор.
— Эй, так говоришь, будто остальное — понты для снобов.
— Просто я бы и сам сейчас продал душу за пельмени. Фуа-гра и устрицы, честно говоря, до сих пор ни разу не пробовал.
Я смеюсь, запрокидывая голову. Изо рта вылетает облачко пара, смешиваясь с холодным воздухом.
— Наверное, я бы тоже продала. Не только за пельмени, но и за то, чтобы сбежать из ресторана, снять неудобные туфли и тугое платье.
Аслан осматривается по сторонам, положив ладони на металлическую ограду на летней площадке, а затем стреляет в меня прямым, пронизывающим взглядом, неожиданно сбивая с толку:
— Кстати, отлично выглядишь.
Пульс мигом ускоряется, как после стометровки.
— Я не напрашивалась.
— Ты уверяла, что девушки… — Аслан рывком выдыхает и делает паузу, приподнимая уголки губ, — любят, когда им делают комплименты. Если это было неуместно — проехали.
Я стремительно запахиваю пальто. Эмоции жгутом стягивают горло, когда дело касается прошлого.
Много лет назад Аслан совсем не умел общаться с девушками. Он был замкнутым и нелюдимым. Я учила его не только этому — на будущее, для других. Казалось, впереди меня ждёт что-то большее и лучшее, чем легкомысленная связь со сводным братом.
Мне даже в голову не могло прийти, что потом я сильно разочаруюсь и захочу, чтобы комплименты от него были для меня эксклюзивными.
За спиной раздаются шаги, и сказать спасибо я не успеваю. Поясницу поглаживает ладонь мужа, в ноздри ударяет запах никотина. Я улыбаюсь и поворачиваю голову.
Мужчины пожимают друг другу руки, здороваясь. Влад задаёт вопрос о пробках в городе, Аслан коротко отвечает. Диалоги сменяются с такой скоростью, будто это мячик в пинг-понге, перекатывающийся от одного к другому. Каждый старается сохранить видимость нормальных здоровых отношений, хотя вся ситуация от начала и до конца — полный абсурд!
— Не хочешь зайти внутрь на чай или кофе? — предлагает Влад, прижимая меня к себе. — Ами не скоро закончит, а время у вас вроде как есть.
Оторвав взгляд от носков туфель, я замечаю, как Аслан всматривается в моё лицо, становясь серьезным и сосредоточенным. Щёки вспыхивают, а сердце начинает бешено стучать.
Боже.
Нет, нет, нет! Зачем? Там ведь идеальная Лиза, её такой же идеальный супруг, Николай Иванович, и чисто семейная тусовка для своих.
— Да, давай зайду, — соглашается он после небольшой заминки. — Возможно, так дело пойдёт быстрее.
  
32 
 
Звук саксофона бьёт в уши, пока мы с Владом протискиваемся мимо сцены.
Аслан идёт впереди, останавливает официантку и просит принести кофе, в считанные секунды привлекая внимание Ами и заставляя её выбежать из-за стола, бросив вилку.
Сердце сжимается в тиски, когда эти двое здороваются. Дочь терпеть не может поцелуи и объятия, поэтому приветствие друга Льва приходится весьма кстати. Он садится рядом и протягивает руку. После короткого рукопожатия накрывает маленькую ладошку своей второй рукой, будто стараясь согреть.
Это не остаётся незамеченным ни Владом, ни Лизой, ни свёкром. Без одобрения последнего — Аслана никто бы не пригласил за стол. Очевидно, за этим кроется какой-то скрытый мотив, и мои нервы предательски подрагивают от внезапного разряда тока.
Лизе и Роману приходится потесниться, чтобы освободить место для гостя. Судя по выражению лица сестры моего мужа, она явно недовольна происходящим. Идеальная Лиза никогда бы не допустила такой ситуации: не ошиблась бы, не залетела и не вышла замуж за постороннего человека. Потому что тщательно продумывает каждый шаг наперёд.
— Аслан! Давно не виделись! — Николай Иванович приподнимается в знак уважения. — Возмужал, похорошел. Как ты? Как мать? Надолго у нас?
Вопросы сыплются один за другим, словно из рога изобилия. Ами с трудом устраивается на диване, прижимая к груди свёрток в яркой обёртке. Подарки от отца всегда продуманные и полезные, поэтому распаковывать их хочется в более спокойной обстановке, чтобы по-настоящему насладиться моментом.
— Это уже допрос или пока нет? — отвечает Аслан, переводя диалог в шутку.
Я смотрю на него через стол, невольно задерживая взгляд. Прохожусь глазами по новой стрижке, одежде, широким плечам и мышцам рук, отчётливо выделяющимся под чёрным гольфом. Не знаю, насколько комфортно Аслану быть под прицелом, но его рассматриваю не только я, а все присутствующие.
— Нет, что ты! — раскатисто смеётся свёкор. — Это банальный интерес. Любопытство. Хочется узнать секрет твоего взлёта из первых уст.
— Всё, как у всех, — пришлось приложить усилия.
Официант приносит кофе и десерт для Ами, после чего незаметно удаляется. Разговор оживляется, но не могу сказать, что он идёт гладко.
  
Наверное, нелегко, когда ты один против всех. И никто, кроме Амелии, не особо рад тебя видеть.
Тело сковывает. Слова никак не складываются в фразы. Я почему-то готовлюсь нападать или защищаться на случай непредвиденной ситуации, которая выйдет за рамки.
Николай Иванович улыбается, слушая Аслана. Кивает, когда тот рассказывает, с чего начинал после окончания университета, но вскоре отвлекается на внучку и его лицо заметно хмурится.