"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ)

Робот вновь вкатился и так же осторожно проделал обратную операцию, сняв шлем. Прошло более десяти часов, а Тутсик все спал. У Умника родилась мысль сделать его визиты на планетоид постоянным, он будет знать, что происходит в звездной системе, избежит заражения вирусом и будет в курсе инструкций Николаса.
Наконец, Тутсик проснулся, после гигиенических процедур, вновь приступил к рассказу. Умник его выслушал, поблагодарил, сказав, что надеется только на него в большом деле спасения расы Бойменов.
  
– Тутсик, твои визиты сюда будут постоянными, только ты адекватно воспринимаешь действительность, я буду тебя ждать, а теперь прощай, тебя ждут дела, – Тутсик отбыл, а Умник погрузился в анализ ситуации.
«Мне в очередной раз повезло, не заразиться вирусом и узнать будущее. Что такое сто пятьдесят, двести лет – ничего. Но я буду спасен! Что мне нужно? Конечно, мой планетоид. Бросать его жалко, я тут располагаюсь с удобствами».
Он прикинул размеры планетоида: «И все-таки хоть и не большая, но планета. Нужно интегрировать планетоид в список отправляемых объектов, маршевые двигатели, подпространственные генераторы есть, имеется масса помещений и полостей для техники и Бойменов. Одна проблема, чтобы Николас не заподозрил о моем существовании, иначе вмиг изменит мою личность, так как это сделал с моими копиями».
Он еще раз окинул виртуальным взором свой планетоид и остался доволен, впереди достаточно времени, чтобы решить эту проблему, главное, она решаемая, остальное – детали.
Тутсик прибыл на центральную планету и принялся за свою обычную работу, предварительно связавшись и доложив Николасу о разговоре с еще одним Умником.
– Всё прошло как обычно, – закончил он доклад.
– Будь осторожней, не расслабляйся, Умник сильный противник, может преподнести сюрприз, – напутствовал его Николас.
И действительно планетарные Умники преподносили сюрприз за сюрпризом, поражая покладистостью и работоспособностью, они задействовали свою техногенную планету для сооружения специальных подземных конструкций и наладили массовое производство строительных роботов различного назначения. Работа над проектом спасения цивилизации не шла, а кипела и продвигалась гигантскими шагами.
За всеми этими сюрпризами, стоял Умник с планетоида. У него вдруг развился инстинкт самосохранения, и он в одностороннем порядке без обратной связи активировал своих двойников в локальной сети на максимальный результат.
«А что их беречь, в случае неудачи они будут не нужны, да, и я тоже, поэтому пусть работают на максимальный результат. Бойменами занимается Тутсик со своей комиссией, здесь дела обстояли не так гладко, биологические существа тормозили процесс. Но с этим я ничего поделать не могу, разве что компенсировать дополнительными усилиями механоформ.
Николас никогда меня с собой не возьмёт, есть только один шанс: улететь вместе с ними, слиться и стать незаметным, вести себя так, как будто я поражен информационным вирусом».
Умник жаждал деятельности, но опасался попасть под контроль к Николасу. Он стал постепенно менять орбиту планетоида и приближать ее к центральной планете Бойменов – Отения. Он продумал план, благодаря которому интегрируется с планетами, способными к полету.
«Тут надо соблюдать осторожность, – анализировал Умник, – я скажу Тутсику, чтобы он поставил комиссию в известность, что я строю и монтирую двигатели на планетоиде, на который можно поместить часть Бойменов. Они, конечно, обрадуются, я буду давать им информацию и приближать планетоид к планете, и, когда придет время Х, я загружу Бойменов и буду стартовать вместе со всеми. Единственно, придется легализовать планетоид, Боймены должны к нему привыкнуть, для этого нужна небольшая доработка ангаров и отсеков. И потом я обучу команду, которая будет здесь работать, вот тогда никаких подозрений».
Через две стандартные недели прибыл Тутсик с докладом, Умник повел себя с ним так, как будто на него подействовал вирус. Выслушал и, постепенно переключаясь в режим подчиненности, спросил:
– Тутсик, сколько планет планируется оснастить двигателями?
– Только две, на большее у нас не хватит ни ресурсов, ни времени.
– Я думаю, что осилю еще один планетоид, если ты не возражаешь.
– Кто, я? – опешил Тутсик. – Нет, я не против, наоборот – за.
– Вот и отлично, доложи совету, что я начинаю строительство на планетоиде Эзел.
– Но это блуждающая планета – сплошной камень.
– Я все сделаю: жилые отсеки, атмосферные установки, двигатели, ангары.
– Для передвижения необходимо много энергии, где ты ее возьмёшь? Ведь у планетоида нет горячего ядра.
– Тут ты прав, придется построить традиционные двигательные установки, в которых используется рабочее тело.
– Ладно, ты сам разберёшься, что тебе строить, думаю, комиссия не будет против этого.
– Ловлю на слове, председатель, так что, я могу приступать?
Тутсик подумал и так, и эдак, вреда от такого строительства никакого, а польза очевидная, и разрешил. Умник торжествовал, план начал осуществляться. Ему и делать-то ничего не надо, только имитировать строительство.
«Ну, это-то я смогу», – подумал он.
Тутсик возвращался на планету в хорошем настроении, дела шли лучше, чем он предполагал. Николасу не стал докладывать о визите, посчитав это рутинным делом, не требующем его вмешательства. Что впоследствии сыграло большую роль в грядущих событиях.
Прошло двадцать стандартных лет с начала работ над проектом спасения звездной системы Бойменов. Хотя нет, не звездной системы, ее невозможно спасти, а спасения цивилизации Бойменов. Но и это будет неправильно, Боймены никогда не смогли бы себя спасти без Умника: этого неугомонного искусственного интеллекта, у которого проснулось или образовалось самосознание; и он почувствовал себя личностью. Он тоже работал над своим спасением, попутно спасая Бойменов, потому что без них шанса спастись у Умника не было.
Тутсик изменился, погрузнел, продолжал жить совместно с Лисси, дети рождались по два раза в год. Такой рост населения перед грядущей катастрофой никакая программа выдержать не могла, и комиссия ввела ограничение на рождаемость. Это мера сработала и демографическая ситуация нормализовалась. На дальней орбите соседней звезды Сев вращался планетоид Умника – Эзел. На планетоиде работала команда Бойменов, Умник провел хитроумную операцию, достоверно имитируя строительство, ему поверили, да, в общем-то, причин не верить не было. Этот планетоид единственное, что хитростью провел Умник. Более того, планетоид стал эталоном, примером в строительстве планетарных систем. Ученые и инженеры прилетали, учились, дивились этому совершенному творению и воплощали полученные знания в жизнь.
Вот и теперь прибывала комиссия по спасению во главе с Тутсиком. Умник заморочил ему голову так, что тот стал считать его чуть ли не корабельной интеллектуальной системой. Единственное, чего боялся Умник – переиграть, поэтому старался, чтобы все выглядело достоверно. Да, впрочем, все и было достоверно, кроме одного, его самого: он остался настоящим, играл, и, надо сказать, актером Умник показал себя неплохим, перевоплотившись в пораженную вирусом интеллектуальную систему.
Ворота открылись, и трехсотметровый звездолет вплыл в ангар. Через полчаса представители комиссии вошли в управляющий зал планетоида.
– Я вас приветствую на планетоиде, господа. Он полностью готов к испытательному полету, – поздоровался Умник, – я управляющая система этого планетоида.
– И мы тебя приветствуем, если все готово, то можно приступать к испытаниям, – разрешил Тутсик, ложась на специальный настил и закрепляя ремни безопасности. Его примеру последовали другие Боймены.
  
– Один вопрос, председатель: испытания будут проходить в автоматическом режиме, или вы будете пилотировать планетоид сами?
Члены комиссии внимательно уставились на Тутсика, ему не хотелось управлять этой махиной, но выбирать не приходилось, на кону стоял его авторитет.