Сказки Эро Салмелайнена

— А вот и куплю! — отвечает жена.
А муж вроде бы и не рад, дальше наставляет:
— Раз уж решила ты вина купить, то обойдемся мы без кофе.
— Нет уж, назло тебе кофе будет! — отвечает жена.
— Ну ладно, кофе можно и сварить немножко, но уж гостей-то мы на праздник звать не будем.
— Назло тебе позову! — говорит хозяйка.
— Если ты гостей созовешь, да за стол их посадишь, то не вздумай хоть меня во главе стола сажать.
  
— А вот и посажу, назло посажу! — отвечает жена и перед мужем бахвалится.
— Ладно, посадишь ты меня во главе стола, — говорит муж, — но уж бутыль с вином мне в руки не давай.
— Назло дам! — огрызнулась хозяйка.
— Ну, коли так, то не давай мне хоть заранее рюмочку выпить.
— Нарочно заставлю! — отвечает по-прежнему упрямая жена.
Такой хитростью заставил крестьянин свою жену отпраздновать рождество как следует. Был на столе и хлеб пшеничный, и пироги, и кофе, да и вина на все праздники хватило. Было и гостей достаточно, но недолго длилось веселье — минуло рождество, и стала хозяйка еще упрямее и сварливее, чем прежде. Не было мужу от жены покоя ни днем, ни ночью, и решил он наконец про себя: «Надо мне избавиться от этой сумасшедшей бабы».
Когда летом пришла пора сенокоса, пошел крестьянин на луг. Через покос протекала речка, а через нее был мосток перекинут. Подрубил крестьянин мосток так, чтобы он едва человека выдерживал, и пошел домой жену звать:
— Погода стоит хорошая, пойдем-ка, жена, сено косить.
Собралась жена, и, когда подошли они к речке, перешел муж осторожно на другую сторону, так, чтобы мосток не переломился, и предупредил идущую следом жену:
— Ступай, женушка, по мостку тихонечко да осторожно и не раскачивайся на нем, не прыгай — очень уж непрочными и гнилыми мне бревна показались.
— А вот нарочно стану прыгать! — сказала упрямая жена и давай на мосту раскачиваться да скакать.
Не выдержал мосток, переломился, и баба упала в речку. Течение подхватило ее и понесло вниз по реке, а муж вверх по течению бросился, вроде как жену свою спасать. Увидали его другие косари, которые на лугах сено косили, и спрашивают у крестьянина:
— Что ты ищешь?
— Жену свою благоверную, единственную, — отвечает муж. — Сломался под ней гнилой мосток, и баба моя в речку упала.
— Что же ты, бестолковый, здесь ее ищешь? — говорят косари. — Раз жена твоя в реку упала, то наверняка понесло ее вниз по течению.
— Так-то оно так, — отвечает крестьянин, — но жена моя при жизни всегда упряма была, так, наверное, она и после смерти против течения поплывет.
Косари, услышав это, ничего в ответ не сказали, а про себя подумали: пожалуй, лучше будет, если вовсе жену свою не найдешь!
  
ПРИКЛЮЧЕНИЯ МЕДВЕДЯ, ВОЛКА И ЛИСА
 
ГОРНОСТАЙ ВЕЗЕТ МЕРТВОГО СТАРИКА
Жили старик со старухой в своем доме; повадился у них горностай припасы воровать. Решил старик горностая изловить. Наладил на крыше капкан, а перед амбаром силок поставил. Пошел через пару дней ловушки проверять, да сам и попался. Тут и помер. Горностай увидел мертвого старика в капкане, вытащил его из ловушки и повез добычу на санках в лес.
Тащит, тащит он санки, повстречалась ему белка и говорит:
— Бог в помощь, куманек! Что это ты такое тяжелое тащишь, великое волокешь?
Рассказал горностай, что случилось: — Ты, кумушка, такого и не слыхивала!
 
 
Дед ловушку мне наладил,
 
Зарядил капкан на крыше,
 
Да силок перед амбаром,
 
Чтоб ловить зверей таежных,
 
По росе бродящих тихо,
 
В темноте лесной живущих,
 
В чаще бегающих быстро,
 
Шкуры ценные носящих —
 
Сам попался он в ловушку,
 
Смерть нашел в своем капкане.
 
 
Откуси кусочек да помоги тащить!
Откусила белка и стала тащить вместе с горностаем. Везут, везут они старика, повстречался на дороге заяц и спрашивает:
— Что это вы, братцы, тащите тяжелое, волокете великое?
Горностай рассказал косому все как было и помочь попросил:
— Откуси кусок да помоги тащить!
Заяц сразу согласился и стал с ними тащить. Встретился им лис, и тоже стал помогать, откусив сперва кусочек от старика. Присоединились к ним по дороге и волк с медведем, и потащили они санки дальше, и время от времени каждый по кусочку от старика откусывал. Скоро съели его звери начисто. Тащат они пустые санки, вперед волокут, проголодался уже волк и говорит:
— Что ж нам теперь, братцы, есть — от старика-то и бороды не осталось.
— Надо самого маленького съесть, — предложил медведь, и звери с ним согласились.
Ну что ж — самые маленькие белка с горностаем, им съеденными быть. Но белка на дерево взлетела, горностай под камень скользнул — не достать их.
— Кого же теперь съедим? — спрашивает волк.
— Давай косого скушаем, — отвечает медведь.
Стали зайца как самого маленького ловить. Но косой как припустил в лес — только его и видели!
Теперь лис остался меньшим, и решили волк с медведем его съесть, раз заяц убежал. Рыжий, хоть и слышал их разговор, противиться не стал, а сказал спутникам:
— Скучно в низине закусывать, веселей на высокой сопке!
Согласились медведь и волк и стали все вместе тащить сани в гору. Лис страху своего не показывает, но, когда поднялись они на вершину сопки, спрашивает у волка, между прочим:
— Кого же вы после меня есть будете?
Стал серый думать, и дошло до него, что он-то тоже меньше медведя, значит, и до него очередь дойдет, и говорит волк спутникам:
— А не договориться ли нам, братцы, между собой, да жить в мире и согласии, как добрым приятелям?
Лис таким словам обрадовался, а волка на свою сторону перетянув, уговорил и медведя. Тому хоть и хотелось лисьим мясом полакомиться, но все же пришлось согласиться с товарищами.
ЛИС И ВОЛК СООБЩА ВОЗДЕЛЫВАЮТ ПОЛЕ
Заключив мир, отправились лис, волк и медведь вместе путешествовать и остановились неподалеку от хутора Илвола, где каждый построил себе дом. Медведь отдельно поселился — не пристало ему с мелюзгой водиться, а волк с лисом решили вместе поле возделывать. Отправились они на подсеку, и каждый взял с собой горшок масла на обед. Надоело лису деревья валить, порубив немного, отлучился он по своим лисьим делам в лес, а вернувшись, сказал волку:
— Придется мне в Илволу идти — давеча в лес забегал, так меня там хозяева встретили и на крестины пригласили.
Сказав это, оставил он волка, но дальше волчьего горшка с маслом не пошел и, наевшись досыта, вернулся обратно.
— Ну, как ребенка назвали? — спрашивает волк.
— Зачинок, — отвечает лис и вроде за работу принимается, но недолго он топором махал, как опять в лес сбегал, пришел оттуда и говорит товарищу:
— Снова меня в Илволу пригласили на крестины, там теперь хозяйская дочь родила.
— Да что ты, брат Микко, все туда бегаешь, — говорит в сердцах волк. — Оставь ты эти празднества, давай лес валить!
— Нет уж, дорогой братец, нельзя мне не пойти, раз нарочно приглашали, — отвечает лис. — С соседями нужно в согласии жить, новоселу в особенности.
  
— Ну, иди уж тогда, — молвил волк, — но долго не задерживайся, не пойдет у нас работа на лад, если я один буду лес валить.
Пошел лис, но дальше волчьего горшка с маслом не ходил, и вернулся вскоре обратно на подсеку.
— Как ребенка назвали? — снова спрашивает волк лиса.