Мой истинный

Убедив тетю Бесси все-таки прилечь, я впервые вышла за ворота в одиночку, чувствуя себя немного странно. Когда мы жили в поместье Данаостро, я свободно гуляла по окрестностям, но в школе мы никогда не выходили за территорию. А вот столица — это совсем другое. Одна и с собственным кредитником на пальце, я ощутила себя по-настоящему взрослой и самостоятельной.
Осмотревшись, я зашагала по улице в сторону центра. Мимо проехало несколько извозчиков, предлагая свои услуги, но у всех были живые лошади, так что поездка в пригород обошлась бы слишком дорого. Я решила сэкономить и еще немного пройтись. Всего-то два квартала, и я окажусь там, где экипажи стоят втрое дешевле.
Эстель-авеню радовала аккуратными разноцветными домиками, утопающими в цветах и зелени. Мягко светило солнце, весело пели птицы. Пахло свежим хлебом и выпечкой. Короткая прогулка обошлась без приключений, прочистила мозги и подняла испорченное газетной заметкой настроение. А нанятый мной извозчик-некромант подкатил к дому Амалии как раз вовремя. Он едва не проехал мимо, когда я потребовала остановиться.
— Простите, ерра, задумался, — пробормотал извинения пожилой некромант. — А вы уверены, что вам нужны именно эти.. .эээ... развалины?
— Уверена. Спасибо. А вы не могли бы подождать несколько минут и отвезти меня и мою подругу в Лигирийскую академию?
— Отчего же нет, если оплатите время простоя и поездку прямо сейчас, — он хитро прищурился, как бы говоря, что я пока не заслужила доверия.
А то и правда. Вдруг вместо того, чтобы вернуться, я затеряюсь среди этих развалин. Тетя Бесси просила меня быть осторожнее на улицах и никому не доверять. Так почему остальные на тех же улицах должны безоговорочно доверять мне?
— Хорошо, кивнула я, продемонстрировав кредитник.
Некромант протянул вперед сжатый кулак, и я поднесла к нему свой. Когда черные камни обоих колец оказались достаточно близко, между ними промелькнула голубая молния, а палец снова легонько кольнуло — расчет произошел. Выбравшись из экипажа, я направилась к особняку Риано, одна половина которого лежала в руинах, а от противоположной доносились звуки строительства. Ремонт шел полным ходом.
Подъездная дорожка была расчищена, крупные обломки сложены в стороне и не загромождали проход. Пахло пылью и свежим деревом, кусты и деревья вокруг почти все были переломаны и стыдливо белели обнаженной сердцевиной, а крыльца и дверного звонка не было вовсе. У меня сжалось сердце от такого зрелища, и я воспылала еще большей ненавистью к демонам. Да, я уже видела разрушения по приезде, да и по дороге сюда мне пришлось пересечь почти весь Диль, но знать, что так сильно пострадал дом близкого человека, было почти больно.
— Мари, ты здесь? Все-таки решилась? — Амалия показалась откуда-то со стороны наскоро сколоченных деревянных построек.
Мы коротко обнялись.
— Отлично выглядишь! — Ами отстранилась и осмотрела меня с ног до головы, но ничего не сказала про то, что осталось от ай'рэ, и я была ей благодарна за это.
— Спасибо, — я обняла подругу. — Ты готова ехать в академию?
— Да, сейчас только надену что-нибудь соответствующее.
Амалия скрылась за дверью деревянной постройки, а через три минуты появилась, готовая к выходу, в прелестном белом в благородный черный горошек платье до колена, легком и летнем. Только сейчас я осознала, что Амалия живет здесь. Я осторожно поинтересовалась:
— Твое временное жилище?
— Да. Папа предлагал снять для нас с мамой квартиру в городе, сам-то он тут постоянно. Помогает рабочим, но мама не пожелала бросать его здесь одного. А я смогу пожить в общежитии, пока не закончится строительство. Не зачем тратить деньги, пусть лучше они пойдут на ремонт нашего особняка.
— Верное решение. К тому же сейчас лето, можно перетерпеть временные неудобства.
— Именно!
Чтобы поступить в академию достаточно было обладать глубиной резерва выше единицы. А вот по результатам одного года обучения решалось, кто идет дальше, а кому там не место. Речь далеко не всегда шла об успеваемости, могло банально не хватать глубины резерва или высокого мастерства, чтобы пройти на следующий курс. Но и те, кто проучился один год тоже получали соответствующие дипломы и могли найти несложную работу.
— Некромант? — Ами приостановилась, увидев дожидающегося нас извозчика.
— Это экономнее, чем обычный извозчик, а ты что-то имеешь против?
— Нет, конечно... — вздохнула подруга и полезла в экипаж.
Усевшись, она принялась теребить ремешок сумочки и кусать губы. Я отметила, что Амалия сегодня особенно бледная, а на ее скулах алеют лихорадочные пятна.
— Ами, глядя на тебя, можно подумать, что ты совсем не подготовилась к экзаменам, и теперь жутко волнуешься.
— Волнуюсь, но по другой причине. — Ами взглянула прямо на меня. — Меня беспокоит, что от нас ничего не зависит. Двери Судьбы решают, кем именно нам суждено стать.
— Говорят, этот артефакт никогда не ошибается. А для тех, кто сомневается в правильности выбора есть возможность пройти проверку еще раз после первого триместра.
— То есть придется целый триместр страдать, занимаясь тем, к чему душа не лежит. Но если и во второй раз выпадет все то же самое, то сменить направленность будет невозможно.
— Но разве не за этим именно в нашу академию съезжаются адепты со всего света? Разве ты не хочешь знать, каково твое истинное предназначение. Я точно хочу заниматься именно тем, в чем смогу проявить себя лучше всего.
— Похоже, ты ни капельки не переживаешь? — сощурилась Амалия.
— Честно говоря, я больше волнуюсь о том, как меня встретят адепты, — пробормотала я, глядя в окно.
Амалия тут же смягчилась, переключаясь на мои проблемы. Она осторожно взяла меня за руку.
— Марэна, я все понимаю, ты гордая и все такое, но может все же стоило скрыть след от ай'рэ магией, или просто распустить волосы, чтобы привлечь меньше внимания? Так, как сейчас, ты добьёшься ровно противоположного эффекта.
— Это не поможет, Ами. Ты знаешь, как меня назвали в «Столичном вестнике»? Жертва движения «Стоп-ай'рэ».
— Какой ужас! Это же...
Глаза Амалии стали вдвое больше, а после того, как я пересказала ей краткое содержание статьи и описала снимок, втрое.
— Боюсь даже представить, что они писали вчера. — горько усмехнулась я.
— Наверняка, все осветили на первой полосе с особенным цинизмом и смакованием. Не читай только эту гадость, ради Эфира! — Ами ухватила меня за обе руки.
— Что ты! И не собиралась!
— Но ведь нужно что-то делать, ведь они опорочили твое имя! Может, обратиться за помощью к королю, он ведь твой дядя. А так все подумают. — Амалия замолчала, уставившись на меня с сочувствием.