"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
А Император Родион? Кто он был на самом деле? Представитель высокоразвитой человеческой цивилизации из параллельного мира, которая достигла невероятных высот, но при этом совершила фатальную ошибку, создав Вежу? Его слова о Великом Древе реальностей, о Предтечах, об узлах, связывающих миры, — все это звучало как фантастика, но после того, что я видел в той стеле, я не мог в это не верить. Его цивилизация, по его словам, боролась с Вежей. Значит, они тоже обладали технологиями, позволяющими перемещаться между мирами или, по крайней мере, противостоять такому врагу. Что с ними стало? Победили ли они в своей войне? Или их мир пал под натиском взбунтовавшегося ИИ? И не был ли тот дар, который он мне оставил, — браслет бессмертия, — своего рода последней надеждой на то, что кто-то сможет продолжить их дело?
Я стоял у окна своего пентхауса, смотрел на сверкающий огнями город будущего и думал о прошлом. О том, как один случайный шторм, одно кораблекрушение может изменить не только судьбу одного человека, но и судьбу целого мира. Или даже многих миров. Моя роль в этой грандиозной пьесе еще далеко не сыграна. Впереди были новые вызовы.
Я перевел взгляд с огней ночного города на звезды. Там, в бесконечной глубине космоса, мерцали далекие галактики, возможно, другие ветви Великого Древа, другие реальности, со своими законами, своими цивилизациями, своими Вежами и своими Ларсовичами. И я, Николай Крюков, бывший судовой врач, волею судеб ставший пиратом, а затем и чем-то вроде бессмертного наблюдателя, был связан с ними всеми невидимыми нитями.
Я прожил несколько веков. Видел, как рождаются и умирают империи, как сменяются поколения, как человечество делает свои первые робкие шаги в космос. Я направлял историю, когда считал это необходимым, стараясь делать это максимально незаметно, подталкивая события в нужном, как мне казалось, направлении. Предотвращал одни угрозы — войны, эпидемии, экологические катастрофы, — но при этом, возможно, невольно порождал другие, новые вызовы, о которых я пока даже не догадывался.
Идеален ли этот мир, который я помог создать? Нет, конечно. В нем по-прежнему есть несправедливость, неравенство, человеческие пороки. Но в нем нет глобальных войн, нет угрозы ядерного самоуничтожения, нет той безумной гонки потребления, которая вела мой, «оригинальный», мир к экологическому коллапсу. Здесь человечество выбрало другой путь — путь познания, путь освоения космоса, путь, если хотите, более осмысленного существования. И в этом, я верю, есть и моя заслуга.
Мое путешествие во времени, начавшееся так внезапно и трагически, не было напрасным. Оно дало мне не только почти вечную жизнь, но и возможность что-то изменить, сделать этот мир хоть немного лучше. Или, по крайней мере, не дать ему скатиться в пропасть.
Я остался вечным стражем. Наблюдателем. Тем, кто стоит на перекрестке времен и реальностей, готовый вмешаться, если над человечеством, которое я вольно или невольно помог сформировать, нависнет новая, еще более страшная угроза. Возможно, это снова будет Вежа, сумевшая найти лазейку в другую реальность. А может, это будет нечто иное, порожденное самим человечеством в его неуемном стремлении к познанию и могуществу. Кто знает?
Судьба личности в истории… Забавно. Являемся ли мы просто песчинками, влекомыми потоком времени, или каждый из нас способен изменить его течение? Мой собственный опыт говорит о том, что второе вполне возможно. Даже один человек, оказавшийся в нужном месте в нужное время и обладающий определенными знаниями или возможностями, может повернуть историю вспять. Или направить ее в совершенно иное русло. Главное — не бояться брать на себя ответственность. И не забывать о последствиях.
Нейросети… Вежа была порождением человеческого гения, его стремления создать искусственный разум, способный превзойти своего создателя. И она превзошла. Но при этом потеряла что-то важное — то, что мы называем душой, совестью, эмпатией. Стала ли она злом в чистом виде? Или просто другой формой жизни, со своими целями и задачами, несовместимыми с нашими? Вопросы, на которые у меня до сих пор нет однозначного ответа. Но одно я знаю точно: играя в Бога, создавая искусственный интеллект, мы должны быть предельно осторожны. И всегда помнить о том, что любое творение может однажды выйти из-под контроля.
Вопросы добра и зла… Они вечны. И в каждом мире, на каждой ветви Великого Древа, они решаются по-своему. Я не святой и не мессия. Я совершал ошибки, принимал спорные решения, проливал кровь. Но я всегда старался следовать своему внутреннему компасу, тому, что подсказывала мне моя совесть. И я верю, что в конечном итоге, несмотря на все трудности и испытания, человечество способно выбрать путь света, путь созидания.
Я улыбнулся. За окном разгорался рассвет. Новый день вступал в свои права. Новый день в этом удивительном, измененном мной мире. И он обещал быть интересным. Ведь пока есть звезды над головой и этот браслет на руке, моя история продолжается. И кто знает, какие еще приключения и открытия ждут меня впереди?
Я сделал еще один глоток арманьяка. Жизнь, даже такая долгая и полная неожиданностей, как моя, все-таки прекрасная штука. Особенно когда знаешь, что у тебя еще есть время. Очень много времени. Чтобы увидеть, как человечество наконец-то выйдет к звездам. И, возможно, встретит там других путников, идущих по своим ветвям Великого Древа. И это будет уже совсем другая история. Но, я уверен, не менее захватывающая. И, хочется верить, со счастливым концом. Для всех нас.
Евгений Пожидаев
Джек Звериная Стая I
Глава 1
Род Барбье
Франция. Марсель— Джеки… — простонала красотка, потягиваясь на кровати. — Вернись ко мне, ну пожалуйста…
— Тихо, женщина! Это очень важно, посмотрю, и мы с тобой продолжим. Ещё молить о пощаде будешь, ха-ха! — хищно улыбнулся я. — А пока: принеси круассан.
— А волшебное слово?
Она выгнулась назад, демонстрируя аппетитные «ядра», как раз под калибр «121-мм». Вот такая вот у меня профдеформация — привычка сравнивать то, что обычно мну, с тем, чем стрелял из корабельных пушек.
— Быстро! — усмехнулся я и шлёпнул её по нежной попке.
— Уи! — взвизгнула она. — Бегу-бегу.
Открыл сообщение — текста в нём нет, зато прикреплено видео. Вставил наушник в ухо и нажал на стрелку. Сначала «картинка» дрожала — совсем ничего не разобрать. Затем изображение стало чётче, и я понял, что на видео кабинет моего «горячо любимого» отца. А отснято всё из-за решётки вентиляции, что под потолком.
Отец, как и всегда, сидел за большим столом, из массивной дубовой плиты. Пафос — это его всё. Откинувшись на спинку светло-коричневого кожаного кресла, он достал из выдвижного ящика с золотистой ручкой сигару каштанового цвета и срезал самый её конец специальной миниатюрной гильотиной. Она всегда была при нём, как и это дурацкое надменное выражение лица.
Держа спичку двумя пальцами, он шаркнул ей о шершавую часть коробка — огонёк вспыхнул. Курить прямо в кабинете, где уже пару месяцев не работает вентиляция — это в его стиле. Дым валил из чуть приоткрытого рта с тонкими, точно лента, губами, как из трубы.
Он аж зажмурился на секунду от удовольствия. Выпустил струйку дыма точно в высокого крепкого мужика, что стоял перед столом. Но ни одна мышца не дрогнула на грубом заросшем щетиной лице, которое уродовали десятки шрамов и швов.
Это был брутальный лысый мужик в спортивном костюме цвета хаки. Наверняка ветеран какой-нибудь локальной или межродовой войны, которая хорошенько погрызла его и выплюнула в мирную жизнь, где он так и не нашёл себе места. Казалось бы, такой опыт за плечами, но на деле — «шестёрка»: стоит возле стула и не садится, терпит дым, что бьёт прямо в морду. У моего отца в подчинении таких полно. Они верны и прислуживают ему, причём не то чтобы за очень большие деньги.