Деревенская сюита

Она зажгла конфорки наконец-то заработавшей газовой плиты и протянула холодные руки к голубым лепесткам мертвого газового пламени с вкраплениями желтых искр несгоревшего топлива. Руки не согревались.
«Истоплю я, пожалуй, дровяную плиту. Или подтопок, как баба Люба называет! — неожиданно решила Катя и провела пальцем по экрану смартфона. — Четвертый час ночи. Почти раннее утро. Подтопок истопить точно успею».
Она быстро собралась, прихватила с собой «шахтерский» фонарик и вышла на крыльцо. В предрассветной вате тумана смутно проглядывали очертания сарая. Катя защелкнула ободок фонарика на затылке и нажала на кнопку. Потом шагнула с крыльца и вошла в узкий туннель неонового луча, протянувшийся до зияющего темного провала приоткрытой в сарай двери.
    
Глава 21
Вскоре сухие дрова весело полыхали в топке плиты.
Катя сходила в комнату за детским стульчиком, села, и, опершись на кочергу, пристроенную между высоко торчавших коленок, прислушалась к шуму ревущего от хорошей тяги пламени.
«Жаль мама с отчимом меня не видят! Глазам бы своим не поверили, — подперев ладонью щеку, предалась она размышлениям. — Я, пока в Порецком не поселилась, и не подозревала, что кроме газовых и электрических, еще плиты бывают. Дровяные, например, как у меня. Музейный экспонат!»
Катя ловко поддела кочергой дверцу, открыла и расшвыряла пылающие поленья. Сноп искр салютом разлетелся по топке. Потом закрыла дверцу — пламя заревело с новой силой.
От разогретого чугунного верха старинной плиты по дому растекалось живительное сухое тепло.
Катя взглянула на окно — туман за ним уже рассеивался, предвещая ясный, солнечный день.
 
* * *
К автобусной остановке Катя почти бежала.
«Отвыкла я уже своим ходом добираться», — запыхалась она.
Ей осталось только пересечь трассу, как взгляд зацепил смутно знакомую фигуру. Возле самого края дороги стояла Анжела. «Почему она стоит на трассе? Почему одна? Кажется, они с Димой на работу вместе уезжают? Поругались?» — вихрем пронеслись в Катиной голове незаданные вопросы.
Анжела подняла глаза. Наверное, почувствовала пристальный посторонний взгляд. В ее светло-голубых холодных глазах мелькнула тень узнавания.
— Ты… — подтвердила она свое узнавание на приветственный кивок Кати и вкрадчиво поинтересовалась у нее: — Назад в город не собираешься? У тебя маленькая дочь, кажется? Что тебе у нас в Порецком делать?
Катя физически ощутила исходящие от Анжелы волны враждебности.
Ответить ей она не успела: к остановке приближался грохочущий старыми внутренностями рейсовый автобус до Лугового.
 
* * *
«Странная эта Анжела, — недоумевала Катя, больно подпрыгивая на липком дерматиновом сиденье автобуса. Она крепко вцепилась руками в спинку переднего сиденья. — Смотрит на меня с брезгливостью и слова сквозь зубы выдавливает».
Катя задумчиво взглянула в окно на пролетающий мимо пейзаж.
«Мы с ней и незнакомы почти. Но почему-то Анжела меня невзлюбила», — горько усмехнулась она и тяжело вздохнула.
На душе было неспокойно.
Катя не представляла, как решать проблему с отоплением. Две недели в сентябре, если рано похолодает, можно прогреть дом кухонным подтопком — не поздняя же осень! Но время не ждет, надо срочно что-то делать.
Она подумала о Максиме.
«После планерки попробую поговорить с ним. Может, он мне сможет помочь? Вот было бы здорово!» — Катя зажмурилась и представила, как они вдвоем ходятрайцентре по магазину «Газовое оборудование» и выбирают котел. Советуются, какой лучше подойдет по дизайну и вообще… Ее сердце сладко заныло.
Автобус вдруг так резко затормозил возле остановки, что Катя пребольно стукнулась о жесткую спинку переднего сиденья.
— А мягче притормозить никак? — с упреком спросила у шофера, потирая ушибленный лоб.
— Держаться крепче надо, а не мечтать! — парировал водитель ее реплику.
 
* * *
Скутер сиротливо стоял под навесом. Катя заботливо провела рукой по его запыленному крылу.
«Не грусти, сегодня дома ночевать будешь. Завезу тебя в сарай, там тепло и сухо. Даже если баба Люба ругаться будет!» — твердо пообещала она своему двухколесному другу и направилась к зданию конторы. С минуты на минуту должна была начаться планерка.
Катя распахнула дверь в кабинет Светланы Ивановны и сразу поймала устремленный на нее пристальный взгляд Максима. Она смутилась: «Вредный до чего! Специально напротив Ивана Петровича сел, чтобы всю планерку с меня глаз не спускать». С полыхающими щеками Катя пробралась к своему месту.
Планерка прошла на редкость интересно.
Светлана Ивановна довольно улыбалась: ей удалось пристроить продукцию еще в несколько соседних районов и даже в один крупный регион Приволжья. Синоптики обещали теплый сентябрь, стадо еще постоит на выпасе в лагере, а значит, ремонт скотных дворов до холодов удастся завершиться полностью.
— До «отлично» недотягиваем, но и «хорошо» — неплохо! — скаламбурила руководитель хозяйства и обвела всех гордым взглядом.
Потом поднялся агроном — долговязый нескладный молодой мужчина с красным обветренным лицом. Катя слушала агронома, и ее глаза все больше округлялись от изумления. Она и не знала, что корма для скота в хозяйстве заготавливают сами. Все корма, кроме картошки и кормовой свеклы! И зерновые сеют, и траву для покоса и зеленой подкормки выращивают, и подсолнечник на силос! У Кати дух захватило, даже стало стыдно, потому что она, кроме коров и телят, и не интересовалась ничем.
— Светлана Ивановна, пусть в столовой обеды попозже начинают готовить и сразу на полевой стан везут, — поднялся с места механик гаража. — Очень быстро еда остывает, невкусно холодное есть!
У Кати от удивления открылся рот. Опять для нее новость! Оказывается, в хозяйстве круглогодично работает столовая. Всех желающих работников кормят просто, но сытно. За чисто символическую плату. Механизаторов в поле кормят вообще бесплатно! А она проработала в хозяйстве почти три месяца, а о столовой не слышала.
«Я сама хороша, не интересовалась! Спрошу у Ивана Петровича, где столовая находится. Наверное, где-то в районе складов. Возле скотных дворов ее точно нет, я бы увидела», — углубилась Катя в размышления.
Она почувствовала, что кто-то под столом осторожно наступил ей на ногу. Подняла глаза и уперлась взглядом в смеющееся лицо Максима. Он крутил ей пальцем у виска и удивленно вскидывал брови.
«С открытым ртом, наверное, сижу. Вот потеха!» — она незаметно погрозила ему кулаком и придала лицу серьезное выражение.
Вскоре планерка закончилась, и Катя озабоченно двинулась в свою перемычку.
С Максимом она так и не переговорила.