Мой истинный

— Марэна, Эфир с тобой! Зачем тебе только это понадобилось? — недоуменно вылупился на меня Кинрой.
— В меня вселился низший на королевском балу. Но дворец защищен артефактами не хуже академии или школ. Для демонов есть только один способ проникнуть на его территорию
— кто-то должен принести его в себе!
— С высшим это невозможно, а вот с низшими запросто, — подтвердил Бран.
— Здесь любые артефакты бессильны, но, действительно, никто не будет проводить медицинское обследование каждого гостя! — обрадовалась его поддержке я.
— На балу было столько народу, что проверка затянулась бы на несколько дней. Да и принудить к этому половину гостей настоящая проблема, — продолжил за меня Кинрой. — Сами знаете, мало кто из аристократов добровольно согласился бы на обследование. Особенно те, кто постарше и познатнее.
— О! Там даже за место в очереди такие начнутся обиды и склоки, — оскалился Дуртауэр, продолжая внимательно смотреть по сторонам.
— Какая глупость! Неужели ради безопасности не стоит поступиться городостью? — сморщила хорошенький носик Амалия.
— О да! Ты еще не знаешь, какие среди почтенных матрон слухи ходят, хоть стой хоть падай! — Дуртауэр потер короткостриженый затылок. — Некоторые полагают, что лекари во время проверки читают мысли. Я тут имел несчастье поболтать с одной придворной дамой во время кхм... танца, — начал было рассказывать он, но почему-то осекся и замолчал.
Я перехватила взгляд Юргеса, который смотрел на товарища с таким выражением, что у Бран стремительно покраснели уши.
— Чего вы так подозрительно переглядываетесь? — не выдержала внимательно слушавшая их Амалия.
— А, не важно, — отмахнулся Юргес. — Но Бран прав, даже мой отец сочел бы за оскорбление подобное требование.
— Твой отец королевский советник. Ему не грех покапризничать, ведь он лично контактирует с командующим Дорном и курирует дворцовых безопасносников, а Мари молодец! — звонко ударил могучим кулаком по широкой ладони Дуртауэр. — Выводи всех гостей мимо пары дудхестов, и наблюдай тихонько, от кого у дохлых коняшек башню сорвет.
— Мне, кажется, этот метод несовершенный.
Ами нахмурилась, присаживаясь на то, что осталось от каменного алтаря.
— Почему?
Все взгляды повернулись за ней.
— Хочешь сказать, можно воспользоваться других входом или выходом? — дремуче свел кустистые рыжие брови Дуртауэр.
— Можно, но не в этом дело. Просто сильный некромант без труда успокоит дудхеста, — с толикой превосходства улыбнулась ему Ами.
— А зачем ему успокаивать дудхеста? — все так же простодушно поинтересовался рыжий здоровяк, шагнув ближе.
— Э... Не знаю, — Ами слегка растерялась. — Об этом я не подумала.
— Да все по той же причине, — помог ей Юргес. — К примеру, он старый брюзга, который принципиально не желает подвергаться какой-то там проверке.
— Каждый высокородный кичиться каким-нибудь особенным фамильным средством защиты, даже если это сушеная куриная лапа, — ухмыльнулся Дуртауэр.
— В общих чертах, это так. Но мы все забыли об одной важной детали, — многозначительно поднял вверх указательный палец Кинрой.
— О какой же? — не выдержала я, когда пауза затянулась.
— В некромантов не подселяются низшие — по той же причине, по которой дудхесты бесятся, почуяв астрал. Какой-то конфликт их магии с магией смерти.
Наверное, наш весьма поучительный разговор получил бы не менее интересное продолжение и развитие, но пришлось прерваться. Меня снова обдало холодом, да так резко, словно на голову вылили ведро ледяной воды. Юргес, стоявший вполоборота к крыльцу, стал медленно разворачиваться. Я последовала за его взглядом и остолбенела.
У самой первой ступени воздух шел маревом, как бывает от жары, но это марево поднималось все выше. Густело и уплотнялось, на глазах теряя прозрачность, пока не приняло очертания массивной широкоплечей фигуры. Когда фигура окончательно оформилась, перед нами предстал трехметровый боевой демон.
Неистово завизжала Амалия, а меня и вовсе словно бросило в ледяную прорубь. Дыхание пресеклось, способность двигаться или даже кричать напрочь пропала. Я просто стояла и смотрела, как неумолимо приближается гигантская крыса-переросток.
Именно такие ассоциации вызывала у меня слепая морда со вздернутой губой и тупым звериным носом. Мелкие острые зубки в приоткрытой пасти не казались опасными по контрасту с громадной штуковиной, которую демон держал наперевес в когтистых лапах.
Мать его, что это?! Палица-переросток? Разновидность алебарды?
Вокруг широкого конца его дубиноподобного орудия смертельного труда, вились какие-то заостренные осколки, плавающие в воздухе на расстоянии от всего остального древка.
Отчего-то именно эта штуковина меня пугала больше прочего во всем его нелепом облике. Да и на крысу астральное чудище походило весьма отдаленно. Тело, покрытое ровным слоем серой гладкой шерсти, скорее напоминало гипертрофированное человеческое и бугрилось мускулами, перевитыми жилами. Курчавая грива украшала широченные плечи и спину. Широкие бычьи рога на крысиной башке были направлены вперед и зазубрены точно кошмарные пилы.
А вот глаз у крысовоина не было. По какой-то нелепой традиции, оба демона, с которыми мне довелось встретиться, были с виду слепыми.
Мои мысли пронеслись стремительными птицами, а чудовище тем временем взошло на крыльцо, и его не остановило то, что остатки храма Эфира, в которых мы укрылись, располагались в каком-то там особенном магическом месте.
Сразу стало ясно: если для нежити вход сюда и табу, то только не для таких вот монстров.
    
Глава 31. В которой охотничий сезон объявляется открытым
Гигантская палица взлетела с явным намерением оставить от меня одно лишь мокрое место, и вдруг ослепительно сверкнуло.
— Получи, тварь!
Сияющий золотом клинок, словно сотканный из света, вонзился прямо в живот демона, а меня что-то дернуло в сторону.
— Мари, не нужно тут стоять! — буркнул Дуртауэр, в прямом смысле подхвативший меня подмышку.
— Бран! Мне больно! — сдавленно скрипнула я, чувствуя, что еще чуть-чуть и у меня хрустнут ребра.
— Ой, прости. Прячься за алтарь! — бросил он, отпуская меня и подталкивая в спину. Создав огненный клинок, он тут же ринулся на помощь товарищу.
— Мари! — помахала мне Амалия из-за за бывшего когда-то алтарем обломка закопченного камня.
Я сделала пару шагов, не слишком торопясь к ней, но остановилась и обернулась, уставившись на сражающихся с монстром парней. Стремительно мелькали всполохи света. Огненный и золотой клинки боевика и демоноборца танцевали, создавали настоящую феерию. От вида этой смертельной красоты, что-то сжалось у меня в груди.