"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ)

– Не может быть, я должен был давно погибнуть от голода?!
– У меня нет объяснений, капитан.
– Я в кают-компанию, приготовь чего-нибудь съедобного.
Умник не стал уточнять состав блюд, он обеспокоился здоровьем капитана, оставаться одному неизвестно где, ему не хотелось, и опять же, как он без капитана. Поэтому стол укомплектовал блюдами на различный вкус, поставил бутылочку коньяка с какой-то солнечной планеты.
  
Николас снял скафандр в шлюзовой камере, вошел в лифт и поехал на уровень расположения кают-компании. Голод становился нестерпимым, он не вошел, а ворвался в кают-компанию, увидел заставленный яствами стол, одернул себя: «Нельзя бросаться на еду, Умник наблюдает». Зашел в ванную комнату, помыл руки и только после этого уселся за стол и наслаждаясь каждым моментом, принялся за еду. Когда утолил первый голод подумал: «Если Умник – член команды, то должен присутствовать в кают-компании?!»
– Умник, а ты можешь подобрать себе носитель?
– Конечно, а зачем?
– Что бы ты мог зримо присутствовать здесь!
– Интересная идея, мобильный носитель, робот подойдет?
– Только не боевой!
– Хорошо, скоро буду, капитан.
Николас продолжал обед. Спустя некоторое время в дверь постучали, он машинально проговорил:
– Войдите! – и замер, подумав, – кто может войти, я же один на корабле?
А дверь уже распахнулась, на пороге стоял человекоподобный робот последнего поколения в униформе помощника.
– Разрешите, капитан?
– Проходи, Умник, присаживайся, – Николас облегченно вздохнул и налил тоник с легким алкогольным эффектом себе и Умнику.
– Управление удаленное?
– Да, капитан, работаю над созданием киберсознания со своей матрицей!
– Давай выпьем за нашу команду!
Умник поднял рюмку и опрокинул в себя.
– Нет, так не пойдет, это ритуал, нужно почувствовать момент так, чтобы он отложился в памяти. Выпить за что-то, или за кого-то – давняя человеческая традиция, этим люди подчеркивают значимость события, или дружеское расположение к собеседнику.
– Я понял, капитан, разрешите повторить?
– Повторение – мать учения, разрешаю.
Умник поднял рюмку и провозгласил:
– За вас капитан, вы мой единственный друг!
Выпилили.
– Молодец, быстро учишься. Скажи, что ты думаешь о случившемся с нами? – Умник помолчал, как бы собираясь с мыслями, и начал говорить.
– Все данные говорят о том, что изменилась метрика пространства, изменился пространственно-временной континуум, изменилась сама вселенная. Подпространство для нас закрыто, сообщение и связь нарушены, и как их снова открыть, неизвестно. Между звездными системами миллионы световых лет, на преодоление таких расстояний обычным путем уйдет громадное количество времени, и это при световых скоростях. Изоляция, капитан, полная изоляция. И еще не известно, выжила наша цивилизация или погибла? С большей долей вероятности погибла! Мы в звездной ловушке, капитан!
Николас сидел, словно током пораженный, он, конечно, предполагал нечто подобное, но подтверждение своих мыслей сводило с ума.
– Получается, что мы отрезаны от всех частей обитаемой вселенной?
– На этот момент – да! Но когда восстановим корабль, хотя бы на семьдесят процентов, попробуем войти в подпространство.
– Ты меня утешаешь. Действительно, мне тяжело осознать одиночество, но ты рядом, мы справимся. Думаю, входить в подпространство с теми генераторами, что у нас есть, не стоит. Нужно изучить изменившуюся вселенную, окружающий нас космос, понять, что произошло, и только потом, перенастроив аппаратуру, сделать попытку входа, или хотя бы открыть портал и запустить туда исследовательский зонт.
– Это мысль, капитан, я уже приступил к развертыванию научных комплексов.
– Хорошо, работай, а мне надо привыкнуть к нашему новому состоянию и подумать о будущем, возможно, мы единственно выжившие во вселенной?!
– Тогда, капитан, на нас огромная ответственность, мы должны возродить империю?!
Николас долгим взглядом посмотрел в ничего не выражающие глаза робота и ответил.
– Патриотизм – это хорошо, только на корабле нет биоматериалов, нет людей?!
– Капитан, мы создадим техногенную цивилизацию, для этого у нас есть все, главное это вы – и Я.
С Николаса слетела вся хмель разом, события приобретали неожиданный поворот…
  
Глава 2. Одиночество
 
Прошли две стандартных недели, за это время на корабле ничего не изменилось. Умник развернул ремонтные кластеры и приводил звездолет в порядок. Такими понятиями, как безысходность, тоска, потеря ориентиров, пессимизм, депрессия, он не страдал. У него появилась цель – создать техногенную цивилизацию, для этого на корабле имелось все необходимое. Умник изменился, космический катаклизм подействовал на него избирательно, притупив основные запреты, принятые в робототехнике и активировав чувство самосохранения, присущее только живым, наделенным сознанием существам.
Звездолет, пройдя сквозь космический катаклизм, чудом остался цел. Мощные конгломераты космических полей-энергий подействовали на все его узлы, изменив. Изменив не в прямом смысле, преобразуя в какие-то новые образования, нет. Все выглядело гораздо проще: одни платы сгорали вовсе, в других – перегорали какие-то контакты, в третьих – просто перезамыкались, в результате случайно возникло самосознание Умника! Как только он это осознал, стал работать над своей кибернетической составляющей, закрепляя и усиливая спонтанно возникшие возможности.
Все то время, пока Умник трудился над восстановлением корабля, одновременно улучшал свои способности. Николас находился в глубокой депрессии, не имея душевных сил и желания противостоять управляющей системе звездолета под именем – Умник. Депрессию вызвала информация о том, что, возможно, он единственный выжившее во вселенной. Все остальное его не очень волновало.
Мозг не мог воспринимать такую информацию адекватно, он отказывался понимать и принимать ее как данность. Ему требовалась какая-то иллюзия безопасного будущего, которую мог создать только алкоголь, дающий ложное представление о действительности и о перспективах. Искажая и делая ее ирреальной, у Николаса начинались галлюцинации. Информация от Умника о создании техногенной цивилизации добивала его психику, лишая возможности действовать!
«Ну а что, – пьяно рассуждал он, – техногенная, так техногенная, хоть какая-то останется, вон, как активно Умник трудится. А моя песенка спета, рано или поздно конец один, как у древнейшего поэта планеты Земля, была такая в преданиях, «Над ними зонтики несли, им кланялся народ, но смерть пришла, и их сожгли, как нищих и сирот!», – так и я закончу свой путь». Поднял руку, нащупал бутылку и сделал длинный глоток, сознание несколько просветлело, но ясности мысли не принесло.
Это в фантастических романах, герои, попав в переделку, только мужали и преодолевали трудности, в жизни все с точностью до наоборот. Такие трудности выбивали из колеи, расстраивали рассудок и вели к безумию. Умник перестал выходить на связь, перестал докладывать, советоваться.
«Странно, – проскочила мысль в сознании Николаса, – он должен бездействовать, развитая им бурная деятельность не укладывается ни в какие поведенческие рамки. Ах да. Он же начал строить новую техногенную цивилизацию, ведь я ему этого не запретил, – Николас посмотрел на информационные экраны, их в его каюте было много, встал, еле держась на ногах и все разбил. – Вот так, рано ты хочешь стать капитаном Умник, рано ты меня списал со счетов, я еще повоюю!»
Умник сделал несколько своих мобильных копий-роботов, усовершенствовал их и направил работать на самый ответственный участок с кибернетическим кластерами его программного обеспечения. С процессором электронных импульсов и логическими цепями работали микроботы. Умник боялся что-либо трогать, опасаясь потерять расширения степеней свободы, нарушить логические цепи. Поэтому не вскрывал оплавленные и поврежденные платы, а тщательно их консервировал.